Чтение онлайн

Храдверк выбирал из людей самых достойных, наделял их частью своих сил и таким образом строил армию, которая по мощи своей превосходила поднятых из недр земли Кадавром мертвецов. На коже избранников его оставалась отметка – три капли бледно-синего цвета. Именно столько своей крови он вливал в каждого из них. Корвус учил людей заново всему. Слушать, что им говорит ветер, о чем плещет вода и зачем день уступает ночи, после чего вновь заявляет о себе, и это тянется вечность. Он учил их мудрости, учил, не останавливаясь познавать мир. Уртика была склонна не к изучению природы, а к ее возрождению. Несмотря на свою неприязнь к людям, она заставляла их поля, засыпанные пеплом и прахом, вновь приносить урожай, а деревья в садах вновь обрастать цветом.

Но когда после стольких бед людям не помогали ни знания, ни подобие мира – приходила Фрагария. Богиня надежды. Та, которая удерживала людей за подол их одеяний, когда они уже готовы были сделать шаг во мрак, бездонный колодец смерти, откуда нет возврата. Последним из тех, кто пошел по следам разрухи и принялся их залечивать, стал Энгиль. Его сила не была познана, известно лишь то, что все свои умения он обратил на возрождение людских жилищ. Он отстраивал замки, сооружал новые и укреплял их так, что даже мощным порывом ветра в них не могло занести самые малые крохи темной магии. От их стен отскакивали стрелы и каменные глыбы, пущенные огромными военными орудиями.

Однако вскоре Энгиль пал. Из глаз людей текли слезы искреннего сострадания, но терялись они в уголках губ, растянутых в улыбках. Да, один из светлых защитников навсегда покинул мир, но его смерть показала, что боги не бессмертны. Что у людей есть шанс увидеть вновь светлые, солнечные дни, наполненные покоем и умиротворением. Бич мрака не вечное наказание, и скоро он будет остановлен. Падший Энгиль стал причиной большой войны – войны между богами. Как светлые, так и темные, они начали объединять свои силы. Земная кора дрожала от гнева и мощи их стараний одолеть друг друга.

В этот момент явилась миру последняя тройка озлобленных до самых глубин своего естества богов. Наарлия, королева призраков и духов. Она возрождала тени умерших людей и истязала живых их полупрозрачными обликами. Даже носители метки Храдверка не ведали, как совладать с ними. За духами последовали изуродованные и изувеченные твари. Животные, которые уже мало чем напоминали обычных созданий, живущих бок о бок с людьми. Они были плодом многолетних изощрений Ксенобии, которая напрочь лишила их ума и восполняла явившуюся прогалину лишь чистейшей ненавистью к роду человеческому.

Заключительный и повергающий удар нанес Такамус. Он дольше всех оставался во мраке, скрывая свои помыслы, вынашивая зло, которое по мощи стало должным соперником любому из светлых богов. Он создал несколько десятков приспешников, причем он не наделял их своими силами, как это делал Храдверк, он заставил их самих искать себе источники могущества. И они черпали его из теней, воды, огня, земли и всего, к чему их сделал склонными Такамус, Змеиный лорд, Гарм, Баггейн и множество других. Все они усилили мощь темной стороны в несколько раз. Светлые боги не могли сражаться со всеми напирающими на них тварями и созданиями мрака. Они несли потери, слабели и отступали.

По одиночке, как и всех вместе, их разбивали наголову, и это привело бы к краху, если бы не вмешались Ланисера и Номина. Две девы изначально разные, но ставшие за годы общения схожи между собой как сестры. Они сплели руки так же, как когда-то делали это в толще земли все разом, все шестнадцать, пока не потревожил их покой юный глупец. Они единственные догадались, в чем кроется истинная сила всех богов, хотя это и было так просто. Единство – не фальшивый союз, не сплоченный отряд, не поиск единомышленников. Единство – то, в котором следует пожертвовать своими желаниями, отделаться от любых целей, собственных амбиций. Они достигли его, и оно сделало их магию по мощи не сравнимой ни с какой другой доселе. И именно единство двух богинь позволило светлой стороне одержать победу.

Вихрь из золотых и серебряных потоков ветра возник в самом центре сражения двух сторон и уничтожил собой большую часть его участников. Наиболее приближенные к нему боги что темной, что светлой стороны лишились своей магии. Ее остатки вырвало из их ослабевших тел и унесло в неизвестность. Твари, порожденные мраком, выгорали, и даже пепел их не успевал коснуться земли, настолько быстро они превращались в ничто. Воины Храдверка, храбро сражавшиеся в одних рядах с богами, навеки ослепли. Сами же Ланисера и Номина растворились. Кто-то говорит, что они и были теми потоками, что пожертвовали собой ради спасения мира, и нам более не увидеть их. Другие же твердят, что Амарант слышал последние слова их о том, что лишь на время они покидают наш мир и вновь возродятся в будущем – такова цена за столь сильные чары.

Торлаг впервые за долгое время смолк. И лишь после длительной паузы полной тишины люди, стоящие вокруг, стали возвращаться к реальности, но никто даже с места не сдвинулся, зная или чувствуя, что это еще не конец.

– И так главная война за все живое и неживое в нашем мире была закончена. Большая часть темных богов была лишена своих сил и тут же на месте раздавлена теми, кто остался при силе из светлых богов. Любое милосердие было откинуто в сторону. Слишком много крови пролила и зла породила темная сторона, чтобы рассчитывать на снисхождение и помилование. Те же, кто остался из них в живых, поспешили бежать. Их выслеживали, настигали после длительной гонки и лишали всей власти, мощи, а попутно и жизни.

Лишь одному удалось ускользнуть ото всех – Олеандру. Израненный, он укрылся в одном из замков Энгиля, который необъяснимым образом не просто не стал для него заколдованной преградой, а наоборот, послужил непроницаемым укрытием. Амарант, не обладающий должным умением убивать и проливать кровь даже за свет, не смог уничтожить его и позволил ему уйти безнаказанным. Пробить защиту замка он также не сумел. Когда же он дождался прибытия остальных выживших светлых богов, было уже поздно – замок исчез. Откуда Олеандр почерпнул новые силы, никому не было известно, но он сделал это и всему миру назло создал его – Живой замок.

Стены его поначалу то и дело возникали в разных частях света, но они были видимы, что позволяло нанести по ним удар. Этому и посвятили себя светлые боги, но не преуспели. Каждый из них в разное время врывался в чертоги темной цитадели Олеандра и пытался покончить как с хозяином, так и с его творением. Но безуспешно, ни один из них не вернулся. А замок тем временем креп и продолжает делать это до сих пор. Олеандр больше никогда не покидал его, и многие считают, что он уже давно умер, и дух его истлел в его же гнилью пропитанном каземате. Однако были и те, кто до конца жизни верил, что настанет день, когда он вновь ступит на мирные земли и принесет за собой мрак и смерть. И боялись этого больше, чем чего-либо другого, ведь не осталось ни одного из тех, кто мог бы дать ему отпор – светлые боги мертвы. Они думали и терзали себя страхами, что на самом деле он лишь израненный отсиживается в своей обители, вновь накапливая силы, для того чтобы вернуться и нанести устрашающей мощи удар.

С этой мыслью рождались и умирали целые поколения, но прошло более восьми сотен лет, а из замка так никто и не вышел. Живой, он остался самым известным и самым последним божественным творением. Доказательством того, что некогда они действительно существовали, эти шестнадцать идолов, и вершили свою власть. Замок же обрек тысячи людей на смерть и десятки тысяч на страдание. Отвратная память о темной власти и вечный бич человечества, с которым нет никакой возможности совладать. Его изощренность растет, как и его аппетит. И эта жестокая надменность – постаменты, которые начали возникать четыре столетия тому назад, на которых высекаются имена тех, кого он смог поглотить, заманить в свои владения… Последние двенадцать лет он молчал, и у людей появилась надежда. Но, кажется, мы вновь ее лишились. Он все так же здесь, и он все так же силен, а мы все так же не знаем, как ему противостоять…