Чтение онлайн

– Обо все - и о камень тоже. Это надо делать мгновенно.

– А меня... меня не раздавит?

– Напружинься.

– Побыстрее, дедушка, - сказал Гарион.
– Мне кажется, меня сейчас разорвет.

– Держись. Ну, направь волю на камень и скажи слово. Гарион выставил ладони.

– Толкайся, - приказал он. Сила полилась из него, в голове загрохотало.

С ответным грохотом камень заколебался и плавно откатился на прежнее место. Гарион вдруг почувствовал себя смертельно усталым и в изнеможении повалился на землю.

– "Толкайся"?
– спросил Белгарат с сомнением.

– Ты велел сказать "толкайся".

– Я велел толкать Я не велел говорить "толкайся".

– Ведь вышло же. Не все ли равно, что за слово я сказал?

– Это вопрос стиля, - со страдальческим видом пояснил старик.
– "Толкайся" звучит как-то по детски. Несмотря на слабость, Гарион рассмеялся.

– В конце концов, Гарион, мы должны поддерживать свое реноме, величественно произнес старик.
– Если мы начнем говорить "толкайся", "пшел", "катись прочь" и тому подобное, нас перестанут принимать всерьез.

Гарион хотел перестать смеяться, но не мог.

Возмущенный Белгарат отошел, бормоча себе под нос.

Когда они вернулись в лагерь, то увидели, что палатки собраны и лошади навьючены.

– Нам незачем больше задерживаться, - объяснила тетя Пол.
– Остальные нас ждут. Удалось тебе хоть что-нибудь ему втолковать, отец?

Белгарат фыркнул, всем своим видом выражая неодобрение.

– Что, плохо?

– Потом объясню, - бросил он.

В отсутствие Гариона Се'Недра ласками, а также целой кучей яблок из общественного запаса довела жеребенка до восторженно-подобострастного состояния. Он без тени стыда ходил за ней по пятам, и в довольно отчужденном взгляде, которым он наградил Гариона, не было заметно никакого раскаяния.

– У него живот заболит, - упрекнул Гарион принцессу.

– Лошадям яблоки полезны, - весело ответила она.

– Скажи ей, Хеттар.

– Они не причинят ему вреда, - откликнулся горбоносый.
– Таков общепринятый способ завоевать доверие молодой лошади.

Гарион попытался измыслить другое подходящее возражение, но не смог. Почему-то вид жеребенка, трущегося носом о Се'Недру, его оскорблял, хотя придраться действительно было не к чему.

– Кто эти другие, Белгарат?
– спросил Силк, когда они тронулись в путь. О которых говорила Полгара?

– Мои собратья, - отвечал старый чародей.
– Повелитель сообщил им о нашем приезде.

– Сколько живу, слышу рассказы о братстве чародеев. Они и вправду такие?

– Боюсь, ты будешь несколько разочарован, - сказала тетя Пол натянуто. Чародеи в большинстве своем - чудаковатые старики с кучей дурных привычек. Я выросла среди них, так что неплохо их знаю.
– Она повернулась к дрозду, который, влюбленно распевая, опустился ей на плечо.
– Да, - сказала она птице.
– Мне это известно.

Гарион подъехал поближе к тетке и прислушался к птичьему гомону. Сперва это был просто шум - милый, но совершенно невразумительный. Потом мало-помалу до него начали доходить обрывки фраз. Птица пела о гнездах, о маленьких пестрых яичках, о восходах, о всепоглощающей радости полета. И вдруг, словно уши у него внезапно открылись, Гарион начал понимать Ласточки пели о полете и пении. Воробьи щебетали о припрятанных семенах. Ястреб, парящий в вышине, выкрикивал одинокий гимн ветру и яростной радости убийства. Гарион в благоговейном страхе вслушивался в мир слов, которыми внезапно наполнился воздух.

Тетя Пол посмотрела на него серьезно.

– Это начало, - сказала она, не входя в объяснения.

Мир, открывшийся Гариону, так его захватил, что он сперва и не заметил двух седовласых старцев, которые стояли под высоким деревом, поджидая отряд. Они были в одинаковых голубых одеяниях, оба с длинными волосами, оба чисто выбриты. Когда Гарион их увидел, ему показалось, что у него двоится в глазах, - такие они оказались одинаковые.

– Белгарат, брат наш, - сказал один, - сколько лет...

– ...сколько зим, - закончил другой.

– Белтира, - сказал Белгарат, - Белкира.
– Он спешился и обнял близнецов.

– Милая крошка Полгара, - сказал один.

– Долина без тебя...
– подхватил другой.

– ...опустела, - закончил первый и, обернувшись к брату, похвалил: - Очень поэтично.

– Спасибо, - скромно отвечал тот.

– Это мои братья, Белтира и Белкира, - сообщил Белгарат спутникам, которые уже слезали с коней.
– И не старайтесь их различить. Никому этого еще не удавалось.

– Кроме нас, - хором сказали оба чародея.

– Я даже в этом не уверен, - с мягкой улыбкой откликнулся Белгарат. Сознания ваши столь близки, что мысль, начатую одним, додумывает другой.

– Ты всегда все слишком осложняешь, отец, - сказала тетя Пол.
– Это Белтира.
– Она поцеловала одного благообразного старца.
– А это Белкира.
– Она поцеловала второго.
– Я с детства научилась их различать

– Полгаре ведомы...

– ... все наши тайны.
– Близнецы улыбнулись, - А кто...

– ... ваши спутники?

– Я думаю, вы их узнаете, - отвечал Белгарат.
– Мендореллен, барон Во Мендор.

– Рыцарь-Защитник, - хором сказали близнецы, кланяясь.

– Принц Келдар Драснийский.

– Лучник, - сказали они.

– Бэйрек, граф Трелхеймский.

– Медведь Устрашающий.
– Они с опаской взглянули на громадного чирека.

Бэйрек нахмурился, но промолчал.

– Хеттар, сын Чо-Хэга Олгарского.

– Повелитель Коней.

– И Дерник из Сендарии.

– Человек с Двумя Жизнями, - пробормотали они с глубоким уважением. Дерник был озадачен.

– Се'Недра, принцесса Толнедры.

– Королева Мира,- отвечали они с глубоким поклоном.

Се'Недра нервно рассмеялась.

– А это может быть...

– ... только Белгарион, - сказали они, сияя от радости.
– Избранный.
– И близнецы одновременно возложили руки на голову Гариона.
– Здрав будь, Белгарион, Верховный Владыка, Первый Во Всем, Надежда Мира

Гарион, донельзя смущенный этим странным благословением, кое-как кивнул.