Чтение онлайн

— Нас это не коснется. А Ильхард — взрослый мальчик, сам разберется.

Эти слова меня несколько успокоили. Но все-таки не все зависит от наследника, есть еще королевская чета — а те, кажется, спят и видят, чтобы супруги воссоединились. Интересно, почему? Дагмара — племянница, это понятно, но, я сильно подозревала, что тут не последнюю роль играют государственные интересы. Джит расположен между Зангрией и Сарросом, на его протяженной сухопутной границе, на которой никогда не бывает спокойно.

Люблю первые часы бала: приглашенные еще слишком заняты собой, своим туалетом и вальсом, чтобы обращать внимание на явное попрание дворцового этикета. Мы с Марсом воспользовались этим сполна, оставшись на следующий танец, когда первый подошел к концу. Косых взглядов не отмечалось. Бурный вступительный вальс сменила прелестная напевная мелодия, и мы закружились, плавно и медленно двигаясь по кругу.

Проплывая в танце мимо дверей в зал, где собрались желающие развлечься за игорными столами, я бросила настороженный взгляд внутрь. Заметила яркое платье Дагмары, рядом обнаружилась королева, но Ильхарда поблизости не было видно. Не оказалось его и среди танцующих. Лишь на последних тактах вальса я нашла, наконец, высокую фигуру в голубом гвардейском мундире. Группка военных в больших чинах вольготно разместилась в углу танцевального зала, напрочь вытеснив оттуда штатских. Среди затянутых в военную форму блестящих офицеров и обнаружился наш сообщник. Ильхард спокойно беседовал с одним из генералов, совершенно не обращая внимания на кружение бала у него за спиной.

Словно почувствовав, что я смотрю, принц обернулся и цепко поймал мой взгляд. Я не отвела своих глаз.

Танец завершился, и мы оказались в плотной толпе, суетливо ищущей партнеров для следующего тура.

Марс принял у официанта бокал с лимонадом и вручил мне. Он всегда угадывает мои желания: меня уже некоторое время мучила жажда. Мы отошли к окну, но тут сзади послышался знакомый низкий баритон:

— Куда это вы собрались, принцесса? Веселье только начинается.

— Веселитесь, дети мои! — несколько меланхолично проговорил Марс, передавая мою руку Ильхарду. — А я пойду пока брошу кости на сукно. Вдруг хотя бы там повезет?

Мои пальчики утонули в крупной ладони принца. Это было приятно. Его рука прохладная и крепкая, а кожа чуть шершавая от постоянных тренировок с оружием. Это так отличается от влажной и вялой руки Ансара.

Пустой бокал был отставлен на поднос, подвернувшегося официанта.

— Вроде бы на неудачливость ты раньше не жаловался, Марс, — с доброй усмешкой заметил Ильхард.

Тот лишь пожал плечами и скорчил унылую гримасу. Впрочем, он тут же все испортил, так как при виде моей озабоченной физиономии его губы расползлись в широкой улыбке.

Я сердито сверкнула глазами на притворщика и предостерегла:

— Смотри, не проиграй свои прекрасные апартаменты.

Марс презрительно фыркнул, а я потащила наследника танцевать.

Как раз начался очередной вальс, пары бешено закружились, образуя концентрические круги. Благодаря напористости принца мы легко вклинились между танцующими.

Следуя быстрому рисунку танца, я все же уловила, что к игорному залу устремился не только Марс, но и графиня ди’Блиор. Пожилая дама куда-то торопилась. К затянутой в унылый серый атлас впалой груди она прижимала шаль, которую ей так и не удалось всучить мне. В распахнутые двери эти двое вошли одновременно, но здесь их пути разошлись: ди’Зорр легкой походкой сытого хищника повернул направо, чтобы влиться в плотную толпу эйсов, развлекающихся азартными играми, а доверенная фрейлина устремилась к столу, где в окружении несколько дам расположилась королева.

— Побежала, сейчас доложит! Наябедничает про мое нежелание накинуть шаль и усесться во «вдовьем» углу.

Так я в шутку окрестила отдаленный уголок бального зала. Его оккупировали желающие посплетничать пожилые придворные дамы, маменьки дочек на выданье, вдовы, которым траур уже позволял выезжать, но танцевать — пока нет, и старые девы, которых никто не приглашал. Раньше мне приходилось подчиняться вздорным требованиям глупого чопорного этикета здешнего двора, впрочем, это и труда особого не составляло: танцы и кавалеры меня не особенно увлекают. Но теперь в моей жизни слишком многое изменилось. В нее вошли Ильхард и Марс, а с ними окрепла надежда изменить все. Стать значимой в собственной семье.

Ильхард вопросительно поднял бровь, но затем понял и улыбнулся.

— Не тревожься, Огонек. Матушка, конечно, поворчит, но публичных сцен больше устраивать не будет. Я поговорил с ней.

— А с кем еще ты поговорил? — с некоторым вызовом спросила я. Сама не знаю, что побудило к этому, ведь не хотела же совать нос в чужое дело. Но внезапное появление Дагмары на балу и ее намерение остаться встревожили не на шутку.

Не мгновение глаза Ильхарда потемнели, но тут же снова прояснились, напоминая чистое весеннее небо. Я думала, он не ответит или посоветует заниматься своими делами. Но, к счастью, этого не случилось.

— Приезд Дагмары стал неожиданностью. Не скажу, что приятной. Она хочет остаться здесь, при дворе отца ей плохо, это я вполне могу понять.

Я кивнула — с этим не поспоришь. Король Джита Адельрик I недаром получил прозвище Кровавый. Характер у него самый мерзопакостный. Это я знаю не понаслышке, ведь моя кузина Каталина Зангрийская замужем за ним. Дагмаре, вернувшейся домой после развода, несладко, это понятно.

— Прекрасный подарок сыну на день рождения, — холодно проговорила я. — Ансар доволен. А еще твои родители.

Вальс достиг апогея, и разговаривать стало трудно. Я оглянулась по сторонам, выискивая надоедливую графиню, и наткнулась на настороженный взгляд Ансара, который кружил млеющую от восторга Лиару, но смотрел почему-то на нас.

Тут мой партнер приподнял меня за талию и закружил. Мир превратился в пеструю карусель, в нем осталось только прекрасное лицо Ильхарда, и сверкающие радостные искорки восхищения в его взгляде. Я рассмеялась, чувствуя внезапный прилив невероятного счастья.

— Я уже говорил, что ты самая прекрасная принцесса, из тех, кого я встречал в жизни?

— Нет, не говорил. — Надула губы в притворной обиде. — Хм, это значит, что кто-то из присутствующих дам, прекраснее меня?

— Ты прекраснее всех на свете, Огонек! — рассмеялся Ильхард и закружил меня еще сильнее.

Еще несколько оборотов и музыка смолкла. Я огляделась и заметила графиню ди’Блиор, пробирающуюся ко мне через зал в сопровождении герцогини Моррон. Эта тяжелая кавалерия, несомненно, посланницы королевы.

Ильхард обнял меня за талию, провожая к столику, где были выставлены напитки, но не успели мы взять бокалы, как подскочил Ансар. Мне прекрасно известна его робость перед отцом, но сейчас он, кажется, страстно желал высказать недовольство. При этом он напомнил мне птенчика, выпавшего из гнезда, который нахохлил перья, пытаясь придать себе грозный вид. Голубые, на выкате, глаза сверкали от гнева.