Чтение онлайн

– Сегодня поставим людей на стену, – предупредил я Урунсиха, когда встретился с ним во дворе. Человек сто выставим.

– Давно пора, – кивнул наместник. – А то одни мои стариканы дежурят, а ваши, молодые да крепкие, отсыпаются ночью. Я как раз хотел тебя об охране попросить…

– Ну, считай, попросил, – улыбнулся я.

Ферт и Алана в этот раз на стену вышли сильно заранее. Солнце ещё только катилось к горизонту, но не коснулось его. На улице было по-прежнему светло. А оба шептуна, уже встав у зубцов, начали слушать. Я бы к ним присоединился, но сразу не мог. У воеводы и других обязанностей хватает.

Суета раннего вечера сменилась тишиной. Бойцы ушли подремать после тренировок. Я дождался, пока небо начало темнеть, и, наконец, отправился на стену.

В этот раз людей на ней хватало. Были дозорные от местных, была сотня наших бойцов – в основном, молодые кочевники. Выставили тех, кого Тадар забраковал для ночного боя в строю.

Дозорные зажгли факелы на стенах, установили жаровни. Этой ночью с озера тянуло сыростью и влагой. Вдали, на самом горизонте, было облачно. А облака над Озером Тысячи Ключей означают лишь одно – скоро прольётся дождь. Влага в местных небесах обычно надолго не задерживается.

Но когда тучи и дождь – ночью становится холодно. Не так холодно, как в песках, но всё же не слишком приятно. К счастью, в Приозёрье не нужно экономить топливо. Здесь всегда хватает того, что можно без особого ущерба для хозяйства сжечь.

Я положил ладонь на нагретый за день зубец. Камень хранил остатки дневного тепла, но с каждым мгновением остывал под влажным дыханием озера.

– Слышишь? – тихо спросил Ферт, не открывая глаз.

Я прислушался. Дикий Шёпот гудел ровно, как обычно. Он рассказывал о ветре, о воде, что бьётся волнами о берег, о людях вокруг, о далёкой угрозе, что надвигалась на Приозёрье.

– Не слышу, – честно признался я. – Что нужно было услышать?

Алана стояла чуть поодаль, прикрыв глаза и беззвучно шевеля губами. Она всегда так делала, когда сосредоточенно вслушивалась. А вот Ферт явно отвлёкся не просто так. Больно уж вид у него был довольный.

– Сегодня я наконец-то поймал момент появления звука, который исчезает по утрам! – поделился он радостью.

– И как, отчётливо удалось его расслышать? – надеясь на лучшее, спросил я.

– Не могу сказать, что слышал совсем уж чётко… – едва заметно смутился Ферт. – Зато я хотя бы теперь знаю, во что вслушиваться. И да, он появляется ещё при свете дня. Так что я не уверен, что он как-то связан с туманом.

– А мне кажется, что связан, – возразил я шептуну. – Просто, чтобы это облако поднять и накинуть на Серебряный Ключ и окрестности, надо приложить немало сил. Получается, мы слышим шёпот Дега?

– Получается, так и есть! – кивнул Ферт. – И даже страшно представить, насколько же он силён…

Чужой шёпот можно услышать в одном случае: если стоишь рядом с шептуном. Это вполне объяснимо. Ведь влияние одного человека – ничто в сравнении со стихией, которую описывает Дикий Шёпот. Это всё равно, что пытаться расслышать голос одного певца в общем хоре. Ну или почувствовать чужой выдох при сильном ветре.

Поэтому несложно представить себе, какой силой должен обладать шептун, чтобы его воздействие на мир отразилось даже в общем звуке Дикого Шёпота. Это уже какие-то нечеловеческие возможности. Впрочем, изменение людских тел – тоже за гранью моего понимания.

– Силён, не силён… Если его можно убить, значит, его убьют, – я спокойно пожал плечами. – Не мы, так ещё кто-нибудь. Даже сильнейшие шептуны рано или поздно гибнут.

Сзади раздались неторопливые шаги Урунсиха. Я обернулся, чтобы проверить. Это и в самом деле был старый наместник. Кутаясь в шерстяной плащ, он молча подошёл к парапету и долго смотрел вниз. На белый туман, накатывающий на город.

– Шустрый он сегодня… – заметил Урунсих, в конце концов. – Если за чашу доберётся до скалы, готовьтесь защищать свою скотину…

Я не стал переспрашивать, уверен ли он в своих словах. Проще было дождаться окончательного вердикта со стороны старика. Чаша – не так уж долго. И, к сожалению, туман к этому времени не только до скалы добрался, но и начал восхождение вверх по склону.

– Доберётся сегодня! – наконец, кивнул Урунсих. – Я увожу своих на верхние этажи. Сейчас распоряжусь, чтобы перенесли припасы с водой на второй и третий. Будем стоять у лестниц. И вам того же советую, молодёжь…

– Нет, лучше мы поборемся за своих животинок, – я качнул головой. – Но спасибо за предупреждение.

– Не за что, воевода… Не за что… – наместник тяжело вздохнул и двинулся в обратный путь со стены.

Я посмотрел ему вслед. Обычно прямой, как доска, старик казался сгорбленным и осунувшимся. Видимо, груз ответственности оказался слишком тяжёл. Урунсих правил этим городом много лет, а нынче его правление свелось к тому, чтобы не дать оставшимся жителям погибнуть за ночь.

Покачав головой, я обернулся к одному из кочевников, стоявших в дозоре на стене, и приказал:

– Бегом к Ситранису, Истору и Тадару. Буди их и скажи, что туман может за пару гонгов дойти до двора. Пусть готовятся поднимать людей и выводить их на защиту скотины. И сюда на стену пусть тоже пришлют смену.

– Ясно, воевода! – отозвался кочевник и рванул выполнять приказ.

А я вновь посмотрел на туман. Он тяжело накатывал на нижние витки серпантина. Плотный, неправильный, не подчиняющийся ветру, нарушающий законы природы… Туман полз всё выше и выше. И даже я понимал, что в этот раз он у стен не остановится.

Во дворе раздались голоса и топот ног. Заскрипели двери мастерских. До стены донеслось тревожное порёвывание переханов. Умные животные волновались, чуя близкую беду.

По стене забегали бойцы, пришедшие на помощь кочевникам – опытные копейщики и бойцы ближнего боя. Вскоре пришли Денос и Гвел, они остановились рядом со мной, явно ожидая каких-то напутствий. И я не стал их разочаровывать:

– Пока на стену не лезут, бойцов от парапета отведите. Они умеют как-то так воздействовать на людей, что хочется выполнить их просьбы. Вроде бы несильно… Я вчера удержался. Но один из местных стражников поддался. И среди наших такое может произойти. Предупредите десятников.

– Хорошо, – кивнул Гвел.

Я хотел сказать что-то ещё, однако время разговоров вышло. Туман уже близко подполз к стене, и слуги Дега не стали ждать.

Сперва из белой мглы выступила голова. Бледная, с чёрными провалами глаз. Затем – плечи, руки с перепонками, мокрая одежда, облепившая тело.

Первый слуга Дега, выйдя к самым воротам, замер и задрал голову вверх.

За ним показались ещё двое. Следом – сразу десяток.

Они появлялись бесшумно, как рыбы из глубины. Выстроившись у подножия стены, слуги Дега не пытались лезть или атаковать, а просто стояли и смотрели на нас.