Чтение онлайн

Я улыбнулась и похлопала друга по плечу.

– Прекращай валять дурака. Ты найдешь к ней подход, я уверена.

– Давно бы нашел, если бы большую часть времени не торчал за океаном.

Я ничего не ответила. О том, что Михаил тоже живет перелетами, думать сейчас мне не хотелось.

А дальше началась тренировка. Нет, я, конечно, пыталась наблюдать внимательно и во все вникать, даже спрашивала что-то у Андрея, который, по виду был очень занят - то строчил сообщения в телефоне, то фотографировал Михаила с разных ракурсов, то болтал с Рустамом - но мне все равно было скучно. Я никогда особо не интересовалась спортом, а боксом - тем более. И если раунды были короткими и, в принципе, зрелищными, то от медленных, по десятку раз повторяемых ударов, меня клонило в сон. Михаил рассказывал об интересующих мальчишек боях, показывал приемы - как в замедленной съемке, а дети смотрели, разинув рты от удивления и восхищения. Я же едва сдерживала зевоту - от этого было стыдно и неудобно.

– Устала?
– Миша подошел ко мне.

– Нет, я же ничего не делаю.

– Скучно тебе здесь?

Я понизила голос:

– А что? Так заметно?

Михаил чуть улыбнулся.

– Не очень. Ты держишься лучше многих родителей.

– Ты не обижаешься?

– Нет! На что? Жаль только, что не смог сделать твой вечер интересным.

– Не все еще потеряно, - я прищурилась.
– Времени у нас...

– Ба, какие люди! Белоозеров собственной персоной!

Улыбка и приветливое выражение мигом исчезли с лица Михаила. Он сжал зубы и, скользнув по мне взглядом, повернулся навстречу явно нежеланному гостю.

– Вечер добрый, Юра.

Зайдя через маленькую, неприметную дверь, скрытую за манекенами, по матам вразвалочку шел к нам широкоплечий, лысый мужчина в черной борцовке. Улыбался незнакомец неприятно, с издевкой. Руку Михаилу не протянул, но последний и не собирался приветствовать гостя подобным образом. Мальчишки притихли и вытянули шеи.

– Чего застыли?
– гаркнул на подопечных Рустам.
– Последний прием - в два подхода и в раздевалки. Молодцы сегодня. Юрик, а ты что тут?

– Да вот, узнал, кто к нам решил заявиться, - мужчина скрестил руки на груди и, проведя языком по зубам, усмехнулся.
– Позеров.

– Юр, за словами следи, - за плечом Михаила, по другую сторону от меня, встал Андрей.

– О, и шут здесь. Полный комплект. Мадам, простите, не знаю вашего имени...

– Тебе и незачем, - резко ответил Михаил.
– Так ты нарваться пришел?

– На тебя что ли? Много чести, любитель бабла.

– А тебе завидно?

– Мне? Пффф... Я за страну свою выступаю, а не за бабло. Знаешь такое слово - "Родина"?

– Хватит, - Рустам, вставший между боксерами, вскинул руки.
– Брейк! Юра, если на тренировку пришел, подожди, пока дети уйдут.

– А я не заниматься. У меня сегодня бой.

Рустам растерянно посмотрел на боксера:

– Не понял...

– Чего ты не понял? Мы же не выъездные теперь. А этот позлорадствовать пришел.

– Если честно, - Михаил отвернулся.
– Мне пофиг на твои проблемы.

– Конечно! По дури попал в проф, за рожу смазливую. Ты в команде на пьедестал часто что ли вставал, а, петух?

Михаил резко развернулся и, схватив задиру за лямку майки, толкнул назад. Боксер не сдвинулся с места.

– Ты что, непризнанный талант, хочешь?
– процедил ему в лицо Михаил.
– У всех дерьма поровну, нечего свое на чужую голову лить.

– Ты зачем приперся, а? Миллионами своими потрясти?

– Так тебе мои миллионы покоя не дают?

– Я вас сейчас обоих за неспортивное выгоню, - зашипел Рустам.
– Какой пример пацанам подаете, псы цепные?

Михаил отдернул руку, отступил назад, кривясь так, словно у него челюсти свело от злости. Юра, ухмыляясь, поправил майку.

– Ребят, - Рустам обернулся к мальчишкам, которые, собравшись стайкой, не сводили глаз с участников потасовки.
– В раздевалку. До понедельника. Миша, спасибо и пока.

– Позеров, а ты что вообще в России забыл? Ты тут нет никто.

– Юра, - Рустам проследил, чтобы все мальчишки вышли в коридор и только потом добавил.
– Не заткнешься - я тебе в рожу дам.

– Не надо ему в рожу давать, - Михаил, опустив глаза, сжал руку в кулак, потер пальцы.
– Слушай, Знаменский. Ты, конечно, баран, но своего достиг. До нокдауна?

У Андрея отвисла челюсть, Рустам вытаращил глаза, а Юра оскалился.

– Опозорится не боишься, проф?

– Тебя убить боюсь. Без шлема же.

– А ты за себя бойся, ангелок. Я за перчатками.

– Вы сдурели?!
– крикнул ему вслед Рустам и тут же перевел взгляд на Михаила.
– Ты что ведешься, как пацан? Ты что делаешь, а? В Федерации узнают - лицензию отзовут.

– А кто им скажет? Ты? Или этот?
– Михаил кивнул Юрию вслед.
– Двери запри. Будешь рефери.

– Не буду!

– Рус, из всей команды пришел только Юра, - Михаил хмуро посмотрел на собеседника.
– Ты ему сам сказал, что я здесь буду, так?

– Так! Он достал своим нытьем! Что ты не заслужил. Что ты - лузер! Я ему сказал - приходи на трену и посмотри! Все своим трудом.

– Он не смотреть пришел, а кулаками помахать. Где, кстати, остальные? Где парни из команды?

Рустам отвел глаза, пожал плечами.

– Не знаю.

– А я знаю. Решил приструнить его чужими руками, правильно я понял?

Рустам молчал. Михаил кивнул сам себе и закончил:

– Поэтому и Юра, и ты получите, что хотели.

– Миш, ты пойми, у нас тяжелое время.

– Я понимаю. Считай это тренировкой.

Рустам, наконец, поднял голову и, махнув рукой, направился к рингу.

Его место занял озадаченный Андрей.

– Майк, это не дело. Совсем не дело. Ты почти месяц не тренился.

Михаил отвернулся от него. Посмотрел на меня, хмуро и выжидающе.

– Ты же обещал, что здесь драться не будут, - произнесла я.

– Так вышло, - он не сводил с меня глаз.
– Просто прости.

– Наверное, мне лучше уйти.

– Я бы хотел, чтобы ты осталась. Этот бой будет... легким.

– Это не бой, это драка. Ты противоречишь сам себе.

Михаил вздохнул, обвел зал взглядом и зацепился за свое фото.

– Не самый удачный ракурс, - заметил, криво усмехнувшись.
– Вживую я выгляжу не таким свирепым.

– Слабо верится, - сухо ответила я.

– А ты останься, - Михаил кивнул на ринг.
– И увидишь.

Я поднялась, взяла сумку, готовясь уйти. Обиделась, хотя понимала, что Миша сейчас не смог бы отмахнуться от всего произошедшего. Да, конечно, он хотел драться, глупо было это отрицать. Но и бывшие коллеги обошли его со всех сторон - провокация, которой он счастлив был воспользоваться.