Чтение онлайн

До Эрри оставалось несколько лиг, когда супруги выехали из тумана.

С одной стороны простирался сосновый лес, с другой — долина, усыпанная валунами и обломками мшистых камней. Девушка догадалась — когда-то здесь стоял древний величественный замок. Особенно в глаза бросался трон, высеченный из цельного монолита. В первый миг она приняла видение за зимний мираж, но Святослав разубедил:

— Зрение не подводит, малышка. По легенде Трон, что ты видишь, много веков назад принадлежал богу Севера. А развалины являются легендарной цитаделью всех детей Эфира.

София вспомнила сказание об Исходе богов, которое неоднократно читала в любимой рукописи в монастыре, но прежде никогда не интересовалась: что случилось с ними потом?

— Пятая Книга Холода и Ночи помнит о тех далеких временах. Сведения гласят — заложив здесь твердыню, боги прожили в ней сотни эпох. Появились первые звери и птицы, затем человек, но дети Властелина Небес не спешили покидать смертный мир. Они благосклонно отнеслись к первым людям и стали их Учителями. А двенадцать из них дали начало великим Домам. Мы — северяне — потомки детей Североса. Потому Властелин Небес доверил охрану «Сокровища под Горой» Дому Серебряного Волка и определил в помощники Дом Горного Оленя.

— А что стало с Огненным Змеем? — Спросив, София покосилась на громады Туманных гор.

— Погрузился в вечный сон. Однако, есть упоминание, что в некий час Змей пробудится и вернется на землю. Случится это после того, как боги покинут землю, а миром безраздельно станут править смертные.

— Кто способен пробудить Змея ото сна? — София поправила сползшую на лоб меховую шапку.

— Об этом в Книге не сказано. — Святослав нахмурился. — Наши маги объездили все Девять Княжеств, побывали в самых дальних уголках мира, но так не сумели отыскать ответ.

— Никто не знает?

— Только боги, — пошутил мужчина, прищурился и кивнул чуть правее. — Почти на месте. Эрри за этими лесами.

Город вынырнул из тумана через час.

Даже днем он был объят яркими всполохами. Множество фонарей заливали мощенные камнем красивые мостовые. Играли искрами в снежных сугробах у стен домов; многочисленные факелы горели, вставленные в столбы, рассыпаясь бледными тенями.

— Зачем столько света? — Удивилась София.

— Скоро наступит полярная ночь. Местный староста Валар готовит вотчину заранее. Северяне с Зарождения Мира не страшатся темноты. Но с появлением тумана все изменилось, — объяснил Святослав.

— Ты о том городе, который уничтожили демоны? Он недалеко от Эрри?

— Нет. Тот город лежал у подножий Туманных гор. Когда чудовища впервые напали — Крепостной Стези еще не существовало. Твари уничтожили поселение ремесленников и свободно разгуливали на этих землях ночи напролет. Единственное, что вынуждало их вернуться обратно в Пустоши — солнечный свет.

По мере того, как супруги приближались к центру города, улицы и переулки заполняли прохожие.

Замечая благородного князя на скакуне с юной красивой спутницей, горожане замирали, стягивали головные уборы и кланялись в почтительном приветствии. Ухоженные улочки сменялись новыми. И с каждой новой — маленький северный городок, казался Софии островком жизни посреди бесконечного ледяного края пустоты.

Девушка наблюдала за размеренной жизнью и мирным укладом. Вдоль дорог стена к стене теснились кабаки и таверны, на каждом углу красовались вывески ремесленных и магических лавок, а торговые ряды не знали отсутствия покупателей. Даже не верится, что в нескольких лигах на север — идет страшная война с бессмертным врагом!

— Сюда, — позвал Святослав.

Они приблизились к двухэтажному дому, заметно возвышавшемуся над крышами простолюдин. Светлый фасад, красная блестящая черепица наверху. Изумительно красивое крыльцо.

Въехав во внутренний двор, София разглядела ухоженные сады, ныне занесенные снегом, вычищенные дорожки, беседки и изящные фонари.

Прислуга уже ожидала князя на добротном крыльце. Как только Святослав с женой въехал в личные угодья, бросилась навстречу. Мужчина приветствовал слуг, представил им молодую жену, сказав, что в его отсутствие хозяйкой дома является княгиня София и распорядился о подготовке купальни и сытном ужине.

Вечер пролетел для Софии, как взмах крыла бабочки.

За окном бушевала метель, ветер рвал вывески и раскачивал фонари, а она, устроившись за столом в залитой светом теплой трапезной, не могла оторвать глаз от любимого мужа. Влажные волосы Святослава чуть заметно завивались у кончиков. В вырезе полу-расстегнутой рубахи поблескивал магический серебряный медальон. Он улыбался своей единственной, вел беседу, но в мужских глазах сверкала тоска. Девушка знала, как тяжело ему сейчас возвращаться в форпост. И потому, как только он увлек ее в спальню, обхватила за сильные плечи и, крепко прижавшись обнаженным телом к твердой мужской груди, позволила слиться с собой и безраздельно владеть много сладостных часов.

Соня вручила мужу-северянину не только тело. Она отдала свою душу, и в полутьме холодной ночи, постанывая от наслаждения, молила небеса только об одном: чтобы мгновения этого прекрасного уединения, пронизанные истинной любовью, длились как можно дольше.

Утро подкралось незаметно.

Софию опалило жгучим отчаянием сразу же, как только ее пальцы скользнули по ледяной опустевшей подушке. Святослава рядом не было, и сон мгновенно растаял. Она медленно открыла глаза, с трепетом сжала шелк наволочки, точно надеялась, это вернет мужа обратно.

В горле саднило. Но девушка упрямо сдержала горький стон.

За окном тлело снежное утро. Стылый, бесцветный рассвет серым светом наполнял роскошную спальню, серебрясь в подсвечниках, рамах картин, бархатной обивке мебели; плавал в паркете и плитах потолка и угнетал.

Святослав вышел из смежной комнаты через минуту, привычно собранный. Застегивая пуговицу на воротнике-стойке, что обвивал крепкую шею. Темно-синяя командирская форма подчеркивала утонченность благородного мужского облика, его гордую осанку. Очертила широкие плечи и мускулистые руки, обозначила сильный пресс, мышцы которого проступали даже под плотной тканью.

Талию князя перетягивал широкий пояс с изысканными ножнами, сплетенными из стеблей белого золота с клинком наперевес. Волосы, украшенные тончайшими косичками, идущими от висков за уши, были собраны в хвост и перевиты темной лентой. На ногах красовались сапоги. На рукаве блестела руна Дома. Черный бархатный плащ был небрежно наброшен на левое плечо и опадал на пол меховыми краями, точно крыло белоснежного лебедя.

София приподнялась на локтях, встречаясь с ним взглядом.

В насыщенно синих глазах мужа пылало холодное пламя решимости. Бледное молодое лицо не выражало ничего: ни тени сомнения, ни следа страха. Чувственные губы плотно сомкнуты. Ровное дыхание выдает уверенную воинскую стать.