Чтение онлайн

Совсем недавно гору замостили,

Но редко слышно эвоэ! (ура),

Зато экзисто!
– - здесь звучит с утра

До вечера (отыдь от окон, или...).

Дома несутся вскачь, все вскучь, впритык,

Все метит в лоб иль в ноги из засады:

Здесь статуэтка, там энкаустик.

Слеза экспрессии слезой досады

Сменяется, точь-в-точь как те глоссады,

Которые не изъяснит язык.

Увы, бессилен выразить язык,

Не став на время языком поэта,

То, что вмещает мрамор Поликлета,

Запечатлевший благодатный миг,

Мирон взлетает к цели напрямик,

Он как весна, Кифийский скульптор -- лето,

Разнеженность всех чувств, летаргик ль это?

Споткнулся Дорифор -- что за спотык!

Сон на ногах всегда подобен чуду -

Глаза отверсты, но обращены

В себя -- с носка к лопатке, вдоль спины,

Мышц перистальтика, как по сосуду

Живая мышь, бежит, -- но мыслью сны

Я Дорифора взламывать не буду.

Я мыслью тайны взламывать не буду,

А лучше ею унесусь на Пникс -

На Юго-Западе, где мрамор никс

Летит иль стелется к речному гуду.

Кто растолкует мрамора причуду -

Ах, как изменчив горожанин Икс:

Сгустился воздух вкруг -- уж он оникс,

Он черен, зелен, претерпел остуду.

А перст Авроры в мраморы проник,

И розов, как воздушные фарфоры,

Пред нами торс красавицы поник.

А при звездах -- прозрачны дорифоры, -

Они как с чистою водой амфоры, -

Пусть будут рядом тайна и родник.

Ведь рядом с нами тайное: родник

Исторгся из груди прекрасной Геи,

В нем не вода, но мрамор Пропилеи,

Журчащей сквозь акропольский тальник.

Как африканский опытный речник -

В погоне за цветами элодеи, -

Минует напряженьем лишь идеи

Смерть, возносясь каскадом напрямик, -

Так мы себя доверим, словно хлуду,

Мыслительной опоре, восходя

Чудесной лествой в золото дождя, -

Поскольку август нам кидает груду

Бездымных звезд, и, дух переводя,

Я на Акрополе вас не забуду.
–

– - Но если я когда-нибудь забуду,

Напомни мне...
– - Но ты, Сократ, умолк,

А что напомнить -- не возьму я в толк,

Сколь голову ломать над тем ни буду.
–

Да, видишь ты, в мозгу прорвав запруду,

Мысль осадил идей поганый полк,

И я просил, смутясь, как денег в долг,

Напомнить мне, когда я вдруг забуду.

Твой гений описательный велик,

Он строит столь воздушно и свободно,

Что все стоит добротно, благородно.

Я не нашел предательских улик

Меж правдою и тем, что с правдой сходно;

Достойной мудрости смиренный лик.
–

– - Достойной мудрости смиренный лик?
–

Но похвалой чрезмерной обижаешь

Меня ты, что и сам не хуже знаешь,

Сколь вымысел от истины отлик.
–

– - Да, верно, скудных истины толик

Ты в самом деле и не обнажаешь,

Но то, что на словах сооружаешь,

Владеет тьмой волнующих прилик.

Так я б тебя просил, когда забуду,

Напомнить мне, что Стикс иль там Пеней -

Приют... довольно розовых теней.

Да ты уговорил мне и простуду!

А как ты смог разделаться и с ней, -

Смешного любопытства не избуду.

***

В свет отходя они мне свет свой лили

Воспоминаньем о себе о нас

Как этот страшныи светоносный час

Тревогам чьим зачли и поручили

Чудовищной не подпадая силе

Терзающей неискушенный глаз

Легко поверить в муку без прикрас

Живого подводящую к могиле

Бессилен перевыразить язык

Чего подробно пояснять не буду

Живого наслаждения родник

Да если самое себя забуду

Источник света глубина и лик

Воспоминаний детства не избуду

III. Глаз

Воспоминаний детства не избуду:

Дом ладно сложен из известняка,

Над очагом Пиндарова строка,

Огонь кидает блики на посуду.

Мне года три. Не знаю. Врать не буду.

Я не могу сказать наверняка.

Дыра дверная дьявольски ярка,

Свет льется из нее, подобно гуду.

Близ дома тихо. В доме никого.

Но угли горячи: их запалили,

Должно быть, только что. И все мертво.

Нет ни души. Петля скрежещет, или?

Где мать, где отче сердца моего?

Но свет дверей, -- не вы ль его пролили?

В свет отходя, они мне свет свой лили,

И свет их гудом наполнял проем

Дверной, пока в сознании моем

Зрачок и ухо зримое делили.

Лучи в отвес добела раскалили

Под солнцем изнемогший камнеем

Двора, и мухи пели: Мы снуем,

Снуем, снуем... Нас злили, нас озлили...

Свет ест глаза, я сощуряю глаз

И подвигаюсь медленно к порогу,

И в перешаге поднимаю ногу.

Рука на косяке. Сейчас, сейчас...

Вот смотрит глаз, он выплыл понемногу -

Воспоминаньем о себе, о нас.

Воспоминаньем о себе, о нас -

Глядит одно внимательное око

Из хижины, не обжитой до срока,

После которого Господь не спас.

Как удивительно пришелся паз

Запястью, побелевшему жестоко.

Все тихо -- ни притока, ни оттока.

Как изумительно мерцает глаз!

Ах, если бы не мух веселый сглаз

На соты стен с торчащею оливой,

То глаз бы, в самом деле, был счастливый.

Он не счастлив, но не несчастлив. Нас

Без огорченья видит, терпеливый,

Как этот страшный светоносный час.

Как этот страшный светоносный час

Над этой Богом кинутой равниной,

Оставлен женщиною и мужчиной,

Глядит печально одинокий глаз...
–

– - Сократ, нам кажется, что этот глаз