Вампир для истинной королевы
Шрифт:
«И никакой он не убийца, я была несправедлива к нему», — мелькнула мысль, — «вернее, убийца, конечно же, но не такой уж и ужасный… А просто… несчастный».
Дверь с мрачным и не предвещающим ничего хорошего скрипом пропустила меня в темный узкий коридор. И опять — тишина. Мое воображение с энтузиазмом начало рисовать картины гибели Эдгара одна другой ужаснее; я стиснула зубы… Только бы найти его!
«И что ты тогда ему скажешь? Что?!! Я пришла, сеньор, чтобы принадлежать вам? Тьфу. Как в глупом романе, хуже некуда».
Коридор свернул, затем еще, и вдруг оборвался, вылившись в светлую овальную комнату. Наверное, это была гостиная, или комната для отдыха: мягкие кресла, два дивана, изящный эльфийский столик, на котором возвышалась тяжелая ваза с фруктами. Хотя непонятно, кто бы их тут ел — по моему разумению, Эдгар должен был питаться исключительно кровью невинных девиц.
— Сеньор, — опять позвала я, осматриваясь.
Стены комнаты были забраны нежно-голубыми драпировками — да так, что, наверняка где-то за портьерой пряталась очередная дверь. Я помешкала, размышляя, стоит ли идти дальше. В конце концов, Эдгар Саншез может отдыхать, а благовоспитанные леди не врываются в спальню к мужчине. И я было собралась повернуть назад, как…
Драпировка в углу зашевелилась. Медленно, неспешно вспучиваясь — как будто кто-то огромный, тяжелый отползал от стены.
— Э… Эдгар? — пискнула я в растерянности.
Некто не соизволил ответить. Всевышний! Да это же… это…
Голубой шелк драпировки соскользнул, открывая моему взору ЧУДОВИЩЕ. Не то, которое напало на меня ночью, но не менее жуткое и отвратительное.
Наверное, когда-то оно было человеком — но только до того момента, как несчастный попался в цепкие лапы обитателей Некрополиса. Там… С ним что-то сделали; грудь и живот раздулись до невероятных размеров, маленькая голова, лишенная скальпа и оснащенная глянцево блестящей медной каской утонула в жирных плечах. И на весь этот ужас натянули серую хламиду и штаны из мешковины. Был ли монстр обут — в тот миг я совершенно не обратила на это внимания.
— Этьен! — позвала я.
Вернее, попыталась — от ужаса ни единого звука так и не вылетело из моего горла.
Все стало на свои места: вот он, нелюдь, зверски убивший Эдгара и наверняка сожравший его вампирье сердце!
Я попятилась, наступила на подол собственного платья, едва не упала… А монстр — он заметил меня и улыбнулся. Кстати, с зубами несчастного смертного тоже произошла метаморфоза: они определенно удлиннились и заострились. Наверное, чтобы удобнее было сырое мясо грызть…
— Этьен! — теперь из моего горла выполз слабый, едва слышимый писк.
Всевышний, да разве сын мельника справится с чудовищем, убившим самого вампира?..
Вот вам и все. Мой хладный труп с вырванным сердцем найдут рядом с телом посла из Некрополиса.
— Мамочка… — выдохнула я, почувствовав спиной стену. Дверь, как назло, оказалась немного левее, чем того бы хотелось.
Чудовище двинулось ко мне, вытянув вперед руки и продолжая зверски скалиться. Пробасило, блаженно жмуря белесые глазки:
— Что. Желает. Леди?
И тут — словно что-то щелкнуло и перевернулось в моей голове. Я захихикала, все еще глядя на убийцу — но только не думайте, что я сошла с ума, честное слово, это не так. Просто в какой-то неизмеримо короткий миг мне стало ясно, чем заняты руки монстра.
А держал он веник и совок. На большом деревянном совке красовалась аккуратная горка мусора.
— М-м… — ага, думаете легко говорить после того как натерпелась такого страха? — Э… Сеньор Эдгар… здесь?..
Монстр медленно покрутил головой и опустил руки, рассыпав при этом добытый мусор. Затем он медленно уставился на опустевший совок, вздохнул и принялся вновь сметать соринки в аккуратную горку.
— Сеньор Саншез? Он здесь? — я, кажется, немного осмелела.
Вновь задумчивый взгляд, брошенный на меня — и содержимое совка на полу. У меня появилось стойкое ощущение, что процедура сборки и рассыпания мусора будет повторяться бесконечно.
— Да скажите же что-нибудь! — не выдержала я, — где сеньор Эдгар?
— Сеньор? — басовито переспросило чудовище и вновь рассыпало мусор, — он уехал.
Я похолодела. Значит, Эдгар понял, что я никогда больше не захочу его видеть и предпочел покинуть двор Эльфира!
— Куда? Куда он уехал?
— В Некрополис. По делам. Скоро вернется.
И оказавшееся безобидным чудовище вернулось к своему занятию, неуклюже заметая на совок рассыпавшиеся соринки.
…- Может, она этой ночью не придет?
В тихом шепоте Этьена-Агаты мне послышалась надежда. Альберт фыркнул.
— Она слишком много потеряет, если не появится, — с вожделением в голосе сказал он.
— Самоуверенный болван, — холодно заключила Эвелина, глядя на своего брата с той нежностью, с какой обычно кот смотрит на цыпленка.
— Ну что плохого, если я уверен в себе? — подмигнул ей оборотень.
— Может, помолчим? — предложила я.
Расстановка сил к ночи сложилась такая: Этьен лежал на кровати, натянув до подбородка вышитое покрывало (он и рад был бы занять куда менее заметную позицию, но оборотни настояли). Я, Эвелина и Альберт разместились на полу за кроватью — так, чтобы нас не было видно из шкафа. Эвелина потом залезла под кровать, объяснив это тем, что ей так будет удобнее выскакивать из засады и бросаться на вражину, которая столь бесчеловечно испортила одно из моих самых лучших платьев. Мы с Альбертом лежали бок о бок на полу — и, надо сказать — я была даже рада тому, что компанию нам составляла его сестра. Ибо опьяненный поздней весной оборотень время от времени шептал мне на ушко комплименты и предлагал прогуляться при луне, а его пальцы нет-нет, да добирались до шнуровки корсажа… Хм. Вот и пойми нас, женщин. То я мечтала об Альберте — чтобы он приударил за мной — а теперь то и дело возмущенно шикаю на голубоглазого красавца и шлепаю его по рукам. Впрочем, оно и понятно. За мной приударил другой красавец…
— Давайте, я пойду спать к себе? — горестно простонал Этьен, лежа на огромной кровати в позе жертвы на алтаре, — ну ведь поздно уже. Не придет она, я чувствую!
— А ты вздремни, — посоветовала Эвелина и хихикнула, — время быстрее лететь будет.
— Вздремнешь тут!
— Бедняжка, — Альберт выглянул из-за края кровати укрытия, — ну, хочешь, я тебе компанию составлю?
— Нет!!! — испуганно пискнул Этьен, — я приличная девушка!
— Как знаешь, милочка, — хмыкнула Эвелина.
Воцарилась тишина, нарушаемая лишь трагическим сопением Этьена, которому совершенно не нравилось играть роль наживки.
Я молча наблюдала, как медленно ползет по ковру пятно лунного света. Как обычно, подкралась к сердцу глухая тоска по несбыточному: плыть по ночному небу, все ближе и ближе к серебрящемуся ореолу вокруг облака, что случайно зацепилось за верхушку самой старой сосны. В королевском парке повисла на деревьях тревожная красота лунной ночи, пахнет разнотравьем и молодой хвоей — а в просветах между деревьями нет-нет да мелькнет размытый силуэт летучей мыши…