Воробушек по имени Лиз
Шрифт:
– Лучше бы Снегга отстранила. Я бы ее за это еще и поблагодарил, - заметил Гарри. Лиз нахмурилась и после паузы воскликнула:
– Мерзкая противная жаба! Ненавижу!
***
В начале следующей недели Лиз сидела в Большом зале, повторяя состав костероста, который они должны были готовить на следующем уроке.
– Ты не представляешь, что сейчас было, - начал Гарри, садясь рядом. Рон с Гермионой сели напротив.
– А вы чего не на Прорицании?
– Она так расстроилась, что отпустила нас посередине занятия, - произнесла Гермиона.
– А что случилось-то? – не поняла Лиз.
– Не что, а кто, - поправил ее Рон. – Амбридж случилась. Пришла в класс и стала ее инспектировать. Сидела в уголке, что-то строчила, ходила за ней по пятам, заглядывая через плечо, а затем своим противным голоском попросила предсказать ей что-нибудь. Более жалкой картины я в жизни не видел.
– Вовсе не жалкой, - строго сказала Гермиона.
– Ну да, по-твоему прорицание – не наука, но Трелони всё равно не заслужила такого обращения, - парировал Рон.
– Так чем всё закончилось?
– поспешила спросить Лиз, пока ее подруга открывала рот, чтобы ответить Рону.
– Тужилась-тужилась и, наконец, выдала «вам грозит страшная опасность!» - спародировал парень голос Трелони.
– А что Амбридж? – ахнула Лиз.
– «Замечательно», - спародировал Рон жабу.
Хоть он это сделал и смешно, Лиз сдержала смех.
– Да уж, жаль ее, - заметила она.
– Так-то да, но я думаю, ее первую уволят, - строго заметила Гермиона.
Лиз только покачала головой. Логика и рационализм, думала она, не всегда и не везде применимы. Гермионе следовало бы об этом знать.
***
Пожалуй, где Амбридж не удалось произвести устрашающего эффекта, так это на Трансфигурации. Профессор Макгонагалл вошла в класс твердым шагом и так, как будто не заметила присутствия Амбридж.
— Успокоимся, — сказала она, и все сразу утихли. — Мистер Финниган, будьте добры подойти и сдать домашнюю работу. Мисс Браун, пожалуйста, возьмите этот ящик с мышами… без глупостей, милая, они вас не съедят… и раздайте по одной каждому…
— Кхе, кхе…
Тем же дурацким покашливанием профессор Амбридж прервала в первый вечер Дамблдора. Профессор Макгонагалл предпочла ее не услышать.
— Итак, прошу внимания. Дин Томас, если вы еще раз поступите так с мышью, я оставлю вас после уроков… Большинство из вас добилось исчезновения улиток, и даже те, у кого сохранились заметные остатки раковины, уловили принцип превращения. Сегодня мы будем…
— Кхе, кхе…
— Да? — Профессор Макгонагалл обернулась; брови ее сошлись в прямую жесткую черту.
— Я хотела узнать, профессор, получили ли вы мою записку с датой и часом инспекции вашего…
— Очевидно, получила — в противном случае спросила бы вас, что вы делаете на моем уроке, — сказала профессор Макгонагалл и решительно повернулась спиной к профессору Амбридж. Ученики обменялись злорадными взглядами. — Повторяю: сегодня мы будем упражняться в гораздо более трудном исчезновении — мыши. Заклятие исчезновения…
— Кхе, кхе…
— Интересно, — Макгонагалл с холодной яростью повернулась к профессору Амбридж, — как вы собираетесь ознакомиться с моим методом преподавания, если намерены ежеминутно меня прерывать? Видите ли, я обычно не позволяю разговаривать в классе, когда говорю сама.
У профессора Амбридж сделался такой вид, как будто ей залепили пощечину. Она промолчала, но раскрыла блокнот и принялась с остервенением писать. Она не ходила за профессором Макгонагалл по классу, как за Трелони, — наверное, поняла, что Макгонагалл этого не потерпит. Зато гораздо больше писала, сидя в углу, и, когда Макгонагалл отпустила класс, поднялась с мрачным видом. Ученики потянулись из класса, а Гарри, увидев, что Амбридж подошла к учительскому столу, толкнул Рона, Рон — Гермиону, а та – Лиз, и все четверо нарочно отстали, чтобы послушать.
— Как долго вы преподаете в Хогвартсе? — спросила профессор Амбридж.
— В декабре будет тридцать девять лет, — отрывисто сказала Макгонагалл.
Амбридж записала.
— Очень хорошо, — сказала она, — результаты инспекции вы узнаете через десять дней.
— Жду с нетерпением, — холодно ответила Макгонагалл и направилась к двери. — Не задерживайтесь, молодые люди, — сказала она, подгоняя сзади Гарри, Лиз, Гермиону и Рона.
Лиз, не выдержав, чуть улыбнулась ей и могла поклясться, что в ответ получила улыбку.
***
Вечером того же дня гриффиндорская четверка сидела в гостиной у камина. Гермиона погрузилась в нумерологию, Лиз доделывала домашнюю работу для Флитвика, а Рон с Гарри играли в волшебные шахматы. Вдруг Гермиона резко захлопнула книгу и сказала:
– Мы должны что-то предпринять.
Лиз тут же отложила перо и посмотрела на парней, которые недоумевающее на них уставились.
– Что ты имеешь в виду? – уточнил Гарри.
– Мы с Гермионой вчера размышляли, - ответила за нее Лиз, - что пора бы вмешаться в дела Амбридж. Она ужасный преподаватель, отвратительная никчемная женщина, у которой мы ничему не научимся.
– Да, но что мы можем? – спросил Рон.
Лиз переглянулись с Гермионой.
— Знаете… — нерешительно начала последняя, — мы тут подумали… — она с опаской взглянула на Гарри, — может быть, пора нам самим… самим этим заняться.
— Чем заняться? — подозрительно спросил Гарри.
— Самим учиться защите от Темных искусств, - уверенно сказала Лиз.
— Да бросьте, — заныл Рон. — Не хватало нам работы. Мы с Гарри и так отстали с домашними заданиями, а ведь только второй месяц идет.
— Но это поважнее домашних заданий! — сказала Гермиона, добавив: — Гарри правильно сказал на первом уроке у Амбридж: мы должны подготовиться к тому, что нас ждет за стенами школы. Мы должны уметь защитить себя. Если мы ничему не научимся за год…
— Много ли мы можем сами? — устало возразил Рон. — Ну ладно, пойдем в библиотеку, посмотрим заклятия, попробуем упражняться, и что?..
— Нет, ты прав, - вмешалась Лиз, - мы уже прошли ту стадию, когда можно учиться только по книгам. Нам нужен учитель, настоящий, чтобы показал нам, как пользоваться заклинаниями, и поправил, если будем ошибаться.