Чтение онлайн

Я вдруг спохватилась: тихий вечер перекатился в мягкие, пропахшие морем и жасмином фиолетовые сумерки. Ночь подступила к Светлому лесу, а вместе с ночью… О, теперь я слишком хорошо знала, кто разгуливает по тропам эльфийского парка.

Письменные принадлежности ждали меня на скамье; я быстро сложила письмо, собрала в сумку чернила и перо. Проклятье! Ну как избавиться от странного навязчивого желания выплакаться кому-нибудь в рукав?..

«Через сто три года, дорогая, через сто три года», — я невольно улыбнулась.

Наверное, когда истечет срок жениховства Эльфира, у меня будут шансы поплакаться в жилетку самому Всевышнему, сидя на облаке и поглядывая на блистательного черноокого монарха.

— Вы куда-то торопитесь, леди Агнесса?

Ох. Ну только его мне не хватало!

Отвернувшись, я быстро вытерла непрошенные слезы и буркнула:

— Домой, сеньор Саншез, домой. Следую вашему совету — не гулять по ночам в одиночестве.

Вампир мягко шагнул из сумеречных теней. Загадочные темные глаза, бледный абрис совершенного лица, богато расшитый камзол, в потемках искрящийся драгоценным шитьем. Воплощенная тайна — не знаешь, то ли ненавидеть его, то ли поддаться очарованию и, как говорится, в омут с головой.

— Но ночь еще не наступила, а вы не одна, леди Агнесса.

— Если честно, вашему обществу я бы предпочла одиночество.

— Неужели вы меня боитесь?

Крадучись он подходил все ближе и ближе, так что я поспешно ретировалась за высокую скамью. Это, конечно, не было идеальной защитой от вампира — но так хотя бы мраморная резная спинка оказалась между нами.

— Почему я должна вас бояться? — веско сказала я, — надеюсь, у вас хватит благоразумия, чтобы не причинить вред будущей королеве.

— А вы так отчаянно цепляетесь за свой будущий брак, словно это ваша последняя надежда на спасение. Не надейтесь, моя дражайшая леди Агнесса, от меня это вас не спасет.

— В таком случае, мне ничего не остается, как попрощаться и отправиться домой.

Я и в самом деле схватила сумку, обогнула скамейку и решительно направилась к выложенной округлыми камнями тропинке.

— Подождите.

Я невольно замерла. В его голосе — или почудилось? — была самая настоящая мольба. Эдгар тут же воспользовался моим замешательством, преградив дорогу. Еще мгновение — и он извлек из-за обшлага рукава розовый бутон на короткой ножке, перевязанный шелковой ленточкой.

— Все эти дни я думал о вас, — серьезно сказал он.

— И что же прервало ваши размышления и заставило прийти сюда?

— Не смейтесь. Мне помешало ощущение вины… Леди Агнесса, в прошлый раз я вел себя самым недопустимым образом, как нецивилизованный дикарь. И приношу глубочайшие извинения. Вы меня простите?

Хм. Гад. Кровосос. Он уже знал, что после подобного признания я не смогу на него сердиться — да и какое сердце не растает при виде красивого мужчины с розой в руке?

— Не знаю, — слукавила я, — ваше поведение в самом деле было отвратительным. И вам еще повезло, что я ничего не сказала его величеству…

— За что я благодарен вам, — он протянул мне цветок, — вы позволите сопровождать вас? Не стоит бродить одной по ночному парку, леди Агнесса.

Я молча взяла розу, на миг наши пальцы соприкоснулись — рука у Эдгара была теплой и вполне человечной наперекор всем байкам про обитателей Некрополиса.

Впрочем, что это я расчувствовалась? В том, что этот субъект совсем не холодный, я убедилась еще на королевском балу, да и потом, в злочастной беседке…

— Надеюсь, щека не болит? — участливо спросила я.

— Нет, конечно же, нет.

Он галантно предложил мне опереться на его локоть, и мы неторопливо пошли по тропинке.

— Право же, я не хотела вас так оцарапать, — смущенно добавила я, вспомнив кровавые полосы на безупречной вампирьей щеке.

— Я сам во всем виноват, леди Агнесса, — последовал спокойный ответ, — виноват и достойно наказан.

Воцарилась тишина. Мне пришло в голову, что — какая жалость — Эвелина не может обнюхать его и сравнить запах с тем, что остался на медальоне.

— Какими духами вы пользуетесь? — как можно более невинно спросила я.

— Сегодня — «Кровь оборотня» от Клыкко, — Эдгар загадочно улыбнулся, — если вам нравится, я мог бы привезти вам женские духи. В подарок.

— А вы разве не пользуетесь «Убей меня красиво» от Вампириччи?

Он пожал плечами.

— Отчего же. Всем нравится сейчас творение Вампириччи. Шикарная новинка, говорят, чтобы создать ее, он собственноручно (или собственнозубно) разделался с двенадцатью невинными девушками.

— Зачем?!!

— Ну, он должен был понять, что собой представляет аромат красивой смерти.

— Она не бывает красивой, — мрачно обронила я, — уход в ничто просто не может быть красивым.

— Откуда вам знать, леди Агнесса?

— А вам откуда знать? — рассердившись, я выдернула руку из пальцев Эдгара, — или вам это известно из наблюдений, так сказать? Скольких людей вы отправили к Всевышнему, а? Сколько молодых девушек по вашей вине отправились на небо?!!

— Не так уж и много.

Наверное, не стоило мне бросаться этими злыми, едкими словами. Я слишком поздно поняла, что умудрилась разозлить монстра. Теперь мы стояли друг напротив друга, сверкая глазами, а вокруг — темень, тишина и густой, почти осязаемый запах ночных цветов.

— Не смейте ко мне приближаться, — пролепетала я, с ужасом видя, как Эдгар шагнул ко мне.

— Почему же? Я в вашем представлении палач, убийца. Что будет, если к списку моих жертв добавится еще одна? К слову, леди Агнесса, вы чудесно пахнете. И я знаю, что ваша кровь принесла бы мне немало приятных мгновений.

— Не подходи!

Я невольно попятилась, подол платья зацепился за ветку — но я изо всех сил дернула его. Хрусь! И светлый лоскут остался на кусте, а я, царапая руки о колючки, продолжала отступать.

— Не подходи, я закричу!

Исчез, исчез галантный кавалер. Теперь на его месте остался только убийца, безжалостный монстр, для которого люди издавна служили пищей, не более того.

— И кто тебя здесь услышит? — прошипел Эдгар, — можешь кричать, если тебе этого хочется. Но перед тем, как начнешь вопить… я должен тебе сказать вот что… о том, что у меня никогда не было выбора, и кроме того… Дай мне руку, Агнесса. Руку, я сказал!..