Чтение онлайн

– Пссс, – вдруг донеслось сверху, – пссс, пссс! Эй, Ивар, как ты там?

Молодой человек поднял голову и разглядел знакомый взъерошенный чубчик, шесть возбужденно блестящих глаз и волосатые конечности гигантского паука. Видимо, жадность сгубила Граблю, когда тот вытащил серебряный русалочий гребень из челки безобидной крапчатой кобылки.

– Прошечка! Ты? – не поверил своим глазам Ивар. – Смотри, осторожней там! Как бы тебя не заметили!

– Не боись, не заметят, – проскрипела та и сбросила вниз свою паутинную нить.

Ивар спешно раскидал солому и усадил Молчуна, прислонив его к стенке. К его радости выглядел тот намного лучше, чем накануне, и в глазах его читалось любопытство. Вот только надо было как-то освободить его от оков. Он сильно исхудал за время сидения на цепи, но теперь это могло сослужить хорошую службу. C cилой сжав кисть его руки, Ивар попробовал протащить ее через браслет. Это почти удалось рука застряла в середине, надо было только смазать ее жиром, и она выскользнет без труда.

– Ну, что ты там возишься? – забурчала сверху Прошка. – Кто это еще у тебя?

– Это Молчун, – отозвался Ивар. – Мы не можем оставить его здесь.

Он собрал застывшие шарики жира с подноса и смазал кожу руки пленника. На этот раз попытка освобождения увенчалась успехом, и Молчун с наслаждением потер затекшее запястье.

– Благодарю, – выдохнул он.

– Давай, дружище, поднимайся. Нам надо торопиться! – Ивар подхватил его под мышки, поставил на ноги и подставил свое плечо.

К его удивлению Молчун, хоть и был похож на оживший скелет, только вылезший из могилы, мог стоять вполне самостоятельно. Без промедления они схватились за конец паутинной нити, и Прошка с натужным кряхтеньем вытянула их наверх.

Выбравшись на поверхность пленники настороженно огляделись, но лагерь казался совершенно вымершим. Прасковья и Молчун подозрительно разглядывали друг друга.

– Тьфу ты, мамочка моя! Кости одни! – скептически заметила паучиха.

– Спасибо! Красавица ты наша! Чтобы мы без тебя делали, – поблагодарил ее Ивар и деловито добавил. – Надо торопиться, пока никого нет, найти наши вещи. Молчун, а тебе приодеться бы не помешало…

Тот только молча кивнул, полностью оправдывая свое прозвище. Прошка тем временем развернулась и поспешно засеменила в сторону небольшой пещерки за густым кустарником.

– Прасковья, – окликнул ее Ивар, – ты куда собралась? А как же служба?

– А где это видано, соколик, чтобы служба без обеденных перерывов проходила? – недовольно буркнула она.

Чем, а вернее кем, она собралась трапезничать Ивар не стал вдаваться в подробности, рассудив, что душегубы сострадания не заслуживают, а Прасковья честно заработала всяческое поощрение.

– Ты там только вторую лошадь на радостях не слопай, – только и сказал он вслед круглому волосатому брюшку, неторопливо исчезающему за кустами.

Вдвоем с Молчуном они обшарили бивуак разбойников. К счастью все документы и ценности были в целости и сохранности. Вот только с одеждой в лесу дела обстояли плоховато, и все вещи Ивара были тот час распределены между членами банды. Как не хотелось этого делать, но все-таки придется побеспокоить Прошку во время обеденного перерыва. Молчун нашел флягу с водой и с жадностью припал к ней, забыв про все на свете. Сильное обезвоживание организма давало о себе знать. Ивар не стал его тревожить и сам отправился за одеждой и второй лошадью.

Стреноженная вороная кобыла паслась неподалеку, седло с нераспакованной поклажей лежало у самого входа в пещеру, а в глубине слышалась какая-то возня и противное хлюпанье. Что-то тяжелое брякнулось об пол. Выяснять, что там происходит, желания не было никакого. Отыскав кое-что из запасных вещей, он натянул на себя стеганную фуфайку, заботливо положенную Марушей. Только он собрался вернуться к Молчуну, как тот сам бесшумно показался в кустах совсем как привидение. Он явно не терял времени даром и сумел принарядиться в грубую холщовую рубаху, потертый кожаный камзол и мешковатые шаровары, подвязанные вместо пояса веревкой. В руках у него блеснуло хорошо заточенное лезвие боевого топорика, и не успел Ивар даже удивиться, как тот метнул его, казалось, прямо в своего спасителя. Оружие со свистом пролетело прямо над головой и угодило точно в лоб Путяты, каким то чудом избежавшего участи десерта за Прошкиным обедом. Главарь с глухим стуком рухнул навзничь, его рука сжимала длинный охотничий нож, так что появление Молчуна оказалось как нельзя вовремя. В изумлении Ивар обернулся к нему:

– В чем только у тебя душа держится?

– Она у меня гвоздями прибита, – усмехнулся тот. – Я слыхал, ты к Ворону путь держишь?

– Да.

– У меня к нему тоже дело есть.

– Вот и отлично, вдвоем всяко веселей, – обрадовался Ивар.

Время, когда день становится равен ночи, и листья ясеней и кленов, кружась в вихре северных ветров, укрывают землю своим золотым покрывалом, в волшебной стране эльфов настает пора осеннего фестиваля Мабон. Тогда дивный народ собирается в священный рощах, чтобы веселиться до утра и праздновать освобождение от всего отжившего свой век, танцуя в пестрых нарядах перелетных птиц.

Жители эльфийского города Фадмор в далекой стране Арней, хоть и были оторваны от исторической родины, но традиции своего народа соблюдали свято, и приготовления к осеннему карнавалу шли полным ходом. В этот раз сам король собирался почтить своим присутствием самое отдаленное поселение своих подданных. Эта весть вселяла радость и надежду на большие перемены к лучшему в сердца колонистов. Эльфийский наместник светлый князь Олаф особенно ждал приезда Вестгейра, рассчитывая на мудрый совет в совсем невеселых делах последнего времени.

Устроенные повсеместно облавы на разбойников вопреки ожиданиям не дали никаких результатов. Их бывший союзник и нынешний предводитель ватаги бандитов Расул будто наперед знал все возможные ходы своих противников и всякий раз ловко уходил из расставленных сетей. Между тем грабежи не прекращались, практически перекрыв возможность переправлять золото Арнея в Валинор, что делало невозможным обмен товарами и бессмысленным дальнейшее пребывание колонистов в этой стране. Столько жертв и столько усилий, положенных на освобождение порабощенных народов, просто пропали даром, утонув в ненасытной людской жадности.

Олаф не мог без боли смотреть на все, что происходит. Особенно печалило светлого князя осознание собственной беспомощности. Как только эльфийские лучники по его приказу прекратили сопровождать караваны, сами караванщики стали сотрудничать с разбойниками. Никому не хотелось погибать за чужое добро, а возможность безнаказанно урвать и себе кусочек богатства, ненадолго оказавшегося в их руках, оказалась чрезвычайно соблазнительной.

Конечно, в свое время Вестгейр поступил мудро, вовремя поддержав бунт Расула. Но после расправы с кровавым тираном Тахиром, следовало бы потихоньку разделаться и с мятежниками. Бунтарский дух так устроен, что не может просто успокоиться и жить в мире, добившись своего. Он будет протестовать и баламутить народ дальше, ему всегда будет что-то не нравиться или чего-то не хватать. Своими руками они убили одного дракона, но его исчезновение породило новых монстров, которые теперь обернулись против своих бывших союзников, и только мудрость светлого короля сможет противостоять этой напасти и найти решение проблемы.