Чтение онлайн

Михаил накрыл мою руку, лежащую на сгибе его локтя, ладонью. Он, как и я, не надел перчаток, и пальцы у него были холодные. Только прикосновение все равно показалось мне теплым. Белоозеров-младший теперь прочно ассоциировался у меня с теплом. С жаром, если был слишком близко. С пламенем, когда уходил в ярость.

– Послушай, - произнес он как-то нерешительно и растерянно, и я внутренне напряглась - сейчас будет жалеть и сочувствовать.
– Я не знаю, как мне поддержать тебя. Как тебе помочь... И от этого... Чувствую себя слабаком. Я... У меня в голове не укладывается, что ты столько пережила. Ты! Образец терпения! Внимательная, заботливая, черт возьми, уравновешенная! Ты просто...

Он шумно выдохнул:

– Не знаю...

– Миш... Я тоже не знаю. Пережила. Может, поэтому и такая. Каменная.

– Каменная?! П-ф-ф... Нет! Наоборот! Я же вижу, как ты переживаешь за бабушку. За меня. Ты страстная, открытая... Да ты целуешь так, что землю вышибает из-под ног. Нокдаун!

– Серьезно? Не знала, что умею, - я покачала головой. Мне были лестны его слова, но все же от темы своих трагедий я поспешила уйти.
– Миш, правда, это не стоит обсуждений. И не думай, что должен мне помочь. Никто не должен. Это же мое прошлое, и оно прошло.

– Прости.

– Ну что ты... За что? Мне так хорошо с тобой, а ты просишь прощения.

Он остановился, взял мою руку и стал целовать ладонь и каждый палец.

– Миша...

Он мотнул головой. Я улыбнулась.

– Миш, хватит.

– Знаю, кто ты, - тихо произнес он, притянув меня к себе и обняв.
– Ты - моя вера в добро. Я думал, тебя нет, а ты есть. Моя Вера...

Я уткнулась носом в его плечо и зажмурилась. Ну вот, захотелось плакать.

– Ты, оказывается, романтик, - шепотом ответила я.

– Оказывается, - Михаил отстранился и оглядел меня.
– Есть хочешь? Пойдем, пообедаем?

– В тот ресторан, где ты угощал меня черной икрой?

– Туда хочешь?

– Нет. Может, по шаурме?

Миша запрокинул голову и засмеялся.

– У меня же диета, солнце. Особенно, пока не тренюсь. Давай, найдем золотую середину.

После непродолжительных поисков мы уселись в кафе с дурацким названием "ФрикАделя" и отличным предложением на бизнес-ланч, состав которого Мишу вполне устроил. А после плотного обеда и десятков селфи с администратором, официантами и хозяйкой кафе (Аделей, естественно), мы решили пойти в кино.

Мы смотрели какой-то очередной супергеройский блокбастер, о котором забыли, стоило нам выйти из кинотеатра.

Во время сеанса Мише звонил Андрей, и вот теперь мой спутник достал телефон, потому что выходить из зала не захотел.

– Извини, но Андрею надо перезванивать обязательно, - Миша отвернулся и приложил мобильный к уху.
– Да? Конечно, помню...

Мы вышли к пешеходному переходу и остановились чуть поодаль, чтобы не мешать прохожим. Двое пацанов лет пятнадцати мялись рядом, поглядывая на Мишу - ждали возможности попросить сфотографироваться.

– Зачем? Там и встретимся, - Михаил тоже заметил мальчишек.
– Да, понял. Бывай. Чего хотели, ребят?

После селфи и пятиминутного обсуждения боя, Михаил потянул меня через дорогу, в десятый раз желая парням всего хорошего.

– А когда вы проведете бой в России?
– крикнул вдогонку один из мальчишек.

– Как только найду соперника, который не зассыт сюда приехать!

Парни засмеялись, а мы шагнули на тротуар.

– Фух, - Михаил встряхнулся.
– Эрудированная молодежь. Знают о боксе больше, чем я.

– Куда теперь?
– спросила я. Миша вел меня обратно к парку, и это, похоже, означало, что прогулка подошла к концу.

– На тренировку.

Я вскинула брови.

– Тебе уже можно?

– Не на свою, но, надеюсь, со следующей недели начну заниматься серьезней. Домашние облегченки - это, конечно, бред.

– Так куда ты?

– Мы. На мою старую базу. Проведу с тренером занятия для группы до двенадцати лет.

– Так праздники же! И вы все равно тянете детей на тренировки?

– Они не только дети, они - спортсмены. И не будут две недели трескать оливье перед телевизором. Ты поедешь со мной?

– Конечно! Там же никто не будет драться?

– Сегодня - нет. Только тренировка и легкий спарринг. Может, кто из любителей заглянет - познакомлю с моей старой командой.

– Командой?

– В любительском боксе ездишь на соревнования вместе с другими боксерами. Это в проф - один зверский бой раз в полгода, а лучше - в год.

– А почему ты пошел в проф? Не любил играть в команде или не устраивали не зверские бои?

– Меня пригласили - я ушел, - пробурчал Михаил и, нахмурившись, отвел взгляд. Я не стала требовать подробностей - захочет, расскажет сам.

– И часто ты приезжаешь на базу?

– Как оказываюсь в России. Мальчишки меня знают. Не лезут с дурацкими вопросами, не требуют фото. Просто занимаются. Вот Марка, когда он приезжал со мной, достали. Но он на то и тренер, чтобы быть во всеоружии. Так что, поехали? На моей?

– Как хочешь. Ты на ДеЛориан?

– Нет. Не зачем отвлекать молодежь. А тебе понравилось рулить раритетом?

Я усмехнулась:

– Конечно. Было страшно что-то испортить, но я выжила из него все, что могла.

Михаил внимательно посмотрел на меня.

– Не пыталась вернутся в прошлое?

– Пыталась, - пнув комок снега, не вовремя оказавшийся под ногами, ответила я.
– Хотела попросить родителей не садиться,на тот самолет. А ты?

– Пытался, конечно. Но в прошлом мне делать нечего.

– Совсем ничего не хотел бы изменять? Тебе повезло.

– Ну да... Повезло... Разве что спросил бы у матери, почему она нас бросила.

Мы добрались до машины Миши. Он сел на водительское и перекинул назад лежавшую на пассажирском сумку.

– Запрыгивай. На тренировке скучать не будешь?

– Наверное, нет. Интересно было бы посмотреть.

На самом деле, это оказалось совсем неинтересно. Мне, по крайней мере. База находилась в большом пригородном районе, в здании бывшего Дома культуры - с колоннами, фронтонами и барельефами. Отреставрированное, чистое и все же очень неуместное среди стекла торгового центра и желтого кирпича высоток. Тренировки проходили в левом крыле, поэтому мы сначала прошли по темному коридору, миновали закрытую столовую и почти тут же вышли на толпу детей. Те на мгновение затихли, а потом подняли такой гвалт, что я перестала слышать свои мысли. Миша поднял руку: