Чтение онлайн

Пусть многие Трелони не любили и не воспринимали всерьез, но каждому стало ее жаль в этот момент. С ней обходились несправедливо и жестоко – все это понимали. Вслед за женщинами семенила неунывающая профессор-тире-инспектор Амбридж, изобразив на лице притворное сожаление.

– Я… я… я, - бессвязно заговорила Трелони, - 16 лет я… здесь жила и преподавала. Хогвартс мой дом, - высморкавшись в мятый грязный платок, она произнесла: - Вы не можете так поступить.

– Вообще-то могу, - показывая постановление Генерального инспектора, улыбнулась Амбридж.

От этих слов Трелони не сдержалась и дала волю слезам. Ей на помощь подоспела профессор Макгонагалл, подставив своё плечо и поддержку.

– Вы что-то хотели сказать? – беззаботно спросила профессор Амбридж.

– О, я бы много хотела вам сказать! – раздраженно воскликнула Макгонагалл, поглаживая по спине Трелони.

В ту же секунду Большие двери снова открылись, и в проеме появился директор. Все взгляды были обращены в его сторону. Он быстрым шагом прошел внутрь, подходя к Амбридж, стоящей с невозмутимым лицом.

– Профессор Макгонагалл, пожалуйста, проведите Сивиллу обратно в школу, - попросил он декана Гриффиндора.

– Спасибо, Альбус, спасибо, - запричитала Трелони, обеими руками пожимая руку директора. Через мгновение обеих женщин не было во дворе.

– Дамблдор, позволю себе напомнить, что согласно Декрету об образовании №23, утвержденному министром, я…

– Вы можете увольнять моих преподавателей, но изгонять их из Хогвартса вы не имеете права! Это право остается за директором, - решительно, но спокойно произнес Альбус.

– Не надолго, - хмыкнула Амбридж и пошла прочь.

Директор обвел глазами всех присутствующих ,а затем строго произнес так, чтобы все услышали:

– Всем заниматься!

Все тут же отправились по своим классам. Всю Травологию Лиз с Гермионой шушукались, почти не уделяя время занятию. Так, впервые у Гермионы отняли пять очков. Как только это произошло, девочка раскраснелась и принялась за работу. Лиз не удалось ее больше отвлечь.

***

В течение следующих пары дней вопрос о самостоятельном обучении защите не подымался, однако и Гарри, и Рон заметили, что девочки часто пропадают куда-то, опаздывают на занятия, а после тут же убегают вновь. Поэтому, улучив момент в библиотеке, где четверка готовила сочинение для Снегга об азиатских ядах и их противоядиях, Гарри шепотом спросил:

– Где вы пропадаете все время?

Лиз с Гермионой переглянулись. Лиз бросила на нее тревожный вопросительный взгляд. Она в ответ нахмурилась. Так, молча, с помощью мимики они спорили, решая, говорить Гарри или нет.

– Может, хватит уже? – не выдержал Гарри.

— Слушай, — решилась Лиз, на что Гермиона покачала головой, — ты больше не думал о защите от Темных искусств?

— Думал, конечно, — сварливо отозвался Гарри. — Как тут не думать, когда нас учит эта жаба.

— Нет, насчет того, о чем мы с Гермионой тебя просили, — учить нас.

Гарри медлил с ответом. Он сделал вид, будто вчитывается в страницу «Азиатских противоядий», — ему не хотелось делиться своими мыслями.

А передумал он за две недели немало. Порой — как и в первую ночь — идея казалась ему безумной. Но иногда, а в особенности после случая с Трелони, начинал думать о заклинаниях, которые помогли ему больше всего при встречах с Темными существами и Пожирателями смерти, и подсознательно строил планы уроков…

— Да, — сказал он наконец, — немного думал.

— И что?

— Не знаю, — сказал Гарри, оттягивая решительный разговор. Он взглянул на Рона.

— Мне эта мысль с самого начала понравилась, — охотно вступил в разговор Рон, убедившись, что Гарри не намерен ругаться.

Гарри поерзал в кресле.

— Вы же слышали: во многом это было везение, правильно?

— Да, Гарри, — мягко сказала Гермиона, — но все равно, нет смысла отрицать, что ты владеешь защитой от Темных искусств. В прошлом году ты был единственным, кто мог полностью осуществить заклятие Империус, мог вызвать Патронуса и сделать то, чего не могут взрослые волшебники.

Гарри не знал, что сказать.

— Ну, что? Будешь нас учить? – спросила она.

— Только вас с Лиз и Рона, да?

— Ну… — тут в разговор вмешалась Лиз. — Ты только не злись. Гарри, мы думаем, ты должен научить всех, кто захочет учиться. Мы же хотим защититься от Волан-де-Морта. Будет нечестно, если мы не дадим такой возможности остальным.

Гарри на минуту задумался.

— Хорошо, но сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме вас, захочет у меня учиться. Я же лгун, да еще и чокнутый, забыла?

— Думаю, ты удивишься, когда узнаешь, сколько ребят хотят тебя послушать. — она наклонилась к Гарри, Гермионе и Рону и тихо добавила: — А что, если скажем: все, кто хочет, встретимся в ближайшие выходные в Хогсмиде и обсудим это дело?

— Почему там, а не в школе? — спросил Рон.

— Потому что, — сказала Гермиона, открывая увесистую книгу по Зельям, — потому что Амбридж вряд ли обрадуется, если узнает, что мы задумали.

– Но, как мы их убедим? – не унимался Гарри.

– Это я беру на себя, - уверенно произнесла Лиз.

***

Утро вылазки в Хогсмид выдалось ясное, но ветреное. После завтрака они выстроились в очередь перед Филчем, а он сверялся с длинным списком учеников, получивших разрешение родителей или опекунов посещать деревню. Пройдя, наконец, мимо Филча, они пошли к воротам, где пройдя между высокими каменными колоннами с крылатыми вепрями, свернули влево, на дорогу к деревне. Лиз, укутанная в теплый шарф не по погоде, бормотала что-то. Из-за сильных порывов ветра ее слова улетали вперед, не достигая друзей. Только у самой деревни, где ветер ударялся в стены зданий, преграждая ему вольный путь и раздолье, Лиз, наконец, смогла донести свою мысль.

– Ребят, после нашей встречи, мне нужно будет пойти в «Три метлы». Одной.

– У тебя что, свидание? – удивился Рон.

– Не дури, - отрезала Гермиона, сочувственно посмотрев на Лиз.

Девочка выглядела так, будто ее ударили чем-то тяжелым по голове.

– Я встречаюсь со Стивом…, - робко сказала она.

– Я же говорю, свидание!

– Ты идиот, Рон Уизли, - раздраженно сказала Гермиона.

– Он лучший друг Седрика, - произнесла Лиз чуть уверенней.