Чтение онлайн

– Коня бы тебе покрепче, – заметил Афоня.

– Я со своей Прошкой ни за что не расстанусь, – рассмеялся Ивар.

– Капризная она у тебя больно… седло надевать ни по чем не хочет.

– Ну, ничего, я и без седла могу.

– Без седла поклажи много не возьмешь, – заметил Афоня.

– А ты дай ему второго коня из нашей конюшни как вьючную лошадь, – сказала Василиса.

– И то верно, матушка, – согласился Афоня, – с двумя то лошадьми сподручней будет.

Эта деловая суета и сборы в дорогу вызвали у всех приподнятое, восторженное настроение, как перед праздником. Надежда на счастливое разрешение всех проблем прочно поселилась в сердцах маленькой компании. Когда уже все было готово, и лошади стояли у крыльца, Ивар сердечно распрощался со всеми и лихо запрыгнул Прошке на спину.

– Возвращайся скорее, ясный сокол! – хором напутствовали его все трое.

– Ты попонку взять не забыл? – деловито поинтересовалась Прасковья.

Но Ивар не смог ответить. Неожиданно сильно закружилась голова, и он стал видеть все сразу с двух перспектив сверху и прямо перед собой. Соколиный клич прозвенел над головами, и через мгновенье птица с клекотом спланировала ему на плечо.

– Арина вернулась, – улыбнулся Ивар, сразу вспомнив ее имя, и нежно погладил упругое оперение на грудке.

– Все положили, ничего не забыли, – заверил Афоня. – С богом, друзья!

Ивар тронул поводья и маленькая процессия тронулась в путь.

Тропа от дома у озера до замка была более менее утоптана. Видно, царица любила навещать Любавины владения. Да и, глядя на мрачное темное готическое строение дворца, ее легко можно было понять. Должно быть, страшно неуютно бродить по пустым холодным залам и вспоминать былое величие своего царства. Усиливая ощущение запустения и упадка, над стреловидными башнями замка кружили вороны, перекликаясь друг с другом грубыми резкими голосами.

Тревожно стало на душе от этого места. Лошади тоже занервничали. Злая вороная кобыла, выданная как вьючная лошадь, так и норовила цапнуть Прошку за филейную часть, что не добавляло той хорошего настроения. Ивар прибавил хода, стараясь побыстрее проехать открытое пространство и оказаться под лесным покровом, но углубившись в чащу, очень быстро растерялся и остановился, не зная куда дальше двигаться. Стройные стволы вековых сосен окружали со всех сторон. Высоко над головами шумели их вечнозеленые кроны, терпкий аромат смолы густо напоил воздух. Где-то дятел выстукивал барабанную дробь, эхом разносившуюся по всему лесу. То справа, то слева стрекотали сороки, оповещая всех о новых пришельцах. Прошка, вытянув шею, нервно прядала ушами, а у Ивара было полное ощущение, что он находится вне времени и пространства. Только когда Арина поднялась в небо, только тогда у него проснулось чувство направления, он сориентировался и снова тронул поводья.

– И что нам только дома то не сиделось? – пыхтела Прошка. – Несет нелегкая невесть куда!

– Так не надо было гусей прямо при хозяйке таскать, – усмехнулся в ответ Ивар. – Где только твоя голова была… или что там у тебя? Головогрудь.

– Ага, ишь умный выискался! – фыркнула Прошка. – Ты посиди месяцок без добычи, а потом будешь рассказывать, чего таскать нельзя!

– А чем ты там питалась, вообще, в пещере то своей?

– Что в сети прилетит, тем и питалась.

– Так а что же там обычно прилетало? И как часто? – допытывался Ивар.

– Ну, чаще всего нетопыри, конечно, но временами и гуси-лебеди всякие забредали. Что мне в лошадином бытие нравится, так это то, что еды много и прямо под ногами растет.

В особом почете у нее были кусты малины кое-где все еще с ягодами, а уж Марушины пирожки с яблоками пришлись по вкусу всей компании и закончились быстрее всего. Впрочем, запас провизии был очень солидный, и Ивар не забывал угощать сухариками обоих своих кобылок, честно работавших целыми днями. Каждый день они поднимались с первыми лучами солнца, а устраивались на ночлег только, когда уже смеркалось. Благодаря воздушной разведке Арины, все опасные места, где рыскали волки или промышляли медведи, они обходили стороной, и путешествие в целом проходило спокойно, без приключений. На пятый день пути лес заметно стал редеть, впереди показались горы, воодушевленные путники прибавили ход, и к вечеру уже достигли предгорья.

Уже в глубоких сумерках Ивар присмотрел сносное место для ночлега под раскидистой невысокой сосной. Только он остановился и собрался спешиться, как что-то скрипнуло в кроне, и не успел он и глазом моргнуть, как нечто темное стремительно отделилось от ствола, налетело прямо на него, выбив из седла и едва не свалив с ног лошадь. Испугано всхрапнув, обе кобылы отпрянули с сторону, из кустов раздался лихой посвист, и место действия стало наполняться разбойничьего вида личностями. Не успел Ивар даже опомниться и сообразить, что происходит, как один из бандитов подскочил к нему и со всего маху поддал ногой в живот.

– Волчина позорный! – с ненавистью прорычал нападавший. – Братва! Бей Кощееву падаль!

Удары посыпались со всех сторон. Ивар закрывался как мог, но силы были слишком неравны, его оглушили чем-то тяжелым сзади, и он потерял сознание. Нападавшие вошли в раж и его наверняка забили бы до смерти, если бы не дюжий мужик с факелом, вовремя показавшийся из кустов.

– А ну, отзынь! – грозно цыкнул он на своих соратников и развесил несколько затрещин для убедительности.

Как цепные собаки, почуявшие кровь, несколько человек злобно ощерились на своего предводителя:

– Ты что ослеп?! Это же, волчара! Кощеев прихвостень!

– Вон ведьмин знак у него на руке!

– С каких это пор ты за оборотней заступаться стал, Путята?!

Самый горячий из них схватился за рукоятку меча, но сокрушительный удар пудового кулака в челюсть, мгновенно охладил его пыл.

– Ну? У кого еще вопросы есть? – сурово осведомился Путята.

Притихшая братва, неуверенно топталась на месте, косясь на своего поверженного товарища.

– За каким хреном он нам живой сдался?

– Нам он ни к чему вовсе, – спокойно разъяснил Путята. – Приказ Гринмара — всех, захваченных у границы 39 царства, брать живыми и доставлять к нему лично.

– Так бы и сказал сразу… – недовольно буркнул один.

– Чуть чего, сразу кулаками махать...

– Раздеть, связать его, лошадей поймать, – распорядился предводитель, – и поживей, парни, жрать охота уже. Добычу потом разберем.

Все приказания были исполнены по-военному быстро. Бесчувственное тело пленника в одних штанах и рубахе закинули на холку притихшей Прошке, и банда разбойников отправилась на ночлег в свой лагерь.

Дорогой понемногу Ивар начал приходить в себя. Осенняя ночная прохлада пробирала до костей, одна рубаха никак не спасала от холода. Все тело саднило от полученных побоев, связанные за спиной руки совсем затекли и онемели, но кости, вроде бы, все были целы. Ивар начал осторожно осматриваться и понял, что они поднимаются куда-то в гору. Было ужасно обидно так глупо попасться в засаду, будучи почти у самой цели. Но теперь, главная его задача – уцелеть и найти возможность сбежать из плена. Утром проснется Арина, можно будет осмотреться и придумать какой-нибудь план. Тем временем небольшой отряд остановился, видимо, достигнув своей цели. Один из бандитов стащил пленника с лошади как мешок с песком. Пришлось до крови закусить губу, чтобы не застонать и не выдать себя.