Чтение онлайн

Пенни вскрикнула, шофер резко затормозил. Я прикрыл своим телом Пенни, чтобы защитить её от осколков стекла.

Потом обернулся посмотреть, что происходит.

На автостоянке все было спокойно. Автомобили стояли на местах, несколько человек либо шли к своим машинам, либо направлялись к дверям магазина.

– Что это?

Хотя я и догадался, в чем дело, но ответил:

– Не знаю. Возможно, залетел камешек, а может, какой-нибудь мальчуган играл с пневматическим ружьем.

Забившись в угол, Пенни дрожала, как осиновый листок на ветру.

– Вы шутите?
– возмутился шофер.
– Видите эту дырку? И у меня разбито стекло.

– Вы хотите, чтобы я сказал вам, в чем дело? Да я понятия не имею!

Наконец я заметил пробоину в дверце машины в нескольких сантиметрах от пола. Оно действительно было таким небольшим, что не сразу разглядишь. Однако, это был след настоящей винтовочной пули.

– Эй, шофер, вы что, примерзли к месту? Компания оплатит вам разбитое стекло.

– Как бы не так. Что я им скажу?

– Расскажете все, как было.

– Что же все-таки случилось? Мне прийдется писать рапорт. Вы, случайно, не ранены?

К Пенни ещё не вернулся дар речи.

– Все хорошо. Только вместо набережной отвезите нас в отель "Сан-Франциско".

– Ладно. Но когда мы будем на месте, я должен написать рапорт. Мне вовсе не хочется отвечать за разбитую машину.

– Ладно, поехали.

Такси рвануло с места. Я отряхнул с колен кусочки битого стекла, затем взглянул на Пенни.

Та изо всех сил крепилась, чтобы не разреветься. И, как ни странно, это ей удавалось. Я не стремился затеять с ней разговор, ибо опасался, что у неё начнется истерика прямо в такси.

Время от времени шофер поглядывал на нас в зеркало и качал головой. Похоже, что он нисколько не боялся за свою жизнь, его волновало лишь состояние машины. Черт возьми! Он переживает из-за какого-то стекла, когда мы только что едва не отправились на тот свет!

Мы доехали до гостиницы. Водитель составил рапорт, мы с Пенни его подписали. Получив на чай доллар, он уехал. Возможно, утешился мыслью, что скоротает за парой кружек пива время, пока ему поменяют стекло.

– Дорогая, какой у тебя номер?

– Четыреста двадцать.

– Поднимайся, минут через десять я к тебе присоединюсь.

Держась неестественно прямо, она направилась к стойке, взяла ключ и исчезла за дверью лифта.

Не найдя для себя никаких сообщений, я позвонил Синди. Она ответила, что все в порядке. Мистер Макмартен доволен моей работой, а миссис Вуд - на седьмом небе от радости.

Прекрасно. Мне ничего не оставалось, как положить трубку. Однако я был совсем иного мнения по поводу того, как шли мои дела.

Несомненно, обстрел такси был на совести Манни. Во всяком случае, это сделали по его указанию. Не мог же я сказать об этом водителю или Пенни. Возможно, теперь она сомневается, что именно произошло.

Черт возьми, какой же я кретин! Торопясь, я едва не разорвал телефонный справочник. Наконец отыскал нужный номер и позвонил в похоронное бюро. Не теряя время на приветствия, я сразу же перешел к делу:

– Мистер Деннис?

– Да...

– Это Эйприл. Когда мы у вас были, кто-нибудь звонил? Я имею ввиду, меня не спрашивали?

– Да. Пока вы были в другой комнате, вам звонил какой-то весьма учтивый джентльмен. Он просил вас не беспокоить и добавил, что подождет на улице. Вот почему я ничего вам не сказал. Надеюсь, вы с ним встретились?

Я едва сдержался, чтобы не выругаться.

– Да, конечно. Благодарю вас.

– Пожалуйста. Рад был оказать вам услугу. До завтра!

– До завтра!

Прекрасно, прекрасно...

Выходит, за нами следили от гостиницы и до самого похоронного бюро. Убедившись после контрольного звонка, что мы вошли именно туда, негодяи, по всей видимости, поджидали нас на улице. Затем, увидев, что мы сели в такси, помчались по параллельной улице, чтобы обогнать нас на ближайшем перекрестке. Конечно, они вполне могли нас упустить. Однако тот, кто не рискует... И они правильно рассчитали, что вероятнее всего мы поедем по Гери-стритт.

Если бы я знал, что так получится, лучше бы мы сели в трамвай. Я старался вычислить, с какого момента за нами началась слежка. Возможно, сразу же по выходе из ресторана? Или от самой гостиницы? Как оказалось, гостиница - самое удобное место для слежки за мной. Здесь я получаю почту, здесь оставил свой чемодан. Если они засекли Пенни, теперь ей тоже угрожает опасность. Мэнни решит, что она работает на меня.

Выйдя из телефонной кабины, я поспешил к лифту.

– Пожалуйста, пятый этаж.

И почти бегом пустился по коридору до четыреста двадцатого номера. Я барабанил в дверь, зовя её по имени.

– Да...

– Это Джонни, открой поскорее.

Я услышал, как дважды щелкнул замок. Она тоже стала осторожной. Бог мой, как я был рад опять её увидеть! Пенни бросилась в мои распростертые объятия.

– С тобой все в порядке?

– Конечно, милый. В машине я вела себя не лучшим образом. Но теперь все хорошо.

Она прижалась ко мне всем телом. Я почувствовал, как меня захлестывает теплая волна нежности. Она приподняла голову и, закрыв глаза, потянулась ко мне губами. Я ответил на её молчаливый призыв, и не меньше минуты на земле не было лююдей счастливее нас. Мы были счастливы ещё и потому, что остались живы. Затем она легонько отстранила голову.

– Тебе что-то мешает?

– Ничего умного не приходит в голову.

– Тогда поцелуй меня ещё раз.

На этот раз наш поцелуй длился дольше минуты. Мы оторвались друг от друга, едва не задохнувшись.

Оставив её посреди комнаты, я вернулся к двери и запер её на два оборота. Потом бросил на стул шляпу.

– Ну, Джонни, чем займемся?

– Не знаю. Нет, конечно, знаю...

– Джонни, ещё не прошло и суток, как мы познакомились. Но...

Я её не перебивал.

– Не знаю почему, но у меня такое чувство, что мы недолго будем вместе. Странно, верно?

– Не говори глупостей.

Она бросилась в мои объятия.

– Джонни, обними меня покрепче, чтобы никто не смог нас разлучить.

И пока наши разгоряченные тела пытались погасить бушевавшее в них пламя страсти, я молил Бога лишь о том, чтобы этот огонь никогда не гас.

Слышит ли Господь мольбы влюбленных?

ГЛАВА VII

Была уже четверть седьмого. Пенни спала. Я коснулся губами её обнаженного плеча. Она чуть шевельнулась.

– Ангел мой, пора вставать.

Она подняла голову.