Чтение онлайн

– Ангел ты мой. Вот же счастья привалило.
– Поцелуй в щёку. Очень красную щёку.
– Ладно. Допустим, этот случай входит в те десять процентов, когда договориться не получилось. Вот Кали. Разозлится на меня окончательно и захочет прирезать...

– Плохой пример!

– Хорошо. Одинцов. Царь наш батюшка. Великий князь всея Собрания. Хочет он послать кого-нибудь из своих холопов, чтоб от меня избавиться. Мол, пристрелите вы этого Белозерского, затрах... задолбал он меня, пёс смердящий. Кость в горле. А ему в ответ - свет ты наш, Александр Леонидович! Не губи, кормилец! Белозерский хоть и смердящий, а хватка как у питбуля. И сам отобьётся, и нас потом найдёт и в гроб вгонит! Не оставляй детей сиротами! Ну и так далее.

Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

– Тебя так боятся? Почему?

– Поверь, повод есть.
– Он довольно усмехнулся.
– Я его уже лет десять даю. Кровожадное чудовище, все дела. Как думаешь, много народу захочет вредить мне или моим родичам?

– И что, репутация вот прямо всегда срабатывает? И никому нельзя просто заплатить побольше?

– Умная какая, вы гляньте. Можно, конечно. Да только умельцев не так много. И со всеми я договорился - меня и моих не трогать.

– То есть, вся наша семья считается "твоими"?

Объятья стали крепче, усмешка - шире.

– Ты - уж точно моя. Ну а Миша с Кали твои родители.

– Это же не кровное родство. Нет, раньше, оно считалось почти таким же сильным...

– Я разве не говорил про традиции?

– Неужели, до такой степени?

Игорь Викторович кивнул. Взгляд стал лукавым - на языке явно была какая-то пошлость. Он наклонился к моему уху...

...и тут в дверь постучали. Впрочем, нет, это слишком вежливо. Начали ломиться. И скрестись. И издавать какие-то звуки - эдакую помесь рёва и воя. Мамочки...

– Что это?
– невольно вздрогнув, спросила я, крепче прижимаясь... к мужу.

Но тот был спокоен.

– Кто. Вот не терпится, а. Сказал же, что сегодня придём. Ну-ка пусти.

Я встала, позволяя Игорю Викторовичу подняться.

– А может не надо?..

– Да не бойся, - донеслось уже из прихожей.
– Это свои. Привет, Колян. Ну ты и вымахал, туша! Эй, полегче!..

Что-то грохнуло. Явно большое и очень тяжёлое. Подскочив, я тут же вылетела следом за Белозерским. И замерла на пороге.

Входная дверь нараспашку. Игорь Викторович лежит на полу. А на нём - медведь! Настоящий! Придавил к полу и ревёт в лицо!

– Ах так, да?! Ну ладно, сам напросился!

Не успела я как следует прочувствовать весь ужас ситуации, как Белозерский напрягся и сбросил зверя. Тот кинулся снова. Началась... драка? Нет, скорее, возня. Причём, шуточная - Игорь Викторович усмехался, то и дело слышалось: "Ах ты туша! Вот так тебе! Ну давай, давай! Что, получил? А нечего к старшим лезть. Сдаёшься? Нет? Ух, силён!".

Я выдохнула.

Правду говорят - у страха глаза велики. Зверь, поначалу показавшийся мне взрослым медведем, на деле оказался... нет, наверно, всё-таки не медвежонком, не совсем детёнышем. Побольше. Интересно, есть какое-то особое название для медведей-подростков?

"Схватка" продолжалась ещё минут пятнадцать. Было чёткое ощущение, что Белозерский мог бы закончить всё намного раньше но просто поддаётся. В конке концов, он позволил медвежонку снова себя опрокинуть.

– Ну ладно, ладно. Твоя взяла. Сдаюсь.

Издав... наверно, победный рёв, тот отступил.

– Аня, знакомься, - сказал Игорь Викторович, поднимаясь. Вроде бы, цел и невредим - чего не скажешь про одежду. Сплошные дырки.
– Ещё один Буров. Только Николай. Будущая гроза всех волков. Ну что, борец, с почином тебя. Настоящий медведь теперь. Ты хоть догадался не по главной улице идти?

Медвежонок качнул головой - судя по всему, соглашаясь.

– А почему нельзя по главной?
– поинтересовалась я.

Страх отступил, вместо него появилось любопытство. Оборотни-медведи. Нет, я знала, что и такое бывает. В теории. А вот на практике сталкивалась впервые. Хотя чего я удивляюсь? Кем ещё мог быть этот Ярослав? С его-то комплекцией!

– А как ты себя поведёшь, если столкнёшься с медведем? Прям посреди улицы? Это волкам хорошо - нас хотя бы за собаку принять могут. И то, не всегда. А остальным приходится осторожничать.

Я кивнула. Снова подойдя к Белозерскому, медвежонок ткнулся мордой в бок.

– Хорошо, хорошо.
– Улыбнувшись, Игорь Викторович ласково потрепал зверёныша за ухо.
– Сейчас пойдём. Ань, ты готова?

– Угу.
– Я смерила его демонстративно оценивающим взглядом.
– А ты?

– А что я...
– начал было Белозерский, осматривая одежду. Вернее, то, что от неё осталось.
– Ах ты ж... Зверюга. Ну жди тогда, переодеться надо.

Дом Буровых кипел - на праздник собрались не только все члены большой семьи, но и близкие друзья. Пока дети с довольным визгом носились от виновника торжества (всё ещё пребывающего в облике медведя), женщины помогали хозяйке на кухне, а мужчины вместе с хозяином занимались шашлыками и пловом, который было решено делать на открытом огне.

– Ну что, Волк, зачем пожаловал?
– спросил Ярослав, поправляя шампур.

– На тебя посмотреть, жену показать, - с усмешкой ответил Белозерский.
– Ей свежий воздух тоже не помешает.

Сейчас возле мангала были только они двое. Остальные или пошли проведать жён, или занялись слишком уж расшалившимися детьми, чуть было не выбежавшими за пределы участка вместе с медведем.

– Она хоть школу-то закончила, жена твоя?

– Студентка.

– И что, до сих пор не перекидывалась? Ни разу?

– Так она ж городская. У них частенько задержки, сам знаешь.

– Не настолько.
– Буров посмотрел на друга.
– Хорош прятаться, Волк. Я не баба, чтобы ты со мной заигрывал. Выкладывай. Зачем тебе такая жена? Нормальной не нашлось?

– Со стариком Вавиловым у тебя свои счёты. Это я помню.
– В карих глазах мелькнули жёлтые вспышки.
– Мишку ты тоже никогда не жаловал. Но девчонка-то чем не угодить успела? Фамилией? Так она теперь Белозерская.

Хмыкнув, Ярослав отвернулся.

– Толку-то?
– бросил он, мрачно глядя на тлеющие в мангале головни.
– Обзови гадюку ужом - она им станет, что ли?

Достав сигарету, Игорь прикурил от уголька.

– Любишь ты женщин, Славка.
– Голос звучал мирно, но желтизны в глазах прибавилось.
– Или что, Даше рожать надоело? Посылает куда подальше?