Чтение онлайн

– Скоро каникулы, полетим к моим,- проворчала Цумуги.- Может, там придёшь в себя.

Я кивнула, про себя решив, что теперь буду тщательнее следить за выражением лица. И, в случае чего, оглядываться, чтобы убедиться, действительно ли никто не смотрит...

[1] Мангака – японское слово, обозначающее человека, который рисует комиксы (мангу).

Глава 27

– Наш самолёт приступил к снижению в аэропорту Ханэда...

Поморщившись, я подняла голову с плеча Кэцеро – сама не заметила, как задремала. Цумуги, дремавшая на моём плече, недовольно заворчала, сильно напомнив Камикдзе. Отстранив не собиравшуюся самостоятельно отодвигаться подругу, я пошевелила занемевшей рукой. "Спевшиеся" брат и сестра "засунули" меня на среднее сидение, потому что оба, по их словам, хотели сидеть со мной рядом. На самом деле Кэцеро стремился быть поближе к иллюминатору, а Цумуги ненавидела место посередине. Я сделала вид, что поверила, но договора, чтобы один из них ещё и использовал меня в качестве подушки не было.

– Проснулись?- улыбнулся Кэцеро.

– Ты вообще не спал?

– Не хотел. Скорее бы уже приземлились! Соскучился по Токио! Помнишь тот ресторан, где были в прошлый раз? Как он назывался?

– Мы были в по меньшей мере дюжине ресторанов. Придётся описать его точнее, если хочешь, чтоб нашли.

– Дайте хотя бы проснуться,- сонно протянула Цумуги.- Трещите, как...- так и не найдя сравнения, она зевнула.- Пойдём куда захотите, кроме того жуткого храма.

– Думаешь, кого-то опять утянет в другой мир?- засмеялась я.- На самом деле хотела предложить поехать на ту экскурсию, но не после "Womb", а...

– Спятила?- Цумуги сразу проснулась.- И думать забудь!

– Полностью согласен,- серьёзно вставил Кэцеро.

– Ладно, сдаюсь!- я шутливо подняла руки.- Понимаю, против объединившихся родственников у меня – никаких шансов!

Цумуги пронизала меня взглядом, точно хотела рассмотреть, что у меня внутри. Я расцвела самой непринуждённой улыбкой.

В Токио мы провели неделю, и улыбка не сходила с моего лица всё время. Но сохранять её было нелегко... Слишком многое напоминало о моём первом визите, когда, с трудом вскарабкавшись в экскурсионный автобус, я начала свою одиссею. Экскурсия, ехать на которую так не хотела, обернулась невероятным приключением, забыть которое мне не удастся никогда. А ещё в последние дни меня не отпускало странное тревожное чувство. Часто кружилась голова, и я вдруг слышала звуки, которые просто не могла слышать на шумных улицах мегаполиса: пение птиц, шелест ветра, плеск воды...

– Что с тобой, Аими?- вернувшийся из ванной Кэцеро присел рядом на кровать и обнял меня за плечи.- Ты такая бледная. Тебе не...

Резкий стук в дверь оборвал его на полуслове.

– Пойду открою,- закатил он глаза.- Твоя подруга – просто стихийное бедствие, никакого от неё покоя.

– Хотел, сказать – твоя сестра,- с улыбкой поправила я.

Цумуги, снимавшая соседний с нашим номер, действительно ворвалась, как торнадо. Метнулась взглядом к Кэцеро, потом ко мне и возмущённо выпалила:

– Вы ещё не готовы?! Такси подъедет через десять минут!

Это был наш последний вечер в Токио. На следующий день мы отправлялись в Канадзаву. Но какой отъезд без разгульной вечеринки? Не то, чтобы за неделю в столице мы не посетили ни одной...

– Кэцеро, Цумуги, я... пожалуй, останусь...

– Останешься?- ужаснулась подруга.

– Почему?- Кэцеро опустился перед кроватью на пол и, легко сжав мои ладони, заглянул мне в глаза.- Что случилось?

– Нездоровится. Наверное, что-то съела... или выпила.

– Ты не беременна?- прищурилась Цумуги.

Кэцеро стиснул мои ладони сильнее.

– Точно нет,- покачала я головой.- Обычное отравление... наверное. Вы идите, повеселитесь, а я отдохну.

– Останусь с тобой!- заявил Кэцеро.

Цумуги разочарованно вздохнула, но я запротестовала:

– Будешь смотреть, как сплю?

– Нет,- смутился он.- Знаю, ты это не любишь...

– Вот именно. Со мной ничего не случится, но, если что – позвоню.

Когда они ушли, Кэцеро – с явной неохотой, я упала на кровать и закрыла глаза. Снова эти звуки... А с ними и образы: густая трава, гладь озера, поблёскивающая на солнце, бабочки и гоняющийся за ними Камикадзе... и неподвижная фигура ёкая с белоснежными волосами... и ласковый шёпот: "Аими..." Я рывком села на кровати. Что за дьявол? Голос прозвучал так отчётливо... И снова это чувство необъяснимой тревоги и томления. Может, схожу с ума? Наверное... Потому что сейчас мне больше всего хочется вызвать такси и отправиться в храм с коридором из торий, сквозь которые год назад я попала в мир, так меня и не отпустивший...

Оделась, двигаясь, как тумане. Подошла к двери... но от порога вернулась и нацарала записку: "Вышла прогуляться, не волнуйтесь, скоро буду. Аими." Хотя уверена, вернусь раньше, чем они. На стойке ресепшен попросила вызвать такси. Ещё бы знать, как называется храм... Но и с этим помогла приветливая девушка-администратор.

Уже стемнело. Сгорбившись на заднем сидении такси, я рассеянно смотрела на мелькавшие за окном огни бесчисленных магазинов, ресторанов, баров... и сомневалась в своей вменяемости. Сорваться вот так среди ночи и броситься в какой-то храм... Но что-то словно тянуло туда, и я знала: если не последую зову, буду жалеть об этом до конца дней.

Когда, выбравшись из такси, шла к территории храма, сердце ухало в груди, заглушая все остальные звуки. Дорога из серого камня, фонари-торо, мостик через узенькую речушку... Удивительно, что я это помню, учитывая, в каком состоянии была во время последнего посещения. Хотя с феерической подсветкой всё смотрится по-другому, и людей вокруг почти нет... Вот впереди показались оранжевые арки... и я остановилась в нерешительности. Что, если, войдя в коридор, снова попаду в тот мир? Там прошло гораздо больше времени, чем здесь и... меня в самом деле никто не ждёт.

– Аими…

Я застонала и схватилась за голову. Этот голос... опять... Чувствовала, как глаза наполняются слезами, а в груди – боль, словно в неё снова вонзились когти ёкая. И, сознавая всю абсурдность ситуации, едва слышно прошептала:

– Иошинори-сама...

Неужели воспоминания о нём никогда меня не отпустят?.. Смахнув слёзы, подняла глаза на тории и окаменела... Он стоял у самой границы "коридора", как если бы не мог из него выступить. Фантом во всём тёмном, только белоснежные волосы мерцали в свете торо... Глаза не отрывались от меня... совсем как во время нашей последней встречи...

***

Я смотрела на него, не в силах издать ни звука или дойти несколько остававшихся до торий шагов. А он, не произнося ни слова, смотрел на меня, словно появился здесь именно ради этого... Но вот в отдалении прозвучали голоса запоздалых посетителей, и фантом "отмер".

– Ты услышала меня, Аими. А я услышал тебя, когда ты назвала моё имя. Но времени мало. Границы, разделяющие миры, почти сомкнулись после того, как были разрушены тории Храма Тысячи Демонов. Сила, раздвинувшая их сейчас, не безгранична, я не смогу оставаться здесь долго...- он замолчал на мгновение, и в обычно холодном голосе вдруг проскользнула... нежность?..

– Мне не дано выйти за грань. Приблизишься?

В голове мелькнула дикая мысль, что прямо сейчас он утянет меня обратно в свой мир, и смешанное с тревогой томление, не оставлявшее последние дни, сменилось смятением. Сама не заметила, как оказалась перед входом в "коридор". По-прежнему прекрасное, нисколько не изменившееся лицо чуть наклонилось ко мне, и в глубине непроницаемо-чёрных глаз начал тлеть синий огонь.

– Ты должна была всё забыть. Пронзив сердце, я лишил тебя силы Чаши и вернул твои дух и тело в эту реальность. Но он не должен был последовать за тобой. Не должен был связать ваши жизни и, оказавшись в этом мире, оживить твою память.