Чтение онлайн

Слуги беспрестанно входили и выходили, докладывая о государственных делах. От неожиданной кончины наложницы Хуэй до того, как младший принц, которому не исполнился и год, был усыновлён Императрицей. Затем речь зашла о кадровых перестановках в императорской надзорной службе, Юйшитай. Среди всех этих вестей не было ни единого намёка на отмену свадьбы.

Юй Линси взяла кисть, поправила чернила и, недовольно сжав губы, уговаривала себя: «Ну, посмотрим, кто первый не выдержит».

Она написала письмо домой и сообщила, что у неё всё в порядке, а приготовления к свадьбе должны продолжаться, чтобы не дать недоброжелателям повода для пересудов.

Дождавшись, пока чернила подсохнут, она сложила письмо и передала его слуге у дверей, а затем вернулась в комнату, улеглась на кровать и решила больше не вмешиваться.

Спустя время, достаточное, чтобы выпить чашку чая, письмо оказалось в руках Нин Иня.

Он задумчиво поднёс палец к виску, пристально рассматривая тонкий лист бумаги. Его взгляд на мгновение задержался на строчке: «Украшение свадебного зала должно идти как обычно».

Несколько приближённых стояли поодаль, ожидая его распоряжений.

С момента дворцового переворота множество должностей в правительстве остались вакантными, особенно в Министерстве налогов и Министерстве военного дела, где было немало лакомых мест. Однако первой фигурой, которую расставил Нин Инь, оказался не кто иной, как один из цензоров из Юйшитая.

Он не гонялся за сиюминутной выгодой. Контроль над Юйшитаем означал контроль над общественным мнением при дворе.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Цзин-ван неторопливо сложил письмо и отдал распоряжение:

— Пусть Юйшитай подготовит доклад.

* * *

Во дворец Куньнин, склонив голову, в покои вошёл Цуй Ань.

Императрица сидела на ложe, укачивая младшего принца. Он протянул руку, забрал у придворной служанки гребень и медленно начал расчёсывать волосы Императрицы.

Младенец, не достигший и года, спал сладким сном, не осознавая, что уже остался без матери.

Императрица невозмутимо подняла палец, давая знак служанкам удалиться.

Только тогда Цуй Ань тихо доложил:

— Госпожа, новый императорский цензор Лю покинул дом две четверти часа назад. Он облачился в официальные одежды и сейчас направляется во дворец на аудиенцию.

Императрица взглянула на косые лучи солнца, падавшие на подтаявший снег за окном.

— В такой час? О чём он хочет доложить?

— Говорят, у него на руках доказательства против правого министра Сюэ. Нужно ли мне вмешаться?..

— Передайте Сюэ предупреждение. Нам с тобой незачем марать в этом руки.

В её глазах промелькнула едва уловимая тень безразличия, когда она посмотрела на спящего младенца.

— Что с наложницами наследного принца, которые были беременны?

— Император, учитывая их положение, не приказал казнить их, а лишь заточил во дворце Етин. Сейчас их срок уже подходит к концу.

Цуй Ань на мгновение запнулся, прежде чем продолжить:

— Когда дети родятся, их навсегда запишут в рабы.

— В таком случае… пусть они не рождаются. Чтобы однажды Его Величество не вспомнил о них и не испытал угрызений совести.

Императрица, безмятежно поглаживая пелёнку младшего принца, произнесла ровным, бесстрастным голосом:

— Разберитесь с этим.

* * *

На западном дворе особняка семьи Юй слуги развешивали красные шёлковые ленты с иероглифами счастья.

Когда на пороге появился Сюэ Цэнь, Юй Хуаньчэнь был искренне удивлён.

Их семьи давно утратили былую близость, а его нынешний статус «жениха» не давал никакого повода для визита.

Сюэ Цэнь немного похудел, но всё так же выглядел утончённо и элегантно. Он произнёс всего одну фразу:

— А-Чэнь, как поживает твоя младшая сестра?

Юй Хуаньчэнь внутренне напрягся, на мгновение решив, что Сюэ Цэнь уже узнал, что его младшая сестра ночует во дворце Цзин-вана.

Однако он тут же отмёл эту мысль.

Взгляд Сюэ Цэня оставался чистым и спокойным, словно он просто волновался за Юй Линси, давно не получая от неё вестей.

— Суэй Суэй в порядке, — ответил Юй Хуаньчэнь.

Сюэ Цэнь чуть заметно выдохнул, а затем спросил:

— Не мог бы ты передать ей, что я хотел бы встретиться с ней и немного поговорить?

«Конечно, нет!»

— Встречаться в такое время — против правил приличия. Завтра день свадьбы…

На этих словах Юй Хуаньчэнь замолчал.

Он прекрасно знал, что никакой свадьбы завтра не будет. Будет лишь хаос, который перевернёт всё.

Глупая Суэй Суэй всем сердцем привязалась к седьмому принцу. Она вернулась ради него и сбежала тоже ради него.

Однако Сюэ Цэнь ничего не знал. Он лишь слегка нахмурился, а затем, помедлив, уступил:

— Прости, что был так бестактен. Но, А-Чэнь, я прошу тебя: эти два дня береги свою сестру. С тех пор как она вернулась из дворца, у меня всё время дурное предчувствие.

Он слегка улыбнулся и мягко сказал:

— Надеюсь, я просто накручиваю себя. Что может случиться с ней в доме генерала?

— А-Цэнь… — Юй Хуаньчэнь почувствовал странное чувство вины.

Их дружба с Сюэ Цэнем длилась больше десяти лет. В детстве — вечные споры «учёного и воина», в юности и зрелости — полное взаимопонимание. Никто лучше него не знал, каким человеком был Сюэ Цэнь.

Тот был слишком чист, вырос под защитой трёх поколений своей семьи настолько не испорченным, что порой казался наивным. Именно эта черта всегда вызывала у Юй Хуаньчэня уважение — такие люди не умеют плести интриги и никогда не предадут.

Даже сейчас Сюэ Цэнь продолжал верить, что существует решение, при котором никто не пострадает.

Юй Хуаньчэнь понимал его искренность, но никогда не смог бы простить его семью. Это была его нижняя черта, которую никто не мог переступить.

— Ничего, — наконец сказал он.

Сюэ Цэнь посмотрел на него с лёгким подозрением. Тогда Юй Хуаньчэнь сменил тон:

— Суэй Суэй в полной безопасности, не беспокойся.

— А-Цэнь…

Вдруг Сюэ Цэнь ощутил странное побуждение — желание сказать что-то важное.