Чтение онлайн

– Холодным пламенем сверкая,

Взметнулась в Харде сталь клинка:

Кровавый путь там прорубала

Себе жестокая рука.

Бывает...

Дальше строки заливали потеки не то крови, не то красной краски. По стилю и размеру стихотворения Леми догадалась, что это цитата из "Данов", но не помнила этих строк: вероятно, не успела до них дочитать.

– Раймор!
– окликнула девушка саанара.
– На стене строфы из "Данов"?

– Оттуда, - отозвался Раймор.
– Там, кажется, кое-что стерто?

– Да, - сказала Леми и прочитала вслух уцелевшее.

Раймор улыбнулся и свободно продолжил:

– Бывает плоть сильнее стали,

А воля тверже, чем клинок.

Таким и стал тогда Ардаггер,

Свой путь избрав средь всех дорог.

И был он первым из трех данов,

И силой не был обделен,

Но проклинаем стал Ардаггер

С тех пор - и до конца времен.

Против добра восстать и блага,

Всему прекрасному назло -

Нужна немалая отвага,

Но еще больше нужно зло.

Кто хочет получить богатство,

Кому нужна земная власть -

Тот, как бы ни хотел подняться,

Но сможет только низко пасть.

Его убийцей называли...

Ну что же, дан таким и стал,

И люди быстро забывали,

Что мир он тоже создавал.

Пока саанар читал продолжение поэмы, Леми перешла к следующей картине, и она потрясла девушку: на стене мастерски был изображен изумительной красоты белый город, осажденный темной армией. Зубчатые стены рушились в огонь, а за этим наблюдал старший из данов, лежа на плаще под деревьями. Лицо его освещалось отблесками далекого пламени и было настолько пугающим, что Леми поспешила отойти.

– Уйдем отсюда, - дрогнувшим голосом сказала она Раймору.

Саанар кивнул и двинулся к выходу. У дверей он повернулся к девушке и тихо заметил:

– Картину с белым городом рисовал я.

Храм остался далеко позади, всадники давно выехали на главную тропу, а Леми не могла произнести ни слова. Раймор тоже молчал, изредка давая команды волшебному огоньку. Наконец девушка заговорила:

– Там, на стене... Что за город?

– Деннер, - ответил саанар.
– Почитай о нем в хрониках, - он замялся, затем сменил тему разговора.
– Леми, ведь ты из другого мира, не так ли? Твой мир очень отличается от нашего?

– Значительно, - помедлив, отозвалась Леми.

– Но ты почти ничему не удивляеешься, - заметил саанар.

Его фраза заставила Леми призадуматься. Она и сама понимала, что ее спокойная реакция по меньшей мере странна, но находиться в мире старшего дана было так же естественно, как дышать. Родной мир становился сном, далеким воспоминанием, словно из другой жизни.

– Я хорошо помню лабиринт, - проговорила Леми, - всё, что было до него, - туман. Иногда вспоминается что-нибудь и сразу отступает. Это магия, Раймор?

– Да, - ответил саанар, и Леми больше не спрашивала.

Пограничный лес уныло тянулся по сторонам тропы. К этому зрелищу Леми привыкла настолько, что оно стало ей надоедать. Обитатели леса на глаза не показывались, хотя, несомненно, крались под прикрытием сумерек: слабый шелест травы, редкий хруст веток под лапами или под ногами, изредка короткие проблески горящих глаз выдавали их присутствие. Если бы не усталость, вдруг посетила девушку озорная мысль, можно было бы попробовать карти редо, наверное, это вызвало бы переполох в лесу.

– Скоро приедем, - нарушил молчание Раймор.
– Я поеду обратно, ты потихоньку отправишься в Оннелан. Не волнуйся, не заблудишься.

– Перспектива заблудиться меня волнует меньше всего, - с иронией заметила Леми.

Раймор рассмеялся, и смех необычно прозвучал в молчаливом лесу, жители которого явно впервые слышали подобные звуки.

Постепенно становилось светлее: деревья над головами размыкали свои кроны. Пограничный лес заканчивался. Волшебный огонек погас, но и без него уже хорошо были видны стволы деревьев, тропа и спутанные ветви придорожных кустов. Леми с тревогой поняла, что вскоре ей предстоит остаться одной.

Лес закончился, тропа словно растворилась среди зарослей можжевельника. Леми настолько привыкла к серому и черному цветам, что окрашенные закатом в розовый цвет кусты и деревья показались ей странными. Солнце садилось, тени были длинными: Леми и Раймор провели в Пограничном лесу весь день.

Появился прохладный ветерок, и девушка почувствовала - воздух довольно свеж. Она застегнула воротник куртки.

Пахло горячей смолой, и Леми не могла понять, откуда берется этот забивающий легкие запах. Это был не приятный запах древесной смолы, а липкий и противный чад раскаленного асфальта. Прохладный ветер щедро разносил эти ароматы. Леми крутила головой до тех пор, пока не уловила направление запаха. Она приподнялась на стременах и взглянула налево.

То, что она увидела, потрясло ее больше Пограничного леса.

Крайние деревья леса, серые кривые сосенки, росли на высоких замшелых гранитных валунах. Валуны резко обрывались, образуя отвесный каменный берег черного булькающего озера. Леми присмотрелась и обнаружила, что в озере булькала не вода, а настоящая черная вязкая смола. Пузыри поднимались со дна на поверхность и лопались с неприятным звуком. Казалось, что в землю врыт огромный круглый котел со смолой, непрестанно разогреваемой подземным огнем.

Излишне добавлять, что на других берегах, тоже состоящих из гранитных блоков, забрызганных кипящей смолой, не росло ничего. И в сочетании с угрюмым Пограничным лесом смоляное озеро выглядело до крайности отвратительно.

Леми опустилась в седло и с омерзением произнесла:

– Ну и гадкое место!

– Никто не признается в его создании, - меланхолично заметил Раймор.
– Хотя лично я подозреваю Харстэя и Бонтарха: это в их стиле.

Саанар тоже на минуту приподнялся на стременах, но смотрел не в сторону озера. Лучи заходящего солнца ударили ему прямо в глаза; Раймор поморщился и, заслонившись ладонью, внимательно оглядывал окрестности. Леми тоже пристально вглядывалась в равнину, поросшую молодой травой, которую заходящее солнце щедро выкрасило в розовый цвет.

Наконец Раймор убрал ладонь от лица, усмехнулся и остановил лошадь. Недоумевающая Леми тоже набрала повод, останавливая Лаклато.

– Мне пора, - сказал саанар.
– Я чувствую дозорных Оннелана.

– Поезжай, - грустно сказала Леми.

Лихо развернув своего коня, Раймор поскакал обратно. Леми поехала вперед, и через пару миль наткнулась на дозор: из травы поднялись несколько человек в серо-зеленых плащах. Настороженные, сжимающие в руках заряженные арбалеты воины сделали несколько шагов навстречу всаднице. У переднего плащ распахнулся, открывая броню, подобную которой Леми не приходилось видеть: поверх кольчуги воин носил чешуйчатый доспех с выпуклой пластиной на груди, на руках - стальные створчатые наручи и кольчужные перчатки.