Восемь недель за вуалью
Шрифт:
Не колеблясь, заместитель командира шагнул сквозь плотную, слабо колышущуюся стену светло-красного оттенка, начинавшуюся у самой земли и уходившую в облака так, что ни начала, ни конца видно не было.
Хмыкнув, Рой последовал за ним, не оглядываясь на остальных, не оборачиваясь на Эллен, стоявшую рядом, но та послушно шагнула следом за мужем, почти одновременно с Анной.
Я не торопилась — сделала шаг сквозь вуаль тогда, когда настала моя очередь. Оказавшись по ту сторону, увидела, как остальные тяжело дышат, приходя в себя от неожиданного прилива слабости.
Наклонилась, разглядывая зелено-бурую траву, не ощущая даже намёка на усталость. Вуаль не имела надо мной власти. Не могла меня остановить — какой бы плотной ни была. Тогда как другие, оказавшись в ней случайно, иногда просто сгорали заживо.
Впервые я пересекла вуаль спустя два месяца после смерти родителей. Тогда я почти не ела, неделями не вставала с постели, ослабла настолько, что начались галлюцинации. Мне почудилось, будто мама зовёт меня сквозь вуаль — и я шагнула в неё, даже не раздумывая.
И оказалась по ту сторону — в странном розоватом мире, полном красных морей, кислотного дождя и нежити.
— Небо… оно розовое, — недоверчиво произнесла Мара, задрав голову.
Остальные тоже осматривались, оглядывались, оценивали болотистую местность, в центре которой мы стояли. Узкая тропа едва поднималась над поверхностью. За болотами тянулись низкие холмы, скрытые дымкой, а вдали чернели редкие высокие деревья с перекрученными узкими кронами.
Под ногами простирались бесконечные топи с буро-зелёным мхом, редкой жёсткой травой и гнилыми кочками. Воздух был липким и влажным, тяжёлым, с запахом тины и гнили, оседал холодной испариной на коже.
Но было и кое-что, чего остальные пока не замечали, а я — да. Полное отсутствие насекомых. Тех самых, что всегда донимали незадачливых горожан у озёр или болот в Астралисе.
— Нам не следует задерживаться, — сказала я Грегору Этрейду. — Здесь нет никаких укрытий.
— Мы не ожидаем дождя до самого вечера, — взгляд командира, брошенный на меня, оказался неожиданно острым. — На этот случай у нас с собой особые зонты, разработанные в Институте по исследованию Земель Отчуждения.
— И как долго они выдерживают?
Командир не ответил, но я поняла, что даже эти высокотехнологичные зонты не были рассчитаны на постоянное использование. Кислотные дожди оставались одной из главных угроз на землях отчуждения, и, по слухам, именно они уничтожили первые отряды…
— Выдвигаемся! — громко приказал командир. — Первая остановка через пять часов, к тому моменту мы должны быть в лесу. Следите за периметром, не сходите с дорожки, морники незаметны на поверхности и могут затащить вас в трясину за секунды, прежде чем вы что-либо успеете сделать!
Эти слова подействовали сильнее любого приказа — все семнадцать человек двинулись вперёд, выстроившись в случайном порядке, по одному, строго по середине дорожки, ведомые Грегором Этрейдом. Лойд Рассел замыкал процессию.
— Ч… чёрт! — раздалось у меня за спиной. Альберт оступился, его нога едва коснулась поверхности болота, и он застыл, будто врос в землю, так что те, кто шёл за ним, один за другим врезались в него.
— Двигай! — рявкнул позади него Билл — рослый, грубоватый, выбритый наголо.
— Без конфликтов! — пророкотал Грегор Этрейд. — При первой же ссоре зачинщики будут выгнаны, действуйте дальше как хотите.
Надо же, даже так.
— Мы просто теряем время, — бросила Анна, каким-то образом оказавшись между Роем и Эллен.
— Ты в порядке? — спросила я самого младшего участника миссии. Альберт кивнул, но по его дрожащим пальцам я поняла, что всё обстоит далеко не так хорошо. Наверняка в тот момент у него перед глазами пронеслась вся жизнь.
***
Примерно через пять с небольшим часов мы добрались до леса, и почти весь отряд, включая меня, словно по команде, сбросил рюкзаки на землю, шумно переводя дыхание. Но были и те, кто не выказывал ни малейшего признака усталости — Рой, Билл, командир и его заместитель.
— Перерыв на полчаса, — громко объявил Грегор Этрейд. — Мы немного отстаём, разомнитесь, пообедайте, пейте достаточно воды, даже если вам холодно!
Лойд Рассел спокойно водрузил рюкзак на поваленное бревно и достал заранее приготовленные пайки — бутерброды, вяленое мясо, даже фрукты. Такие обеды долго не проживут, не больше трёх дней, но к тому моменту отряд планировал продвинуться достаточно глубоко в земли отчуждения и дальше действовать по обстановке — возможно, разбить лагерь или просто сбавить темп, направляясь к Красной башне.
— Держи, — Альберт передал свёрток с обедом Маре, та вручила его Эллен, а Эллен — мне, стоящей последней в цепочке. Рой находился на самом краю опушки, всё ещё с рюкзаком за спиной, и, похоже, вовсе не собирался отдыхать.
Я без колебаний приняла свёрток от Эллен и услышала её тихий смешок.
— Я удивлена, что ты не изображаешь гордячку, какую всегда строила из себя.
К чему это она?
Я так растерялась от её слов, что не сразу нашлась с ответом.
— Не понимаю, о чём ты.
— Ну как же… Ты всегда делала вид, будто тебе плевать на остальных. Я думала, ты и сейчас откажешься от обеда, просто потому что его передала тебе я. Хотя я честно даже не знала, что ты окажешься в этой миссии
— Изображала гордячку? — нахмурилась я. Мы с Эллен почти не общались раньше, и я не подозревала, что у неё обо мне сложилось такое мнение.
— Да. Эти пять часов ты разговаривала со всеми, кроме нас, демонстративно игнорируя, будто мы чем-то перед тобой провинились. Вместо того чтобы поговорить по-человечески и сразу разрешить конфликты. Рой всегда с нами шутил, что может изменять тебе прямо перед носом, но ты даже не спросишь его об этом, хоть он и придумывал всё более нелепые и бредовые отмазки.
***
Огромное спасибо за награды, Halyna, Лидия Гречишкина
Глава 4.2. За вуалью
Слова Эллен причинили мне неожиданную боль, и я прикусила губу, вспоминая, сколько раз встречалась с друзьями Роя — такими же высокородными, богатыми молодыми мужчинами и женщинами, которые всегда были вежливы со мной.
У нас не было общих интересов, и, наверное, я казалась им скучной и недостаточно яркой — меня это особо не заботило. По какой-то причине Рой выбрал именно меня, и, несмотря на то что наши круги общения никогда не пересекались, я считала, что мы были счастливы.