Чтение онлайн

Наконец они вышли в большое открытое пространство, уходившее в темноту. Высокий потолок поднимался в тенях, а стены были голыми и безоконными. Мебель была свалена у стен, чтобы центр комнаты оставался чистым и пустым.

Лариана снова пошла вперёд, но Паксон придержал её за руку и развернул её лицом к себе. – Подожди минуту, - сказал он, его инстинкты внезапно обострились.

– Что такое? – Прошипела Эвелин.

Высокогорец помотал головой. – Не знаю. В чём-то.

Лариана вырвала руку из его хватки. Он вопросительно взглянул на неё, но она ничего не сказала, просто пялилась на него. – Эвелин, - сказал он. – Что-нибудь обнаруживаешь?

Друид перенесла свой свет на его пальцы - прохладное беспламенное свечение, которое слегка покалывало, но в остальном не вызывало никаких ощущений. Он поднял его для неё, когда она начала совершать некоторые жесты, шевелившие воздух и рождавшие новый свет, освещавший тёмные углы коробочного помещения. Снова проявились синие полоски, волнообразно продвигаясь по поверхностям стен и по потолку. Она продолжала поиск несколько минут, время от времени качая головой.

– Там что-то есть, но не могу сказать что. Или даже где это. Сложная магия незнакомой формы – очень замысловатая. Но она не кажется угрозой. Я не обнаруживаю у неё зубы или клинки.

Лариана шагнула вперёд. – Мы тратим время. Если он здесь, то прямо впереди. – Она указала. – Пойдёмте, я покажу.

Она начала пересекать комнату прежде, чем Паксон или Эвелин смогли предотвратить это, её решительная походка быстро вывела её из пределов их досягаемости. Когда она оказалась возможно в пяти метрах впереди, всё ещё видимая в свечении, она обернулась.

– Вам стоило слушать меня, - бросила она через плечо. – Теперь вы должны доверять мне, нравится вам это или нет.

Затем неожиданно пол открылся под ней, а она исчезла.

В здании глубоко в сердце города, Арканнен сидел, согнувшись за небольшим столом, исписывая листок бумаги. Бездымная лампа отгоняла тени, угрожающие сомкнуться на нём, границы её света добирались до Рейна Фросча, наблюдающего через комнату.

Они прибыли в Стёрн ранее этим вечером, и Арканнен привёл его прямо сюда. Но потом чародей снова вышел, объясняя при этом, что ему требуется совершить важные приготовления к прибытию Ларианы. По его возвращении спустя несколько часов он вернулся прямо к работе над приглашением. Рейну казалось, что они находятся в комплексе жилых помещений, но сложно было быть уверенным, потому никого другого судя во всему рядом не было. Их новое жилище было экономным, но сносным – общий зал, комната с двумя кроватями и некоторая мебель.

– Чем ты занимаешься. – Наконец спросил юноша.

– Расширяю приглашение, - ответил другой. Он не поднял взгляда. – Ты голоден?

Уже теряя терпение и волнуясь о происходящем – даже не зная наверняка, что это – Рейн всё больше расстраивался в тянувшихся минутах.

– Мне не нужно есть, - бросил он. – Мне нужно знать, что происходит. Мне нужно знать, что случилось с Ларианой. Ты расскажешь что-нибудь из этого?

– Скоро. Почему бы тебе не вздремнуть? Это может занять некоторое время.

– Что может занять время? Что ты делаешь?

Теперь Арканнен посмотрел вверх. – Жду Лариану. Разве я тебе уже не говорил это? Разве я не сказал, что она присоединится к нам позже? Что ж, позже ещё не настало. Постарайся проявить чуточку терпения. Ты устал и плохо соображаешь. Поспи немного.

Рейн сгорбился в своём кресле. – Я не устал.

– Просто недоволен. Состояние, в которое ты сам себя привёл. Мои соболезнования. – Чародей вернулся к письму. – Делай, что хочешь. Но прекрати жаловаться.

Мальчик подождал несколько минут, затем встал и прошёл к небольшой кладовой и заглянул в морозильник. Тот содержал сыр, хлеб и немного фиников, всё ещё выглядевшие съедобно, всё это и сосуд с элем. Он нашёл тарелку и стакан в буфете. Он ещё не был голоден, но надо же что-то делать. Взяв пищу с собой, он вернулся в кресло, снова сел и начал есть.

Не единожды он подумывал уйти. Сбежать, поправился он, так как сейчас он считал себя пленником не менее остального. Арканнен был решительно настроен отомстить Юзуриенту, используя для этого Рейна. Ничего, сказанное мальчиком, чтобы предотвратить своё участие, особо не помогло. План чародея, чем бы он ни был, оставался тайной – и его собственная роль тем же. Даже предназначение Ларианы было покрыто догадками и предположениями на лживость и притворство. Он не мог сбросить свои подозрения, что она манипулировала им. Он не мог оставить мысли, что её верность принадлежала не ему, что бы она ни говорила, а Арканнену. Он даже задумывался, любили ли они друг друга, и такая вероятность резала его с остротой ножа. Подобную идею нельзя было представить, но это всё равно изводило его. Его отношения с ними были явно в чём-то больше, чем каждый из них говорил ему, и одновременно в чём-то меньшим.

На другом конце комнаты чародей исписывал и отбрасывал черновики своего таинственного приглашения, разочаровываясь каждой работой. Слишком много слов, слышал мальчик, как тот бормочет. Сейчас он работал над четвёртым наброском, он с головой погрузился в эту задачу. Рейн снова задумался, что же он делает. Кажется, будто это поглощало его, его внимание полностью было отдано этому делу. Возможно сейчас было наилучшее время прошмыгнуть к двери и просто выскользнуть.

Но такого рода мышление было не просто глупым; оно было опасным. Лариана предупреждала его, чтобы он не бросал вызовов Арканнену даже малейшим образом, и пускай он сомневался во многом, что она ему говорила, в этом он был вполне уверен.

Наконец колдун закончил набросок, устроивший его, поднял голову, откинулся на стуле и потянулся. – Вот. Так пойдёт. Теперь давай поспим. У нас может быть несколько часов.

Рейн поморщился, чувствую неохоту. – Мне не хочется спать.

– Также как тебе не хотелось есть. Но поступай как знаешь. Просто не пытайся покинуть комнату.

Чародей встал, прошёл в спальню и улёгся на одну из кроватей. Рейн смотрел, как он ворочается, пока тот не отвернулся спиной и не послышался храп. Он уснул. Это был шанс мальчика. Просто подняться, пройти к двери и убраться отсюда. Без промедления, без звуков.

Ты сможешь это сделать, сказал он себе. Знаешь, что сможешь.

Всё же что-то сказало ему, что он не сможет. Арканнен ничего не оставил бы на волю случая. Там будут стражи или оповещения, которые приведёт в действие любая подобная попытка. Какой бы ни была заманчивой возможность, он знал, что должен отказаться от неё.

Он скрутился в кресле, его разум работал, его сомнения и страхи накатывали тёмными волнами, и ему хотелось бы, чтобы ничего из этого не произошло. Ему стоило пойти другой дорогой, когда он ещё был в Портлоу и была такая возможность. Теперь он в ловушке, не только в ловушке ожиданий и требований колдуна, но также своего влечения к Лариане. Даже зная, что она может не испытывать к нему того, на что он надеялся, даже веря, что это всё игра.

Он всё ещё переживал об этом, как переживала бы собака за кость, засыпая.

И проснувшись обнаруживает, что та его ждёт, после того как на его плечо опустилась рука и потрясла. – Рейн.

Лариана.

Он открыл глаза и обнаружил её склонившейся над ним, её улыбка разрывала сердце, звук его имени на её губах был таким желанным, что на глаза навернулись слёзы.

Она начала целовать его, но затем появился Арканнен, его тёмная тень скользнула в свет, когда он подошёл сзади неё и опустил руки ей на плечи, заставив все сомнения и страхи мальчика вернуться потоком, так что он шарахнулся от её касания.