Чтение онлайн

Хмурюсь… пытаюсь сложить всю картину воедино: его поиск моего отца, поездку, разговор, а вот теперь наводящие вопросы… Игорь хочет, чтобы я сделала какой-то вывод?

Ставлю тарелку перед ним и медленно опускаюсь на стул напротив.

И тут, как молния – озарение.

– Следующая моя экскурсия будет в психбольницу?

Он подносил еду ко рту, но не донес, остановился. Поднимает на меня глаза.

– Хорошо, когда женщина умная.

– Ты сделал это специально, чтобы показать мне, что ждет меня в случае, если я взбрыкну, - развиваю свою догадку. – Это так… гнусно…

– Я бы сказал: «Отрезвляюще». Кстати, вкусно, - кладет себе в рот следующую порцию еды. При этом взгляд… насмешливый, старающийся задеть за живое… Он специально все это устроил, чтобы показать «прелести» заключения. Нет, это не мужчина – это дьявол. Он искусно играет на нервах, выкручивает руки, создавая неприемлемые условия, которые заставляют чувствовать себя ничтожно мелкой и слабой. Он хитрый, изощренный и деспотичный тип! Теперь я немного понимаю его суть. Он будет методично капать на мозг, вбивая в мою голову нужные для НЕГО мысли так мастерски, как гробовщик, вбивает гвозди в крышку гроба.

Сжимаю руки в кулаки, а зубы сцепляю. Вылетаю из кухни, чтобы не наговорить лишнего. Ненавижу!

Уже который день, как в нашей «семье» «перемирие». Я не прыгаю выше головы, стараясь высказать свои претензии, не нарываюсь, так сказать. А Игорь – сама любезность. Приходит с работы в семь. Потом мы ужинаем и… разговариваем. Обо всем, но и ни о чем… Такая себе «семейная терапия», только без психолога. Около десяти мы принимаем душ… по отдельности, и ложимся спать.

Он уже приучил меня к объятиям. Они кажутся мне чем-то чуждым, но уже привычным. Главное – не пугают. Я не напрягаюсь, как раньше, не жду, что он накинется на меня и совершит нечто… просто лежу в объятиях чужого мужчины.

Головой я понимаю, что это какой-то новый метод, который он испытывает на мне. И, с одной стороны, это задевает, злит; а с другой… то, что происходит, это не самый худший вариант. Поэтому терплю. Хотя с каждым днем терпение перерастает в обычную привычку, ритуал.

Очередной день, когда Павел забирает меня из института. Сажусь на заднее сиденье и захлопываю дверь. И как только машина трогается, у него звонит телефон. Он машинально принимает вызов и включает громкую связь, продолжая выкручивать руль, выезжает со стоянки.

– Зубарев, привет, - говорит неизвестный мне мужчина.

– Я занят, - Павел бросает на меня взгляд в зеркало заднего вида, - если ничего срочного, то давай потом. – Демонстративно отворачиваюсь к окну, делая вид, что мне неинтересен его разговор.

– Если не выскажусь, то сорвусь на ком-то в допросной, - говорит мужчина. Как я понимаю: это коллега Павла.

– Только коротко и по сути, - бросаю беглый взгляд на Павла. Он строит недовольную гримасу, но видно не может отказать звонящему.

– Куп вообще охуел! Он заебал! Бросается на всех, орет. Все ему нет так.

– Эй, и без мата, забыл предупредить… со мной дама.

– Везет тебе. Красивая? – Павел цокает, давая понять, что не его ума дело.
– Ладно… - тянет примирительно собеседник.
– Купу что, баба его не дает? Чего он такой ебнутый стал?

Вот теперь я в открытую перевожу взгляд на Павла. Встречаемся взглядами в зеркале. Приподнимаю бровь в вопросительном жесте.

– Ладно, Мартынов, не нуди. Все… - видно Павел хочет закончить разговор, но вот его коллега настроен на продолжение.

– Тебе хорошо… У тебя какое-то секретное задание. Кстати, какое?

– Мартынов, если секретное, то, значит, тебя это не касается.

– Да брось! Все тайное становится явным. Колись! – в голосе Мартынова слышится явный интерес и зависть.

– Иди на хрен!

Сбрасывает.

– Так значит, я – задание, - говорю задумчиво.

– Я не буду это с тобой обсуждать, - говорит таким тоном, словно ставит точку в разговоре, который так и не начался.

– Почему? – интересуюсь.

– Не считаю нужным. И честно… лучше быть здесь, чем на месте Мартынова. Тебе крупно повезло, что ты не сталкивалась с Купцовым-начальником.

– Откуда ты знаешь, какой он со мной? – включаю машину жалости к себе.

– Уж поверь, - хмыкает, - знаю. Уверен, что с тобой он душка. Он орет целый день на подчиненных, унижает, может и приложить… если уж совсем накосячили. А вечером, когда я его забираю и везу к тебе, он спокоен, как удав. Ни разу мне замечания не сделал. А пацаны на работе летают, как ужаленные, боясь под руку начальнику попасть.

– Страшный и ужасный Игорь… - бормочу себе под нос.

Жалко ли мне его подчиненных? Нет. Я тихо радуюсь тому, что он находит такой выход своим эмоциям и агрессии.

Почему Игорь хочет казаться лучше, чем есть? Может, он действительно влюбился?

– Все, закончили. Ты не слышала, я не говорил.

Но теперь, услышав это, я начинаю задаваться совершенно иными вопросами. Исключение ли я из правил?

– Скажи… - я начинаю, а Павел тут же поднимает руку, пытаясь остановить.

– Стоп.

– Да ладно тебе, интересно же, - придвигаюсь ближе, садясь между сидениями, - а он для всех своих… ну женщин… устраивал подобное?

– В смысле? – Павел оборачивается, сталкиваясь со мной нос к носу, и смотрит непонимающе.

– Ну в том смысле, что ты с кем-то так возился, как со мной? Привозил-увозил, следил… - Павел хмурится. Ему явно не нравится слово «следил».
– Ладно, помогал, - заменяю непонравившееся слово.

– Нет. Никогда о таком не слышал. Если бы кто из парней такое делал, все равно рано или поздно растрепали ли бы. Куп просто сошел с ума, старческая деменция, - бубнит себе под нос Павел.

– Так получается… - откидываюсь на сиденье, - я его реально чем-то зацепила?

– Сам удивляюсь, чем? – хмыкает Павел. А потом добавляет, - уж точно не умом.

– Почему это?! – выдаю возмущенно.

– Тебе говорят: "Не делай так-то и так-то", а ты делаешь. "Не задавай лишних вопросов", а ты?

А я его уже не слушаю — пофиг на его мнение. Мысли крутятся вокруг Игоря, его стремления оставить всё плохое за порогом и желания дарить мне только положительные эмоции. Конечно, если я сама не делаю чего-то необдуманного...

Он старается быть лучше… для меня…

Я захожу в пустую квартиру и обхожу её, словно вижу впервые. Я раньше не замечала, а, может, моя голова была забита другими мыслями... но здесь постоянно чисто. В некогда пустом и холодном интерьере появились новые детали. Вот, например, этой вазы для цветов точно не было. Она появилась буквально из ниоткуда — в тот день, когда Игорь вдруг, без всякой причины, решил подарить мне букет цветов.