Чтение онлайн

– Все верно. Но кто мешает колдовать не официально? Тем более, если за руку поймать практически невозможно? Думаю, втайне магией занимаются многие.

– Вы тоже?

– Я не умею. Но время от времени обращаюсь к Марлоку. Если вы не в курсе, он - последний волшебник на все три королевства и Виларию вдобавок.

– Почему - последний? Есть же и пламенные, и вайделоты!

– Теоретически - есть. Но когда их видели в последний раз?

– По словам лорда Тайдена - при перестройке собора на площади, - припомнила Тая разговор с Риотиром.

– И все! Думаю, это были последние вайделоты. Еще немного, и магия исчезнет из нашего мира окончательно.

– Она не может из него исчезнуть, Иллан, - Тая протестующее подняла руки.
– Магия - одна из составляющих нашего мира. Просто волшебники и волшебницы решили отстраниться, придя в ужас от разрушений, нанесенных магией в последней войне.

– И вам известно, где они скрываются?
– насмешливо поинтересовался Иллан.

– Конечно! Вайделоты сидят в Серебряной игле - башне на границе Дикой долины и Виларской пустыни. А пламенные перебрались в Ледяную лилию далеко на севере.

– Этайя, вы - кладезь полезной информации! Я постоянно вас недооцениваю, - для вида посокрушался лорд Суинвер.

– Да-да, уже устала напоминать о своих скрытых талантах, - пожаловалась Тая.
– Или не верят, или склероз у людей.

– А что, склероз - прекрасная болезнь, - встрял шут, - ничего не болит, и каждый день новости!

– Эрвин, отнесись к делу серьезней!
– осадил его лорд Суинвер, не оценив шутку.

– Бе-бе-бе, - скорчил недовольную гримасу шут.

– Есть одна сложность, - продолжил лорд Суинвер.
– По некоторым сведениям, королева благоволит к Лайонелу Эстарху. Точнее, открыто спит с ним. Рейдису он приходится дядей. Лайонел не типичный представитель рода. Ему около тридцати. Он, без сомнений, очень красив, но во всем остальном природа на парне отдохнула.

Королева? С каким-то Лайонелом Эстархом? Тая даже не удивилась отклонениям действительности от ее литературных фантазий.

– Он глуп?
– только и спросила она.

– Глуп, чванлив и тщеславен, - подтвердил Иллан.

– Какой чудный экземпляр, - восхитилась миледи.
– Чем же он смог привлечь королеву? По вашим словам, она неглупая женщина.

– Она умная, амбициозная, стареющая женщина. Мне ее даже немного жаль, - Иллан скрестил руки на груди и прислонился к стене.
– Оказаться в чужой стране в роли навязанной жены. При этом быть почти в два раза старше мужа...

– В два?

– Ну, в полтора, - отмахнулся Иллан.
– Невелика разница. При этом знать, что муж не питает к ней теплых чувств.

– Ну, прямо Анна Клевская, - пробормотала Тая, - или Екатерина Арагонская.

– Кто?
– переспросил лорд Суинвер.

– Да так, никто, - отмахнулась Тая.
– Мне кажется, Иллан, взять на себя королеву должна я. И попытаться рассорить ее с Эстархами.

– Это не обсуждается, миледи, - покачал головой Иллан.
– Вы не будете встречаться с королевой. Вы нужны мне живая и здоровая.

– Я и себе нужна живая и здоровая!
– возразила Тая.
– Но из нас троих только у меня есть подходящий предлог посетить королеву.

– Да, и какой же? Вам не терпится распрощаться с жизнью? Или нет, вы, как обычно, заскучали и ищете приключений на пятую точку?

– Да, Иллан, я ищу приключений, - рассердилась Тая.
– А еще я - женщина, и как никто могу понять королеву. А, следовательно, и предвидеть ее поступки.

– Допустим. И каков же ваш подходящий предлог для визита к королеве?
– скептически поинтересовался Иллан.

– Я хочу попросить у неё прощения.

Лорд Суинвер потер лоб и покосился на друга. Эрвин непонимающе покачал головой.

– Ну, все же просто, - удивилась Тая их недогадливости, - я хочу извиниться перед королевой за то, что из-за Рейдиса Эстарха нелюбезно обошлись с её сыном. И, уж поверьте, найду какой ещё бальзам пролить на сердце любящей матери!

– Этайя, это - авантюризм чистой воды, - выдавил лорд Суинвер.
– Кузен меня придушит, если с вами что-то случится.

– Лорд Тайден сам придушил бы меня с радостью, не будь я ему нужна, - Тая видела, что советник колеблется.
– У нас нет выбора, и вы это прекрасно понимаете.

– Я подумаю над вашим предложением, - неохотно пообещал Иллан.
– А еще я, кажется, злоупотребляю вашим временем. Простите, Этайя, за разговорами не заметил как стемнело. Надеюсь, кузен не оставит вас без ужина. Я, к сожалению, не могу вам его предложить по известным причинам.

– А как же план по обезвреживанию Эстархов?

– Подумаю над ним самостоятельно, а потом вынесу на обсуждение вам обоим. Согласны?
– спросил Иллан.
– Вот и хорошо, - продолжил он, получив от обоих утвердительные кивки.
– Эрвин, к тебе я ещё загляну, после того, как провожу леди Тэйс.

– Пожрать принеси, - требовательно заявил шут.
– Миледи, я очень рад нашему знакомству, - шут приложился к Таиной руке.
– Даже не представляете - насколько.

– Я тоже рада знакомству, лорд ...?

– Ой, нет, - отмахнулся шут, - для вас - просто Эрвин.

– Хорошо, просто Эрвин, - улыбнулась Тая.

Иллан лично проводил гостью до кареты и помог в неё забраться.

– Простите, что задержал вас в замке допоздна, Этайя, - он поцеловал кончики ее пальцев.

– Ничего страшного, лишь бы мы смогли победить свалившиеся проблемы.

От близости к лорду Суинверу в висках снова застучало, а дыхание начало спотыкаться.

– Вы можете спать спокойно, король утвердит за вашей племянницей право наследования, - твердо пообещал Иллан.

– Спасибо. А можно я обращусь к вам с ещё одной просьбой?

– Безусловно.

– Помогите мне увидеться с Марлоком! Пожалуйста!

– Но, зачем?
– удивился Иллан.
– У старика вздорный характер!

– Поверьте, лорд Суинвер, для меня это очень важно! Касается моего дара!

– Ну, как знаете. Но помните, я вас предупредил!
– пожал плечами Иллан.
– Я напишу старому пню, чтобы не упирался и принял вас, но никаких гарантий дать не могу. Марлок - самодур.

– Спасибо, милорд!

– До встречи!
– поклонился советник и ушел лишь когда карета выехала из замковых ворот.

Откинувшись на бархатные подушки, Тая рассеянно смотрела в забранное тонкими занавесками окно кареты. Давно стемнело. В окнах тускло мерцали свечки. Кое-где на стенах домов боролись с мраком горящие факелы и светильники. Стражники парами патрулировали улицы, освещая себе путь масляными фонарями. Тишину ночной столицы нарушали их перебранки, истошный лай собаки где-то в районе реки, да стук подков по мостовой.