Чтение онлайн

Джеймс Уатт, первый устроивший паровую машину, пережил две любопытные полосы в области отношений к женщинам. Он женился на своей родственнице Маргарите Миллер и был с нею очень счастлив. Хозяйство у них было маленькое и скромное, но Маргарита своим веселым нравом и нетребовательностью придавала ему особый привлекательный отпечаток. К сожалению, счастье его было непродолжительно. Ему однажды пришлось уехать по делу, а когда он вернулся, его ждала печальная весть: жена умерла. Это печальное событие произвело на него потрясающее впечатление. Он был совершенно подавлен; но так как жена оставила ему нисколько маленьких детей, то волей-неволей пришлось встряхнуться. Очень часто, возвращаясь домой, он останавливался на пороге и не знал, войти ли или удалиться оттуда, где раньше жила его верная подруга, лежащая теперь в земле.

Вторая жена его была совсем иного рода женщина. Она ненавидела кожаные фартуки и запачканные руки мужа, так что Уатту пришлось перенести мастерскую на чердак, где он мог считать себя в безопасности от ее веника и ведра с водою. От ее мании к чистоте страдали даже ее собачки, которые не смели переступить порог, прежде чем у них не будут обтерты лапки. Когда она ложилась спать, а муж в условленное время не следовал за нею, она приказывала слуге затушить у него свечи, даже в том случае, если у него бывали гости. Суровый режим домашней обстановки сделал то, что Уатт по целым дням оставался у себя на чердаке, где сам же приготовлял себе свои скромные обеды. Трудно поэтому сказать, сделал ли бы Уатт свое великое открытие, если бы жена у него была более ласковая и приковывала бы его больше к себе, чем к мастерской.

Томас Альва Эдиссон долгое время не думали о женитьбе. Друзья ему наперебой доказывали, что большое хозяйство и многочисленная прислуга требуют присутствия хозяйки в доме, но он оставался равнодушен к их советами. Однако, пришло время, когда и в нем заговорило сердце. Однажды, стоя за стулом служившей у него телеграфистки Мэри Стилуэлл, он был не мало поражен, когда молодая девушка неожиданно повернулась в нему и сказала:

— Г-н Эдиссон, каждый раз, как вы стоите за моими стулом или находитесь недалеко от меня, я чувствую ваше присутствие.

Тут пришла очередь удивиться телеграфистке, так как Эдиссон со свойственною ему откровенностью посмотрел ей в лицо и сказал:

— Я в последнее время очень много думали о вас, и если вы согласны сделаться моей подругой жизни, то я охотно женюсь на вас.

Девушка смутилась и попросила некоторое время на размышление. К тому же ей нужно было поговорить с матерью. Через месяц она повенчалась с великими изобретателем и до сих пор пользуется семейными счастьем. [110]

Памятниками любви известного американского путешественника-моряка Джона Франклина служит теперь открытые ими острова Пордон в Ледовитом океане и мыс Гриффин на американском берегу. Достаточно сказать, что Пордон и Гриффин — имена его обеих жен.

Первая жена отважного моряка была очень красива и талантлива, но умерла от чахотки через год после выхода замуж. Муж ее был в отчаянном положении. День, когда он должен был предпринять свое второе путешествие, приближался. Экспедиция была готова. Между теми, врачи заявляли, что жена его может с минуты на минуту также предпринять путешествие, но в край, откуда уже нет возврата. Франклин колебался, но в конце концов обязанность одержала верх — и он уехали. После его отъезда жена умерла, о чем он узнал в дороге.

Три года оплакивали Франклин ее смерть, после чего женился на Иоанне Гриффин. Бедную женщину ждала печальная судьба: муж предпринял экспедицию и не вернулся. Долго ждала она его возвращения и, наконец, сама снарядила экспедицию и отправилась его разыскивать. Все её старания, однако, не увенчались успехом.

Другой американский путешественник (но еще и писатель) остался холостяком, так как не мог забыть предмет первой любви, безжалостно похищенной смертью. Матильда Гофман — так звали очаровательную девушку, с которою он был помолвлен. Она умерла в 17 лет от чахотки. Несчастная женщина испустила дух в его объятиях. Ея молитвенник и Библию он взял себе на память и не расставался с ними во всех своих путешествиях. Ночью он их клал под подушку. Никто не решался заговорить с ним когда-либо о его горе. Через тридцать лет после ее смерти он посетил отца несчастной девушки. Какая-то родственница вынула при этом из комода ноты и шитье.

— Вашингтон, — сказал отец, — это осталось от Матильды!

Вашингтон Ирвинг, который до этой минуты вел веселый разговор, вдруг умолк и, сделавшись серьезным, ушел. В одном из своих сочинений он посвятил своей возлюбленной следующие слова: «Я любил, как никогда не буду любить в жизни; я был любим, как никогда уже меня любить не будут». После его смерти в его записной книжке была найдена заметка следующего содержания: «Она умерла в расцвете юности, в моей памяти она останется вечно молодой и прекрасной».

Фритьоф Нансен очень счастлив в семейной жизни. Его жена — замечательная певица, но она больше занимается поездками мужа с научной целью, чем своим искусством. Хотя она получила тщательное воспитание и с детства привыкла к комфорту всякого рода, но безропотно подчиняется суровому образу жизни, который ведет Нансен. Ей нипочем холод в какой-нибудь конуре под северным морозом и она с удовольствием проглатывает разные неудобоваримые продукты, которые Нансен берет с собою в путь. Часто ей приходится вовсе не есть по целым дням, когда она сопровождает мужа в мелких поездках. Недаром Нансен посвятил ей свою книгу: «В стране ночи и льда». Вот это посвящение: «Ей, которая крестила судно и имела мужество ждать». [111]

Вместе с политическими деятелями мы вступаем в новую область отношений между великими людьми и женщинами. Тут женщине принадлежит огромная роль. Тут она является не только спутницей мужа или лица, с которыми связала свою судьбу неразрывными узами, но и законодательницей его деятельности, а иногда даже и вершительницею судеб целого государства.

Остановимся прежде всего на Бисмарке. Железный канцлер объединенной Германии пережил две полосы в истории сердечных отношений. Первая из них ознаменовалась бурными порывами в родных поместьях; вторая текла мирным ручейком в тени густолиственных садов Фридрихсруэ [112] . В начала своей политической деятельности Бисмарк пользовался не особенно лестной репутацией. Его имения Кнейпгоф и Шенгаузен были обременены долгами, и лишь упорным трудом и силою воли владельцу удалось привести их в порядок. Еще со времен университета и военной службы Herr Otto прославился, как отчаянный гуляка и бретёр, и, поселившись в своем родовом имении, сохранил за собою прозвище «сумасбродного юнкера из Кнейпгофа» (toller Junker vom Kneiphof). Несмотря на это, Бисмарк не сторонился общества и усердно посещал всевозможные «Th'es dansants», «Kr"anzchen» и тому подобные увеселительные места. Дамы очень охотно его принимали, но ни одна не могла похвалиться, что завладела его сердцем. Сам он ухаживал за всеми, никому не выказывая предпочтения, как о том свидетельствует выдержка из его письма к сестре Мальвине, в котором он отзывается об одной девушке следующим образом: «Я познакомился с нею. Минутами она бывает хороша, как картина, но скоро она потеряет свой цвет лица и будет некрасива. Я был влюблён в нее целых двадцать четыре часа». Все это, конечно, не исключало всевозможных увлечений. «Сумасбродный юнкер» никого не любил, но за всеми волочился.

Но вот началась вторая полоса: Бисмарк женился и остепенился. Эта женитьба была предметом особенного любопытства биографов великаго деятеля. Как старый биограф его д-р Ганс Блюм, так и Адольф Когут, выпустивший в 1894 году книгу: «Князь Бисмарк и женщины», сообщили мельчайшие подробности о браке его с Иоганной Путкаммер и об их долголетнем супружестве. Встретился Бисмарк с Иоганной в 1844 году. На свадьбе своего друга Морица фон-Бланкенбурга с девицею Тадден-Триглаф он заметил среди подруг невесты молодую девушку, прелестное личико которой, исполненное достоинства и сознания собственной красоты, сразу привлекло его внимание. Это и была Иоганна фон-Путкаммер (родилась 11 июля 1821 г.), единственная дочь Генриха Путкаммера и его жены Луитгарды, урожденной Глазенап. Девушка произвела на Бисмарка сильное впечатление, но в течение последующих двух лет они ни разу не встречались, и лишь случай свел их, наконец, в 1846 году, во время путешествия в Гарц, куда родные Иоганны взяли ее с собою. Во все время путешествия Бисмарк не отходил от молодой девушки и, убедившись, что и она ему симпатизирует, решил на ней жениться.