Чтение онлайн

— Что, если я отдам свою жизнь в честь твоего замужества?

Юй Линси застыла. Она не решалась коснуться украшения и не могла вымолвить ни слова.

— Вэй Ци…

Она нахмурилась и назвала его так, как делала в прошлом.

— Разве нельзя?

Рана на его ладони снова разошлась. Кровь струилась по пальцам. Он даже не обратил внимания и лишь чистым рукавом осторожно стер пятнышко алых капель, коснувшись её виска.

— В конце концов, этой жизнью я обязан тебе, — негромко добавил он.

— Ты не умрёшь. Не смей даже думать об этом.

Юй Линси дрожащими ресницами поймала его взгляд, а затем твёрдо подняла глаза и сказала:

— Потому что ты — Нин Инь. Сильный, умный, несокрушимый. Именно таким я тебя знаю.

«Я дала тебе четыре обещания». — Уже в глубине своей души она продолжила: «Первое — относиться к тебе, как к дорогому гостю, дать убежище и защиту. Второе — в ночь Циси загадать для тебя желание: чтобы в жизни всё складывалось благополучно, а ты был спокоен и счастлив. Третье — не выходить замуж, а провести оставшиеся дни в поместье Юй. Четвёртое… четвёртое — позволить тебе забрать из поместья Юй самое дорогое. Ты забрал меня».

Юй Линси мысленно прошептала: «Прости».

Два последних обещания она не сможет сдержать.

Её возвращение изменило ход судьбы. Теперь всё шло в сторону, которую никто не мог предсказать.

Пока его великое дело не завершено, пока имя семьи Юй не всплыло на свет, их связь оставалась смертельной угрозой для обоих. Единственное, что она могла сделать, — позволить отцу и брату затаиться, а самой направить Нин Иня к его истинному пути. Тому, где он, как и в прошлой жизни, будет непобедим и свободен от привязанностей.

Сквозь оконную раму пробился солнечный свет, озаряя комнату и прогоняя остатки ночной тьмы.

Глаза Юй Линси сверкнули, но в них больше не было колебаний. Она плавно опустилась в поклон, задержавшись в почтительном жесте, а когда выпрямилась, в её взгляде остались только спокойствие и мягкость.

— Прощай, Вэй Ци.

Она улыбнулась так же светло, как всегда.

Шаг назад. Разворот.

Дверь уже была рядом.

Когда её пальцы коснулись деревянной поверхности, за спиной раздался приглушённый, сдавленный кашель. Глухой, будто он задыхался, словно его внутренности рвались изнутри.

Юй Линси не обернулась.

Она не могла.

Всё было уже решено.

В коридоре, чуть поодаль, её ждал Цин Лань.

Юй Линси шагнула вперёд, из последних сил сохраняя ровную осанку.

— Возвращаемся, — тихо сказала она.

Дверь медленно закрылась, разделяя свет и тень, как непересекающиеся границы двух миров.

Внутри, за преградой, долгое, мучительное кашлянье наконец утихло. Нин Инь выпрямился, на бледных губах проступил след алой крови.

— Притворяться жалким больше не имеет смысла, да? — усмехнулся он, вытирая уголок рта.

Скрытый в тени, Нин Инь провожал взглядом исчезающую за дверью фигуру, а затем с лёгким разочарованием цокнул языком.

Раньше, в подобные моменты, она обязательно вернулась бы и, нахмурившись, с тревогой и лёгким упрёком в голосе сказала бы: «Как ты довёл себя до такого состояния?»

Губы его дрогнули в слабой усмешке, но он тут же нахмурился. Металлический привкус хлынул в горло.

Он молча проглотил подступившую кровь и кончиками пальцев стёр алую полоску с губ. А ведь теперь некому пожалеть его слабость.

Странным образом, после этой вспышки боли лицо его приобрело чуть больше жизни. Бледность смягчилась, а губы стали ярче, оттеняя пугающую красоту его черт.

Уставшая птица возвращается в своё гнездо. А его Линси всё же улетела.

Ничего.

Он уже говорил, что если в какой-то день она устанет от его ветви, то он украдёт для неё целое небо.

Посадит её в клетку. Закует в цепи. И даже если она будет просить мягким, нежным голосом, он не разожмёт пальцы.

Нин Инь тихо усмехнулся.

Разве он должен её жалеть? Ведь он с рождения был обречён стать чудовищем.

* * *

Всю дорогу Цинь Лань то и дело бросал на Юй Линси беспокойные взгляды, но молчал.

Линси даже не заметила, как дошла до заднего выхода постоялого двора. Там, у скрытого прохода, едва завидев её, резко поднялся Юй Хуаньчэнь и бросился навстречу.

— Суэй Суэй!

В его голосе смешались тревога и облегчение.

Всю эту долгую, холодную ночь он провёл здесь, не смыкая глаз.

Он видел, как глубокой ночью убийцы снова вернулись, испытывая бдительность Нин Иня, но, согласно уговору, не мог вмешаться и выдать себя.

Он сам не знал, как пережил эти несколько часов.

Горькая, изматывающая злость раз за разом захлёстывала его. Он тысячу раз проклинал себя за то, что позволил сестре уйти. За то, что уступил и дал ей эти два дня.

Юй Хуаньчэнь боялся за неё.

Однако не меньше его пугала мысль, что она может не вернуться.

Что, если она, охваченная порывом, решит остаться? Тогда весь род Юй будет обречён на уничтожение.

Но она вернулась.

Вся в слезах.

— Брат…

Юй Линси выдавила лишь одно слово, и тут же её голос предательски дрогнул.

Слёзы, которые она сдерживала всю дорогу, наконец сорвались, оставляя горячие следы на щеках.

Она бросилась к нему в объятия, цепляясь за него, словно утопающий за спасительный кусок дерева.

— Брат, — её голос был почти беззвучным. — Мне так больно… Неужели в этой жизни у меня больше не осталось ничего, что могло бы радовать?

— Нет, — тихо сказал он.

Пальцы привычно прошлись по её волосам, но тут же наткнулись на что-то чужое.

Заколка. На её поверхности засохли капли крови.

Юй Хуаньчэнь отвернулся, сделав вид, что не заметил.

— Ты встретишь ещё много людей, которые принесут тебе радость, — сказал он негромко. — И у тебя впереди будет немало счастливых дней.

— Правда?

Юй Линси слабо улыбнулась.

Однако ей казалось, что обе её жизни уже подошли к концу. Как этот путь, ведущий от постоялого двора к воротам.