Чтение онлайн

А потом мою непутевую голову посетила запоздалая, но такая важная мысль, что, отобрав у лорда его жертву, я вполне могла сама оказаться на ее месте. Так что стоило поскорее, пока граф не очнулся, убираться отсюда. Но только я пришла к этому поистине судьбоносному решению, как почувствовала, что мне ответили, да так, что я сама на несколько секунд потеряла связь с происходящим, позволив ладоням лорда, огладив талию, скользнуть ниже. Меня властно подхватили под бедра, заставив обхватить пояс мужчины ногами, и прижали к стене. Теплый плащ, про который я уже забыла, тяжелой волной лег под ноги. Рывок – и несколько пуговиц с рубашки полетели на пол, позволив ткани предательски соскользнуть с плеча, оголив его. Чем тут же воспользовался милорд. Нет, он не укусил меня, но его поцелуи, его страсть и его напор кружили голову не меньше, чем потеря крови, но все же я уперлась ладонями в грудь лорда, попыталась оттолкнуть. Оказалось, что это все равно, что двигать стену: мои слабые попытки остановить это безумие тут же были пресечены: сведенные запястья были вздернуты над головой и прижаты к стене, а рот закрыт поцелуем, чтобы не мешала своими протестами. У меня отобрали все возможности для сопротивления, да и как тут сопротивляться, когда тебя буквально зажали между стеной и разгоряченным телом? Я оказалась абсолютно беспомощна, в полной власти лорда. Но больше всего меня пугало другое – и хотя я знала из книг, что вампирам для жизни нужно две составляющие – кровь и энергия, неважно какая – жизни, смерти или любви, и что сейчас он всего лишь восполняет недостающее ему, но как бы мой разум не противился, тело податливо отзывалось на властные прикосновения. Хотелось прогнуться, прижаться теснее, откинуть голову назад, подставив нежную кожу шеи под поцелуи. Безумие лорда охватило и меня, зажгло где-то внутри огненное желание. А то, что я ничего не могла сделать, лишь больше будоражило, сжигая последние остатки разума. Я даже не заметила, когда граф отпустил мои руки, и как сама обняла его за шею, зарывшись пальцами в волосы.

Безумные, немного болезненные поцелуи, за которыми уже хотелось тянуться самой, потому как лорд срывал их, не давая насладиться; хриплое, срывающееся дыхание и тихий стон, когда ладонь мужчины властно легла на грудь. Бездна, как много одежды! Я потянулась к вороту рубашки милорда, собираясь расстегнуть, но мою руку перехватили. Вместо этого лорд толкнул ближайшую дверь и, внеся в комнату, кинул на кровать. Я охнула, когда поясницу на миг прошила острая боль – все-таки четыре дня в седле не очень благоприятно на ней сказались – встретилась с ярко-алыми глазами графа и внезапно протрезвела. То, что было для аристократа всего лишь развлечением, могло сломать мне всю жизнь.

Бездна моя, что я делаю?!

– Не надо, милорд, - прошептав, попыталась подняться. Угу, это все равно что остановить лошадь на скаку. Меня властно вернули в лежащее положение, задрали юбку, оголили бедра. Рот закрыли уже известным методом, а попытки оттолкнуть просто не заметили. Дарг, да такими темпами из меня скоро сделают женщину, а уж по моей воле или без нее, никого, похоже, не волнует! На меня накатила волна паники, я забилась под мужчиной, несколько раз ударила вампира кулаками, но его это, судя по всему, только еще больше распалило: ласки стали более жесткими и откровенными.

Нет, я не планировала до конца жизни оставаться старой девой, но не так же… Очень хотелось заплакать, сжаться в комок, но что-то мне подсказывало, что это не поможет – лорд все равно возьмет свое. Расслабиться и получать удовольствие? Если ничего другого не остается…

Но, вероятно, кто-то из богов решил надо мной сжалиться и дать крохотный шанс: лорд, опершись одним коленом на кровать, поднялся, чтобы снять рубашку. Может, он и ремень собирался расстегнуть, но выяснять это я уже не стала: каким-то немыслимым образом извернувшись и перекатившись, я буквально рухнула с другой стороны кровати и схватила первое, что приметала около себя. На дёрнувшегося было за мной мужчину было безжалостно вылито все содержимое вазы, стоявшей на столике около кровати. Ох, не везет лорду Вирраэну с водой! А тут она еще оказалась застоявшейся, затхлой, да еще и с какими-то подгнившими листьями. Я, от греха подальше, отскочила назад, готовая в любой момент опустить пустую вазу на голову вампиру.

В тишине, наступившей в комнате, можно было явно услышать, как под полом шебаршат мыши, как за дверью, в другом номере, кто-то храпит, и как тяжело дышит опустивший голову милорд. Я боялась даже пошевелиться, чтобы случайно не разбудить замолкшее лихо, хотя отчаянно хотелось убежать отсюда. Но никто не может стоять на одном месте вечно, вот и я чуть заметно переступила. Под каблуком, заставив вздрогнуть и еще сильнее вцепиться в вазу, предательски отчаянно громко в царившей тишине заскрипела половица.

Лорд медленно поднял голову, тяжело взглянул на меня и тихо произнес:

– Уйди.

И этого слова мне хватило, чтобы буквально вылететь из комнаты, абсолютно забыв про свой внешний вид. Это не был приказ, это не была просьба, это было предупреждение. Потому как в карих глазах вновь начинало плескаться алое пламя.

Опомнилась я только когда вылетела в общий зал, расположенный на первом этаже. Видок у меня, конечно, был еще тот: растрепанная прическа, мятая юбка и рубашка без нескольких пуговиц, которая то и дело сползала на одно плечо. Я судорожно сжала ворот и загнанно оглянулась. Вроде никто не обратил внимания. Передо мной встал нелегкий выбор – вернуться наверх и вновь столкнуться с лордом, или остаться в полном народа зале.

Продолжать начатое я сейчас была не готова, как и отвечать за свои поступки, так что мне ничего другого не оставалось, как скользнуть в угол за одинокий столик в надежде, что тут, куда не особо доставал свет массивных люстр, висящих под потолком, меня не тронут.

Как оказалось, зря.

– Чего желает госпожа?
– словно неоткуда появилась разносчица, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

– У вас есть вода?

– Воды нет, - окинула меня оценивающим взглядом девушка, - но есть вкусное теплое вино со специями. Мне кажется, это именно то, что вам сейчас надо.

Я, подумав, кивнула. С той дрожью, что меня сейчас била, оно вряд ли справится, но хоть согреет.

Через несколько минут я стала обладательницей большой кружки, от которой поднимался теплый пар и приятно пахло яблоками. Благодарно кивнув, немного отпила и прикрыла глаза, вновь вспоминая произошедшее. Щеки тут же порозовели. Это все от алкоголя! А не вовсе от прикосновений милорда, которые даже сейчас ощущались, словно он был рядом.

Я встряхнула головой, отгоняя морок и вновь отпила.

Что я знаю о вампирах? То, что известно всем – эти кровопийцы питаются не только кровью, но и, как я уже говорила, энергией. Энергией любви, например. Тут все довольно просто – им даже делать ничего не надо. Побольше загадочности и таинственности, побольше элегантности, которая присуща многим вампирам, идеальные манеры в купе с могуществом и немалым состоянием – за столько-то лет как уж тут не накопить-то – и влюбленные девицы сами падают им в руки, чуть ли не умоляя испить их крови. Недаром вокруг этих хлыщей всегда столько девушек вьется. Вот и я, как оказалось, не устояла, несмотря ни на что. А уж в постель с этими убийцами сколькие мечтают лечь - им даже пальцем можно не манить. Ага, а еще незадачливую любовницу можно укусить – совместить приятное, так сказать, с полезным.

С энергией жизни все еще проще, но не так приятно для жертвы: наш товарищ вампир кусает и пьет, пока оная – жертва – в обморок от слабости не свалится. Да и потом пару дней еле встать может.

Ну и с энергией смерти дела обстоят вообще проще простого – забирается сама жизнь. Именно этим способом и воспользовался граф де Гарэ, когда спустился и вырезал полгорода. Именно этим способом он пользовался до тех пор, пока не появились мы. Поэтому мы и ехали умирать.

Каждый вампир сам выбирал то, что ему по нраву, но, так или иначе, рано или поздно, каждый из них убивал. Почему? Ну, это все равно что есть хлебные лепешки вместо вкусного пирога. Вроде и можно, но пирог-то вкуснее и сытнее. Потому как от смерти жертвы вампир получает в разы больше сил, чем от плотских утех.

Правда, все эти разглагольствования прекрасны, но не дают ответа на главный вопрос – что мне делать дальше?

Я бы, наверное, еще бы долго сидела бы, обдумывая этот вопрос, если бы не заметила в какой-то момент, что народ стал подтягиваться к выходу. Скоро заведение должно было закрыться.

Поднявшись со скамьи, я поняла, что безумно устала и что уже ничего не хочу ничего решать, а просто хочу спать. Дойду до номера, завалюсь на кровать, а там уж лорд делает, что ему вздумается – хоть кровь пьет, хоть зайцем скачет, а я буду спать.