Чтение онлайн

– Со мной всё в порядке. Проследи, чтобы в каждой боевой машине был хотя бы один человек, который имеет представление о IVIS-е. Не желаю слышать, что кто-то чего-то не знает. Мне надо ещё поговорить с транспортниками. Старик хочет загрузить нам столько боеприпасов, что нам потребуется стрелять месяц беспрерывно, чтобы все использовать. В свою очередь, странно всё это - почти нет учебных боеприпасов, одни только боевые. И только новейшие патенты - кассетные снаряды, самонаводящиеся "сайдуайндеры"... Чудеса, говорю тебе.

– Ну и очень замечательно, - обрадовался он, не обращая внимания на мои сомнения и не переставая приглядываться ко мне.
– Наконец-то, сможем поработать по-боевому, особенно в движении. А кстати, насчёт движения: организуем мероприятьице?

– Это можно, - вздохнул я.
– В подобной ситуации остаётся только хорошенько набухаться.

– Ну, пан полковник, прошу не драматизировать. Сегодня нажрёмся, а после с песней на устах покажем старым пердунам из Варшавы кто здесь хозяин.

– Шёл бы ты, а? Скажи офицерам, что встречаемся в восемь в "Колёровой". Да, я хочу пригласить капитана Санчес - так что без глупостей!

– Капитана Санчес?
– догадливо улыбнулся Курцевич.
– Пан полковник, отличная идея. Однако, я хотел бы обратить внимание пана полковника, что пан полковник не совсем ровня по званию для пани капитана. У пана полковника слишком много обязанностей и вообще... Вот, скромный офицер - в самый раз, чтобы предложить пани капитану Санчес - совершенно бескорыстно - интенсивный курс, к примеру, польских уставов или систем прицеливания... Недурная тёлка эта Нэнси, правда? Половина гарнизона о ней болтает.

– Смирно!

– Так точно!

– Капитан Санчес стара, хрома и безобразна. Понятно?

– Так точно!

– Даже если и не так, вам должно казаться, что именно так! Понятно?

– Так точно!

– Если вы или кто-то из ваших людей на неё посмотрят, прикажу вас расстрелять! Понятно?

– Так точно!

– Шагом марш!

– Так точно! Понятно. Доклад окончен.
– Курцевич скривил лицо гримасой притворного отчаяния и парадным шагом направился в сторону казарм. Мне захотелось пнуть его в задницу.

4.

Городок Л. насчитывал пять тысяч жителей и был страшной провинциальной дырой, которая славилась в мире двумя вещами: нашей бригадой и крупнейшим контрабандным центром на всю юго-западную Польше. Через недалёкую границу курсировали, по слухам, неправдоподобные количества алкоголя, сигарет и людей. Причём, в обе стороны. По городку нередко сновали шайки плечистых и лысых типов. Те, что поважнее, проносились по улицам, ревя двигателями роскошных тачек. После пары стычек между нами и ними Дрэшер издал даже особое распоряжение, в котором под угрозой суровейших кар запрещал провокации каких бы то ни было конфликтов. Вероятно, он полагал, что война бригады с мафией нам без надобности. В любом случае, распоряжение это строго не соблюдалось - Войтек Курцевич со своими людьми однажды даже чуть не вступил в перестрелку с какими-то типами.

По окончании невероятно тяжёлого дня, когда удалось более-менее подвести итог важнейшим делам, когда батальон хоть издали стал напоминать боевую часть, когда успешно закончился сбор техники и припасов, мне хотелось лишь упасть в постель и спать двое суток без перерыва. Но я вспомнил о ждущем меня свидании с Нэнси и как-то сразу перестал чувствовать усталость. Я переоделся в гражданские шмотки и направился в расположение американцев. Тёплый летний вечер как будто специально устроен был для прогулки под руку с красивой женщиной. Даже обшарпанные здания казарм и потрескавшийся бетон на плацу казались симпатичнее, чем обычно. Эх, романтик из меня.

Нэнси, разумеется, опоздала на пару минут. Она была офицером элитной воинской части, превосходно обученным солдатом, но, прежде всего - женщиной, и женщиной отлично знающей цену своим прелестям. Просто, ей необходимо было выйти в свет так, чтобы это подействовало даже на такого потрёпанного субъекта, как я. Она выглядела ошеломляюще, хотя одета была в джинсы и обычную футболку.

– Пять минут опоздания, - сказал я с укором, - хотя неохотно признаю, что стоило подождать. Ты отлично выглядишь...

– Ну-ну. Какое милое приветствие.
– Слегка улыбнулась она.
– Я опоздала, потому что вынуждена была возвращать Уилсона в вертикальное положение и вырвать с корнями твоего капрала, который охотно бы у нас заночевал.

Мы направились в сторону ворот.

– У тебя какие-то проблемы с Галясем?
– притворно удивился я.
– Надо было сообщить мне.

– Но, пан полковник, в конце концов, нас учат и тому, как укрощать строптивых капралов армии союзников.
– Она вздохнула и продолжила: - Впрочем, и собственных сержантов тоже. Да, кстати: поздравляю тебя с повышением по службе и очередным званием.

– Благодарю. Вовсе не уверен - стоит ли радоваться. А насчёт Уилсона, о чём собственно идёт речь?

– Внезапный приступ дурного настроения, - махнула она рукой.
– Пройдёт.

– Это дурное настроение как-то связано с нами?

– Разумеется, отчасти, - призналась она.
– Не обращай внимания. Он в первый раз в Европе и впервые будет сотрудничать с вами, с поляками. Уилсон страшный педант, а MDS его любимое холёное детище. Он считает, что никто, за исключением, быть может, президента Соединённых Штатов, не должен иметь доступа в его недра, а сам MDS не должен служить ничему иному, кроме обеспечения безопасности Соединённых Штатов.

– Но этому он и будет служить, - вставил я.
– Война с талибами...

– Я знаю, - прервала меня Нэнси, - и потому не обращай внимания. У него это пройдёт. Он хороший солдат и будет подчиняться приказам.

Мы дошли до ворот гарнизона. Часовой при виде нас поперхнулся от избытка чувств. Он смотрел на Нэнси таким взглядом, что я искренне посочувствовал ему в преддверии ночи. Сквозь ворота спокойно может въехать вражеская танковая колонна, а замечтавшийся рядовой так ничего и не заметит.

– Итак, тебя зовут Нэнси Санчес, - сменил я тему.

– Да.

– С каких пор?

– Лет шесть.

Она вышла замуж в двадцать восемь.

– И кто этот счастливец?

– Эрнесто.
– Она слегка покраснела.
– Майор Эрнесто Санчес. Сто первая воздушно-десантная.

О-го-го. Та самая, что потерпела поражение в операции Маркет Гарден в сорок четвёртом. Но майора Эрнесто Санчеса - пусть его поразит скорая и внезапная смерть - в то время, разумеется, ещё не существовало.