Чтение онлайн

Буров сжал кулаки - шампур в руке погнулся, будто проволочный.

– Ты за этим явился? Рычать на меня?

Игорь лишь усмехнулся.

– Ещё кто на кого. Давай не будем, ладно? Не порти Кольке праздник. И вообще, ты сам хотел, чтобы я женился.

– Не на дочери Вавилова!
– отрезал Ярослав.
– Ты был в этой семье! Уже забыл, что происходило, что они творили?!

Белозерский уже не усмехался, но был всё также спокоен.

– Был. И видел. Что Миша, что его отец хотели как лучше.

– Мой друг...

– Слава.
– Взгляд карих глаз стал жёстче.
– Твоего друга сгубил Одинцов. Ни Миша, ни его отец к этому отношения не имеют.

– Чёрта с два! А если они заодно с Одинцовыми? Про это ты не думал?

– Нет. Я знаю Мишу. Он не из тех.

– Из-за него всё это началось!

– Да. Но он сразу вышел из игры, когда понял, чем это грозит. А Одинцов подхватил. Всё с ног на голову перевернул именно он.
– Игорь положил руку другу на плечо.
– Ты спрашивал, зачем я приехал? За твоей помощью. Хочешь поквитаться за смерть Димки?

– Так, Волк.
– К ним вдруг подошла хозяйка.
– Я тебя сколько раз просила? Хватит Славке по ушам ездить. Иди, вон, жену обихаживай.

Белозерский усмехнулся.

– Послала, так послала. Ещё одна Кали на мою голову. Ладно, ладно. Не мешаю.
– Взглянув на друга, кивнул и пошёл в сторону дома.
– Солнце моё, взгляни на меня. Соскучиться успела?..

Воистину, тяжела жизнь подростка первые пятьдесят лет. Игорь Викторович... Впрочем, нет. Просто - Игорь. Называть этого мальчишку по имени-отчеству язык теперь просто не поворачивается. Он, конечно, и раньше позволял себе дурачиться, но чтобы так...

Началось всё с одежды. После потасовки со "страшным зверем", супруг удалился, чтобы переодеться. Раньше я всегда видела его в классике. Да, порой, очень небрежной, взъерошенной, без галстука, только в рубашке и брюках. Да, он всё равно был похож на мафиози, а то и просто разбойника с большой дороги. И всё же. Классика есть классика.

А тут вдруг джинсы. Потёртые. Сильно, почти до дыр. И кроссовки. Когда-то белые, но теперь... И какая-то морковно-оранжевая рубашка с закатанными рукавами. И всё явно старое, ношеное-переношеное, латаное-перелатаное.

Очнувшись от эстетического шока, я, разумеется, спросила, зачем нужно было так одеваться, и неужели нет ничего поприличней. На что супруг ответил: "Ничего ты не понимаешь, женщина. Это моя молодость". И напевая что-то про то, как хорошо иметь в кармане пачку сигарет, вышел из дома. Пришлось смириться.

На празднике Игорь представил меня сначала хозяевам, а потом и всем, кто подходил к нему здороваться. Народу собралось - целая деревня. Одних только Буровых было человек пятнадцать: хозяин с хозяйкой, их дети и братья-сёстры - многие тоже со своими семьями. А плюс друзья, их супруги, дети...

Это действительно здорово. И... трогательно, что ли. Ведь, как я поняла из рассказов Игоря, почти все живут в разных городах. По всей стране. Одна пара была аж с Камчатки! Но приехали сюда, под Сочи. И ради чего - чтобы отпраздновать первое обращение мальчишки-медведя. Это ж насколько сильная, насколько крепкая дружба!

Семейные узы тоже были не менее прочными. Как сказал Игорь, у Ярослава трое братьев и две сестры. И шестеро детей - причём, старшему уже двадцать три, он женат и живёт отдельно. Сегодня Буровы собрались в полном составе - и от каждого члена семьи виновник торжества получил какой-то подарок. Даже девочка лет трёх - и та нарисовала двоюродному брату картинку с медведем. Прелесть.

Видимо, собравшиеся ждали только нас - когда с представлениями-знакомствами было покончено, все сразу разделились: мужчины остались во дворе, женщины (ну и я) пошли на кухню - помогать хозяйке. Игорь о чём-то говорил с "Халком", но его жена, увидев это из окна, почему-то сразу же помрачнела и пошла разгонять. Они подчинились - ну, я б тоже не рискнула спорить с такой женщиной! Это меня людской поток в метро может из вагона вынести. А мадам Бурова была под стать мужу - коня на скаку, в горящую избу и так далее. Ну просто Настасья Микулишна, женщина-богатырка.

Потом из дома вынесли столы - аж три штуки! Сидеть хотели на улице - благо, тепло было прям как летом, а от посторонних взглядов защищал высоченный забор, ограждавший участок со всех сторон. И понеслась.

Алкоголя было немеряно, причём весь домашний, не покупной - видать, каждый из гостей привёз что-то с собой. В итоге, чего только на столе ни стояло: от обычного вина до виноградной водки. Была и конченая экзотика вроде настойки из оленьего жира, настоящий рецепт которой "ныне известен лишь единицам". Пили её только мужчины и буквально по паре-тройке рюмок, не больше. Я взяла у Игоря - из любопытства, чисто понюхать. Аж слёзы потекли. Наверно, даже чистый спирт, и тот слабее. Какая-то экстремалка всё-таки захотела попробовать, но соседи не позволили - мол, слишком ядрёно, не для женщин.

В общем, пили много и разное. Однако ж, под стол не сполз никто. Дело ли в самих напитках, в обилии закуски, в том, что за столом сидели дети, или что у оборотней организм слабее реагирует на алкоголь - но именно пьяных не было вообще. Нетрезвые. Захмелевшие. Навеселе. С более громким смехом и повышенной словоохотливостью. Ну и не только.

Чем ярче у супруга загорались глаза, тем чаще я чувствовала на себе его руки. На плечах, на талии. Потом меня угораздило ненадолго отлучиться в туалет. Когда вернулась, сесть на стул уже не вышло - лёгким движением руки Игорь опустил меня себе на колени. Я попыталась отстраниться: всё-таки, неподалёку дети, полно народу, и вообще, что за наглость. На что дражайший супруг усмехнулся и показал руку с обручальным кольцом: "Видишь? Имею право". Тут крыть было нечем.

Когда все напились и наелись, настал черёд разговоров за жизнь. Детей за столом уже не было: кого-то спровадили взрослые, кто-то ушёл сам. Опять началась беготня из дома на улицу и обратно, крики, визг, смех. Коля, виновник торжества (в человеческом облике оказавшийся высоким широкоплечим парнем - пятнадцать не дашь ни за что) тоже за столом не остался. Дарья постоянно оглядывалась, смотрела на сына. Когда тот пропадал из виду дольше, чем на пять минут, что-то тихо говорила мужу, и он вставал из-за стола - видимо на поиски.

Я было хотела спросить у Игоря, в чём дело, зачем настолько жёстко контролировать - ведь парню исполнилось пятнадцать, а не пять. Но не успела. К нам подошла девочка - одна из Буровых, самая младшая. На вид лет десять-одиннадцать, в жёлтом платьице, рыженькая, с косичками, весь нос в веснушках. Эдакое маленькое солнышко. Вот только, после её просьбы, меня чуть солнечный удар не хватил, да и супруг поперхнулся. "Дядя Игорь, научи меня стрелять".

Это услышала Дарья (муж в очередной раз ушёл) - тут же начала отчитывать, мол, Катерина, что за дела, мы ведь уже с тобой говорили, и так далее. Игорь, откашлявшись, только спросил, зачем ей это нужно. Ответ - новый "солнечный" удар: "Я буду служить родине. Как папа". Загадочно усмехнувшись, Игорь велел девочке подождать и, усадив меня на стул, поднялся и ушёл в дом. Дарья - следом.