Жидков, или о смысле дивных роз, киселе и переживаниях одной человеческой души
Шрифт:
Я тоже над черновичком тут маюсь -
Как думаешь -- и от меня возьмут?
Я от себя ведь тоже -- попытаюсь?
Меня -- уверена я -- не возьмут,
А я ради тебя и постараюсь.
Я хлопотать хочу, а не бросать.
Ответь мне сразу -- стоит мне писать?
* * *
25 ноября 1941
...за это время в ' 920-м
Я вышла замуж. Он был военком.
По всяким кочевали с ним пенатам:
Омск, Крым, Чернигов. А в 26-м,
27, 28--30-м
В Москве я проживала, быв при том -
На основанье знаний, убеждений -
Зав воспитательных учереждений.
Затем -- Коломна, Райпотребсоюз -
Я выступаю здесь экономистом,
Затем -- Лопасня, Венюки -- тружусь
На ниве Наробраза -- методистом.
Затем, сознаться в этом не боюсь,
Помбух уж я, свожу баланс с юристом -
Т.е. баланс свожу -- юрист меж скоб -
В конторе ПЛОДООВОЩИ ЛенОП.
А в 35-м нервами снедужа,
Я весь 36-й, 37-й
Жила на иждивении б/мужа,
Уехавшего с новою женой
В Монголию. В 37-м вновь мужа
Туда же шлют, и едет он со мной.
В Монголии я собираюсь с духом
И в ГОСТОРГОБЩЕСТВЕ сижу помбухом.
В 39-м не работаю,
Опять живу на иждивеньи мужа:
В июне месяце я узнаю,
Что у него жена и дочь, к тому же.
Прошу освободить площадь мою,
Не говорим и держимся с ним вчуже.
26-го августа ушел
На службу он и больше не пришел.
И в тот же день -- в час с чем-то будет допуск -
Явились двое из НКВД
И предъявили мне мандат на обыск
Его вещей, предметов и т. д.,
Обмолвившись, что мне возможен допуск
К любой работе, хоть в КВЖД,
Что всякий даже взять меня обязан
И что мужнин арест со мной не связан.
Я, по образованью, педагог
И вот преподавать пойти решилась,
Но связки слабые -- мой давний рок,
И горла в три недели я лишилась.
А тут со мною в Хлебном бок-о-бок
В Райплане вдруг вакансия открылась,
И там без оформленья, а в азарт,
Служила я три месяца по март, -
На счетной, хоть и временной, работе.
Я исполнительна, честна, точна -
Ошибок я не допускаю в счете,
И, с высшими, и с низшими ровна -
И это подтвердят все на работе.
Что до Н.М.
– - ему я не жена:
Он муж той женщины, кем он одолжен
Ребенком, коего растить он должен.
* * *
3 октября 1942
...вот что о вас он пишет: "Леля зря
Не выезжает, так как будет сложно
В той ситуации, что с октября
В ее районе, кажется, возможна".
Вы, Лелечка, неправы, говоря,
Что все всегда я путала безбожно -
Действительно, вас Нюра на Урал
К себе зовет, коль подойдет аврал.
Возможен и приезд в Москву, но дело
С пропиской здесь неважно обстоит,
А без прописки хлебного надела
Вы не получите, а общепит
Без карточек -- весьма худое дело,
У нас запасов нет, никто не сыт,
Мы и самих себя не обеспечим,
И поддержать двоих вас будет нечем.
На рынке цены не про наш карман:
Хлеб черный сто рублей, картофель сорок,
По сорок молоко -- обрат, обман,
Сливмасло 800 руб., сахар дорог.
У тов. Курындина теперь роман
С Саратовом, и он без оговорок
Готов везти в Москву вас на себе -
Думайте сами о своей судьбе.
Всех наркоматы вызывают сольно,
И с вызовом вписаться к нам пустяк,
Но кто в Москву приехал самовольно -
Живут без карточек и кое-как
И за год так дойдут, что видеть больно,
А малое заболеванье -- так
И умирают без причин и следствий.
Зимой ждем голода и прочих бедствий.
Мрем словно мухи, трудим как волы,
Ежевечерне топливо сгружаем,
Всем наплевать, что силы в нас хилы,
Жизнь человеческая нуль, когда им
И миллионы на фронтах -- малы.
Решайте сами -- мы не понукаем -
Покончим ли со страхом и тугой -
Уехавши из города в другой?
Куда же ехать? И до куда ехать?
Минуем голода ли и руин
В Москве и Курске, да на Колыме хоть?
У Вали комната, но нет дровин.
А с холодом овладевает нехоть,
И неотложных множество причин
Является к нам при таком куверте,
Чтоб преподать нас немощи и смерти.
Как от уюта вам искать приют,
Я посоветую? Терпеть в дороге,
Бежать от голода сюда и тут
И страх, и голод обрести в итоге.
А люди... не заметят и пройдут,
От них не следует нам ждать подмоги:
Сердца нуждою ожесточены -
Итак, вы, следственно, решать вольны.
Конечно, ужас впереди немалый.
Поговори с Курындиным, как он
Тебя в совхоз устроит прилежалый -
Тогда, конечно, ехать с ним резон:
Тебя пропишут под Москвой, пожалуй.
Покамест с нами поживет Антон -
Курындин лично знает всех начпродов,
Он ведает хозяйствами заводов.
Он повезет в Москву в вагонах скот,
Взять скарб ваш ничего ему не стоит,
В совхозах жизнь наладится вот-вот,
Саратов нынче очень беспокоит -
Его черед, должно быть, подойдет.
Отъезд же ваш родителей расстроит,
Забросив их на гибель. Может быть -
Их тоже следовало б сговорить?
* * *
24 апреля 1943
Живем мы так же. В воздухе теплеет.
Себя в порядок стали приводить.
Все чистим, моем. Газ на кухне тлеет,
И можем постирать, себя помыть.
Близ бань хвосты, народ в них не редеет,
А в ванной нашей трубы все забить
Пришлось, поскольку в сильные морозы
Вода коленца распустила в розы.