Чтение онлайн

…И вдруг снова, как тогда на подъезде к Керафу — перед внутренним взором Джантара стали вставать образы прошлого. Но уже выстраиваясь в какую-то последовательность, логическую цепь, приведшую их сюда, в этот поезд…

…Тетрадь, оставленная дома перед уходом на стройку (в самом деле, зачем пошёл туда?)… Больничная палата, рассказ родителей о событиях вокруг его семьи… Запертое купе по пути в Кильтум… Бывшая бабушкина квартира, ночной кошмар в ней… Съёмка на набережной, разговор, с которого всё начиналось… Встреча у Герма, просмотр распечаток из общедоступного архива… Напряжённые размышления во дворе дома Лартаяу… Вечерний путь по лестнице к остановке автобуса… Спуск в подземелье, уходящие во тьму бетонные ступеньки… Обратный путь в предутреннем сумраке… Шок после просмотра записи… Следующий вечер, вновьа дома у Герма — перешедший в ту страшную ночь…

…А потом вдруг снова: его комната дома, в Керафе; первая встреча с Талиром в Кильтуме; опять знакомые улицы Керафа, где он шёл куда-то с семьёй…

И… всё это осталось за гранью, больше никогда не повторится? Он уже не сможет вернуться домой, и так мирно идти с семьёй по улицам родного города? Потому что кому-то удобнее управлять обществом, считая всех дураками, и принося поодиночке в жертву «высшим интересам»? И кто-то просто не может дойти до правды, не рискуя собой или другими?..

…Лишь отчаянным, страшным усилием воли Джантар вновь овладел собой, едва подавив сдавленный вздох, чтобы не слышали остальные… Но и мысль уже не могла течь спокойно и размеренно — рвалась из сознания раскалёнными брызгами ярости: на этих «простых», тупых и недалёких людей; на тех, кому проще ими так управлять; и кто оправдывает этим несправедливость…

…Неужели иначе нельзя? И так будет во веки веков лишь потому, что кто-то не хочет или не может стать лучше, кто-то примитивен и одержим низкими страстями, кто-то завидует, хочет быть богаче, ощущает неполноценность? И всё кто-то будет тянуть кого-то из бедности, отсталости, отупляющей круговоротом тяжёлого примитивного труда, из дурно и несправедливо устроенных традиционных обществ, подавляющих личность — и потом всё будет оказываться, что тому, другому, это не нужно? Не готов он работать ни на чьё благо, верх его устремлений — оболгать, унизить, перехватить богатство, должность; он не созидатель, не исследователь, не звено в цепи достойных человеческих дел — хищник, что грызёт глотку себе подобному в драке за добычу? И ловушкой на хищников всегда должен стоять закон — ловушкой, куда порой по ошибке, как необходимая жертва, будут попадать и «не те»?

Но почему? Лишь потому, что несовершенных много, вместе они — сила? Достаточная, чтобы определять состояние, настроения общества в целом? И тогда это уже… их общество? Хищников с неразвитой высшей, четвёртой группой потребностей — а не людей в полном смысле слова? Но как быть людям, которым не подходит дикое стадо?

И главное: сразу — подсознательный протест! Потому ли, что речь о существах одного вида, способных дать между собой потомство — которых и психологически хочется представлять в принципе равными? Или дело в отсутствии чётких граней — как та, что очевидно отделила бы реальное человечество Фархелема от членистых людей Иopapы, будь они на самом деле? Есть лишь непрерывная градация: от «опредёленно человека» — до «уже почти не человека», который лишь биологически особь того же вида?

Да, но как быть, если и тот, на низшей ступени, претендует пользоваться благами цивилизации? И пользуется — как хищник, во вред разумным! А вывод: виновата цивилизация, вот он — человек, испорченный ею…

В самом деле вывести какие-то величины, показатели, определить границы их нормальных проявлений — и на этой основе вывод: только мы, у которых данный показатель превышает такую-то отметку, есть собственно человечество Фархелема; а вы, у кого он ниже — лишь похожие на нас существа, которым мы, строя жизнь по-своему, ничего не должны, не обязаны судиться с вами как равные, сидеть в ваших тюрьмах?

Но тогда… уже явный, узаконенный раскол человечества? Законодательно оформленное отделение в нём тех, кто считает себя человеческой цивилизацией — от тех, кого они таковыми не считают? И что делать тем, отвергнутым, каким путём идти дальше? Какую свою, особую культуру, основанную на каких ценностях, создавать? (Опять же: «иные ценности»…) На чувстве собственной ущербности, обиде за то, что их отвергли, унизили тем, какие они по своей природе — и… уж наверняка на желании отомстить оказавшимся лучше и чище их? При том, что и они, считая себя разумными, что-то успели взять от цивилизации — действительно страшно…

А, с другой стороны: не правомерно ли и стремление совершенных жить по-своему, не завися от чужих пороков? И… разве обязан человек привести домой из леса дикое животное, и пытаться поднять на свой уровень, а не вышло — уйти в лес, жить одной жизнью с ним, чтобы никому не обидно?.. Да, но тут речь — о тех, кто тоже считают себя людьми, претендуют на блага цивилизации! И почему-то оказываются в ней обитателями свалок, трущоб, притонов, воруют и торгуют краденым, предаются порокам, неспособны усвоить школьную программу, даже подогнанною под уровень «нормального ребёнка» (а что и усваивают, так накладывается на мировоззрение хищника и паразита, для которого человек — либо враг, либо добыча)… И им ничего не стоит посягнуть на достоинство, судьбу, честь, жизнь людей — потому что таковы инстинкты! А цивилизация виновата в том, чего им не дала — хотя что может им дать?..

Или… уж действительно рассматривать проблему с позиций души, а не тела, энергоинформационной, a не биологической сущности человека? Личность, интеллект, самосознание — и есть духовная сущность; а инстинкты, телесные несовершенства — относятся к плотному, «физическому» телу! Вот бы бестелесной душе и спросить: почему мне должно достаться тело, что потребует наркотиков для расслабления, привнесёт в работу ума дикие инстинкты, и наконец состарится и умрёт прежде, чем личность может вполне реализовать себя? И почему — семья, где за нищету, нечеловеческое обращение и дефектные гены ещё надо почитать «старших» сверх всякой меры?.. И пусть это само по себе малоизученная область со множеством спорных вопросов и домыслов (взять хотя бы: что и такие люди, как он, Джантар, с отчётливой памятью прошлых воплощений, редко помнят себя в астрале, сведения о котором здесь, в «плотном», «телесном» мире скудны и отрывочны) — разве не правомерна постановка вопроса? Если душа и реальна как живая самосознающая сущность — а «священные» права взрослых на детей, наоборот, относятся скорее к телу, к инстинктам, чем личности?

Но увы, во всех прочих культурах планеты личность и отождествляется более с телом, чем с душой. И как бы вовсе не может быть прав и интересов того, кто не воплощён — лишь неоспоримые права тех, чьё тело требует удовлетворения чисто животных программ: первого, второго, третьего уровня… (Где, в каких структурах тела всё это содержится — вопрос особый…) И права ребёнка противостоят правам взрослого как их неполный, ущербный вариант, права того, кто сам ещё «не вполне реален», ведь «вполне реален» лишь тот, кто, с точки зрения этих культур и их законов, обладает «достаточно развитым» телом, и сам может производить потомство — пусть это и не соответствует уровню его интеллектуальной зрелости, способности взять на себя ответственность за другую личность, за начало её пути в этом мире… И всё на том и строится: на правах половозрелого тела, а не души, не личности — хотя цивилизация, по идее, состоит из личностей, а не просто из тел! Как он до сих пор не замечал этого противоречия…

Однако верно: чхаино-каймирская культура никогда не знала этого противоречия, не сталкивалась с ним! То есть… уже на самом деле — биологические, телесные, генетические различия рас и культур? А конкретно — разная степень выражения программ низших уровней, и возможно, разный характер их проявлений в ответ на одно и то же? И то, что всё всплывало в их разговорах этих дней, вызывая подсознательный протест — горькая, нo правда? Самым серьёзным образом вставшая на пути к единому совершенному человечеству…

И… не затем ли, чтобы подготовить человечество Фархелема к этой тяжёлой правде, кому-то понадобилась запись об Иораре? Кому-то, кто уже понял, осознал эту правду — и намеревался так, через эту запись, открыть всем? И пусть неясно, как именно он думал это сделать — но искал ответов на те же вопросы, и приходил к тем же выводам? Разница лишь — что уже знал о записи: где она хранится, как её можно скопировать — но почему-то не мог сделать это сам? И использовал их… возможно, случайных, неожиданных для кого-то людей, которым не грозило то, что ему? Хотя, если так, и речь — о человеке, сотруднике секретного учреждения, а не таинственной мистической силе? И тоже: что страшнее, с чем опаснее иметь дело — с такой силой, или просто с людьми? И… от какой, собственно, угрозы они надеются укрыться в Чхаино-Тмефанхии? Что это таким странным, загадочным и образом вошло в их судьбы, кто или что ведёт их, не открывая правду о себе и своём плане?..