Чтение онлайн

— Мэтт хочет их спасти и вызвать полицию, — продолжал Касл. — Я хочу сжечь это место дотла. И я не собираюсь оставлять в живых ни Фиска, ни его псов. Им не место в клетках, им место в земле. Ты со мной?

Я посмотрел на Альберта Гунвиса. Колючий страж бара на подоконнике будто одобрительно молчал.

— Я в деле, — ответил я.

Дождавшись конца смены, я подошел к Барни. Он пересчитывал выручку, хмурясь на помятые купюры и сложность в их выравнивании из-за старческого артрита.

— Слушай, старик. Мне нужно уехать на пару дней. Хочу посмотреть страну, сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Барни поднял на меня глаза, долго всматривался, а потом тяжело вздохнул.

— Посмотреть страну, значит? Ну-ну. Смотри, чтобы «страна» не посмотрела на тебя в ответ через прицел. Вали уже, сокрушитель. Чтобы через три дня был здесь как штык, понял балбес??!!

— Договорились старый ворчун.

Мы с Каслом зашли в магазин тактического снаряжения на окраине. Это было место для «своих» — без лишних вопросов и чеков.

Фрэнк двигался между стеллажами как акула. Он помогал мне выбирать: новые баллистические очки более прочные, с антибликовым покрытием; пара ножей из углеродистой стали, которые не подведут в ближнем бою если понадобятся и несколько «игрушек» для взлома и возможных диверсий.

— Оружие — это инструмент, Ви, — Фрэнк бросил на прилавок пачку перчаток с кевларовыми вставками. Но твой главный инструмент это отсутствие сомнений и твое мышление.

Когда мы войдем туда, не думай о законе. Думай о детях, которые не видели солнца из-за этого жирного ублюдка.

Я затянул ремешок новых очков на голове. Мир стал чуть четче, чуть суровее.

— Сомнений не будет, Фрэнк. Будет только месть.

Завтра этот город станет для нас далеким воспоминанием. Мы отправлялись туда, где правосудие не носит масок и не зачитывает права. Оно приходит в черном и бьет без промаха.

Дорога в чистилище

За окном фургона мелькали однообразные пейзажи Небраски, сменяясь суровыми предгорьями Монтаны. Фрэнк вел машину уже десять часов подряд, не выказывая ни капли усталости. Он сидел за рулем, словно врос в сиденье, а его взгляд был прикован к горизонту, будто он высматривал там врага.

— Ты слишком много думаешь, парень, — Фрэнк не повернул головы, но я почувствовал, как он сканирует мое состояние.

— На этой работе лишние мысли это лишний вес. В поле он тянет тебя к земле.

— Я не думаю, Фрэнк. Я настраиваюсь, ответил я, глядя на свои руки.

— Расскажи мне про объект. Что нас ждет?

Касл бросил на приборную панель помятую карту, исчерченную красным маркером.

— Округ Элхорн. Бывшая лесопилка, которую Фиск выкупил через подставных лиц пять лет назад. Официально деревообрабатывающий завод. На деле фильтрационный лагерь. Туда свозят тех, кто задолжал Кингпину, или тех, кого его шестерки выдернули с окраин. Там нет охраны в костюмах, Ви. Там наемники из «Рокссон» и бывшие вояки, которым закон не писан. Человек тридцать, не меньше.

— Тридцать профессионалов против нас двоих? — я усмехнулся. — Шансы почти честные.

— Не обольщайся. У них тепловизоры, периметр под током и собаки. Но их главная слабость они думают, что они здесь боги. Они расслабились. Привыкли, что их жертвы только плачут и умоляют.

Фрэнк замолчал, закуривая дешевую сигарету. Дым заполнил кабину, но я не стал открывать окно. В этом фургоне запах табака казался естественным, как запах хвои в лесу.

— План простой, как выстрел в затылок, Касл ткнул пальцем в точку на карте. — Я захожу с северной стороны, с холмов. У меня будет «Светлячок» крупнокалиберная винтовка. Я сниму вышки и вырублю генератор. Как только свет погаснет, у тебя будет тридцать секунд, чтобы преодолеть забор с востока. Твоя задача

не ввязываться в затяжной бой. Иди сразу к баракам.

— Хочешь, чтобы я вывел людей, пока ты делаешь основную работу? — спросил я.

Фрэнк резко затормозил у обочины, так что ремни безопасности врезались в плечи. Он повернулся ко мне, и его глаза были похожи на два пустых дула.

— Основная работа у нас общая, Ви. Я не хочу, чтобы ты просто вывел их. Я хочу, чтобы ты стал их кошмаром. Те, кто охраняет детей в клетках это не люди. Это мусор. А мусор нужно сжигать. Если увидишь, что кто-то тянется к оружию не бей в плечо. Бей в лицо. Если увидишь, что кто-то бежит стреляй в спину. В этом месте нет «гражданских». Только хищники и еда. И сегодня мы те, кто стоит выше в пищевой цепочке.

Я посмотрел на новые перчатки с кевларовыми вставками, которые мы купили в тактическом магазине.

— Я понял тебя, Фрэнк. Милосердие осталось в Адской Кухне вместе с Мэттом.

— Хорошо, Касл снова тронул машину с места. — Мэтт хороший человек. Лучший из тех, кого я знаю. Но он пытается вылечить чуму пластырем. Мы же сраная радикальная хирургия. Когда закончим с лесопилкой, Фиск потеряет не только деньги. Он потеряет сон. Он поймет, что его стены больше его не защищают.

Мы ехали в тишине еще час. Гул мотора смешивался с моим внутренним янтарным зудом. Я чувствовал, как гравитация внутри меня перекатывается тяжелыми волнами, готовая вырваться наружу и раздавить каждого, кто встанет на пути.

— Фрэнк, — позвал я.

— Да?

— Почему ты помогаешь мне? Ты ведь одиночка.

Касл на секунду прикрыл глаза, и я увидел на его лице тень глубокой, застарелой боли, которую он прятал за своей брутальностью.

— Потому что я видел твой взгляд, когда ты смотрел на окуляр тех очков и слышал как ты говоришь Мэтту о Фиске.

В тебе нет жажды славы, как у этих парней в трико. В тебе есть ярость. Правильная ярость. Я не помогаю тебе, Ви. Я просто даю тебе направление. Считай это инвестицией в будущее этого города. Без сорняков, раковой опухоли и тому подобного..

Он вытащил из бардачка заточенный нож и протянул его мне.

— Возьми. Это из моей личной коллекции. Сталь ручной ковки. На случай, если патроны кончатся, а желание убивать нет.

Я принял нож. Тяжелый, сбалансированный, холодный.

— Спасибо.

— Не за что. Наслаждайся поездкой, Уотчер. Завтра нам будет не до разговоров.

Фургон скрылся в густых сумерках Монтаны, унося нас туда, где заканчиваются слова и начинается предвкушение боли и страданий для тех кого мы будем наказывать…

Фрэнк молчал долго. Сигарета в его зубах догорела почти до фильтра, прежде чем он стряхнул пепел в открытое окно. Ветер Монтаны ворвался в кабину, раздувая жар уголька.

— Знаешь, Ви, я видел много дерьма, начал Касл, не отрывая взгляда от дороги.