Чтение онлайн

— Просто посади его в мой грузовик — сказал Шарп, и его голос соответствовал его имени — С остальным я разберусь.

— И что означает ‘остальное’?

— А тебе-то какое дело? Мы уедем из Бостона еще до наступления утра.

— Я бы разочаровал кое-кого, если бы позволил тебе просто убить его.

— Убить его? — Шарп выплюнул эти слова, как ругательство — Он мой чертов брат! Я не хочу его убивать — Его голос затих, пока не стал совсем тихим — Я хочу помочь ему.

— Помочь ему в чем?

Шарп бросил на него холодный взгляд.

— Это не твоя забота.

Мэйфлауэр склонил голову набок, изучая выражение лица молодого О так много сказать. Но что бы это ни было, он сомневался, что с помощью плоскогубцев можно вытянуть ответ из Шарпа, не говоря уже о том, чтобы с помощью слов.

Что бы это ни было, это могло быть его делом.

Мэйфлауэр просто хотел, чтобы он ушел.

— Давай посмотрим — сказал он.

— Подожди. Тебе что-нибудь нужно? — Спросил Шарп, потянувшись к своему грузовику, накрытому брезентом, и приподнял его край. Руны вспыхнули, когда он это сделал, посылая статические разряды мерцающего света, когда ткань оторвалась от металла. Несколько искр попали ему в руку, но он, казалось, этого не заметил — У меня все готово. Ставки. Благословенная вода. Амулеты, пузырьки с песком, книга загадок...

Мэйфлауэр подавил смешок.

Был ли он когда-нибудь таким зеленым?

Может быть. Давным-давно, но, возможно.

— Ты знаешь, что там внутри? — спросил он, указывая на Яму.

— Думаю, рядом может быть любой подонок.

Мэйфлауэр прикусил язык.

— Да. Яма необычный бар. В Бостоне есть странные ублюдки со всего мира: сирены, йонно, боксы, ракшасы. Сотни других, и невозможно понять, кто они такие, пока они не попытаются расквасить тебе лицо. Итак, ты собираешься взять с собой все и попытаться порыться в арсенале в поисках подходящей серебряной пули, когда что-то нападет на тебя? Собираешься попросить их подождать своей очереди, если их будет больше одного?

Губы Шарпа сжались в тонкую линию.

— У тебя с собой холодное оружие, да?

Шарп поднял зонт.

— Да.

Мэйфлауэр похлопал по револьверу, спрятанному у него под пиджаком.

— И у меня есть свой. Если мы столкнемся с чем-то, с чем они не смогут справиться, мы убежим. Понял?

— Убежим? Как трусы? Мы Охотники!

— Как давно у тебя это железо, Шарп?

— Пару лет — сказал он, хотя произнес эти слова так тихо, что Мэйфлауэр усомнился в их точности.

— Хорошо. И сколько охот у тебя было с тех пор?

— Три — Он остановился — С половиной.

— С половиной — повторил Мэйфлауэр преувеличенным тоном — Тебе лучше понять, когда приходит время убегать, или ты закончишь тем, что станешь героем, а не трусом, который может что-то изменить.

— И это то, кем ты являешься? — Спросил Шарп — Трус, который может что-то изменить?

Мэйфлауэр замолчал.

Что ж, он наполовину прав, услышал он голос собственного разума.

— Заткнись — ответил он и себе, и Шарпу. Затем он направился к бару.

Яма была слабо освещена, когда они вошли в нее через тяжелые, толстые двери из старого дуба.

Мэйфлауэр пристально посмотрел сквозь свои серые очки на посетителей, заметив, что у многих, если не у всех, вокруг них была переменчивая дымка, которая предупреждала об активной деятельности. Он увидел горстку людей, которые сбросили личины, обнажив чешуйчатую кожу, покрытые перьями конечности и другие явно нечеловеческие черты.

Неортодоксальным людям, которые могли сойти за людей, часто было гораздо легче вписаться в обычную жизнь Бостона. Остальные... Ну, у остальных были места, похожие на Яму.

За одним из столиков сидели трое подозрительно обычных людей, в которых Мэйфлауэр опознал вампиров, как только они открыли рты, обнажая клыки. Рука Шарпа сжала ручку зонта, словно готовясь выхватить его, и Мэйфлауэр почувствовал, как его рука сама потянулась к пистолету.

Но вместо того, чтобы наброситься на них, как предупреждали его инстинкты, вампиры одновременно подняли и опрокинули серебряные рюмки, наполненные прозрачной жидкостью. Они быстро уронили металл, их кончики пальцев покрылись волдырями, и они захлебнулись полузадушенным смехом, смешанным со стонами боли, когда жидкость закипела белым туманом у них во рту.

Мэйфлауэр покачал головой, когда понял, что они пьют.

— Здесь подают святую воду? — С отвращением произнес Шарп у него за спиной — Почему?

— Я пью яд каждый день — сказал Мэйфлауэр — А почему бы и нет?

Шарп сверкнул глазами, но ничего не сказал.

Перед другими посетителями стояли напитки в самых разных необычных емкостях: маленькие железные котелки, кружки с костями, иногда даже бокалы с тающим льдом. Он мог только догадываться, что в них содержалось, но сомневался, что они были такими же безвредными, как святая вода.

В воздухе зазвучал фальшивый припев знакомой мелодии, и Мэйфлауэр, посмотрев в другой конец зала, увидела дородное, массивное существо с двумя головами, сидевшее на сцене, склонившись над микрофоном. Несмотря на размеры эттина, голоса, доносившиеся из его лохматых голов, были мягкими, когда он пел "Just the Two of Us", в то время как текст песни проецировался на экран позади него, а из жестяных динамиков звучали аккомпанирующие инструменты.

Он не ожидал, что в Зале будет караоке, но Мэйфлауэр невольно почувствовал, как его пальцы начинают постукивать по ноге в такт музыке.

— Я нигде не вижу Кейденса — сказал Шарп — Ты уверен, что информация мисс Финли достоверна?

— Она и так достоверна — ответил Мэйфлауэр — Давайте пройдем в бар и подождем. Посмотрим, что мы увидим.

Он начал пробираться к бару, но столики были расставлены как попало и настолько переполнены, что пробираться между ними было в лучшем случае неудобно, особенно учитывая его длинные конечности.

Несколько человек взглянули на него, но он встречал их взгляды до тех пор, пока они не отворачивались под его пристальным взглядом. В таких местах, как Яма, где принято маскироваться, всегда царила атмосфера опасной анонимности. Шутить с незнакомцем, все равно что бросать кости.

Насколько они знали, Мэйфлауэр и сам мог быть замаскированным монстром.

Возможно, вы такой же.

Он зарычал на собственные мысли и заставил их замолчать, хотя это было скорее для поддержания дисциплины, чем для устрашения.

Он подошел к бару и нашел пару свободных табуретов. Каждый из них был сделан из чугуна, достаточно тяжелого, чтобы убить человека, и достаточно прочного, чтобы выдержать вес, во много раз превышающий вес Мэйфлауэра. Он сел, но затем замер, осознав, что Шарпа больше нет позади него.