Чтение онлайн

Глава двенадцатая

Джереми

Несмотря на то, что Джереми любил утро и рассветы, четыре часа были ужасным временем для пробуждения. Он зевнул так сильно, что у него хрустнула челюсть, когда он натягивал футболку и белые шорты. Когда он включил лампу на своем столе, она показалась ему неприлично яркой. Он собрал свою сумку вчера вечером, но, если он что-то забыл, было еще время, поэтому он порылся в ней, пересчитывая книги и тетради. Его CD-плеер лежал в меньшем кармане вместе с ручками и жевательной резинкой. После недолгих раздумий он достал из ящика запасные батарейки и бросил их сверху.

Убедившись, что у него есть все, что нужно, он достал из-под кровати кроссовки и зашнуровал их. В маленькой сумке, лежавшей на его столе, было то, во что он переоденется, когда закончит утреннюю тренировку в Лионе, поэтому он взял обе сумки и выключил лампу. В темноте он тут же наткнулся на свой стул и, поморщившись, выбрался из комнаты. Перила помогли ему спуститься по лестнице в темноте.

К тому времени, как он добрался до лестничной площадки, он уже привык к полумраку, но тут же снова ослеп, когда включил свет на кухне. Джереми разложил свои вещи на кухонном столе, бросил взгляд на кофеварку, где она заканчивала готовить отложенный кофе, и пошел доставать завтрак из холодильника.

В дальнейшем, он собирался поужинать у Лайлы, так как ему все равно придется оставить там свою машину, но Даллас настоял на том, чтобы приготовить что-нибудь на первый день после возвращения. Ему было все равно, девять лет Джереми или двадцать два; он придерживался традиции, пока Джереми не съедет. Джереми был единственным, для кого Даллас мог это сделать, поскольку Джошуа жил с Арнольдом, у Аннализы было свое личное пространство, а Брайсон должен был вернуться в Коннектикут к концу недели.

Джереми снял фольгу со своей тарелки, посмеялся над фигуркой лошади, которую Даллас нарисовал на блинчиках, и поставил еду в микроволновку, когда кофеварка подала звуковой сигнал о завершении приготовления. Уильям приготовил только половину кофейника, этого было достаточно, чтобы Джереми мог выпить кружку и взять с собой еще. Джереми изо всех сил вцепился в кружку, глядя на часы. Кофе закончился задолго до того, как он поел, но, в конце концов, Джереми смог сложить все в раковину и намочить тарелку.

Он взял дорожную кружку, которую приготовил для него Уильям, и заколебался, увидев, что за ней скрывается: Уильям положил сюда его ключи, чтобы при желании можно было выйти через боковую дверь. Под кольцом была прикреплена карточка, на которой аккуратным почерком Уильяма было написано: «Осторожно за рулем». Джереми с улыбкой сунул записку в карман, взял свои сумки и кофе, а по пути к двери прихватил ключи.

Дополнительная предосторожность была неоправданной: машины Брайсона не было перед входом. Куда он делся в такую рань, оставалось загадкой, но Джереми хотел получить благословение там, где мог его найти. Он бросил свои вещи на пассажирское сиденье, поставил кофе так, чтобы до него можно было дотянуться, и направился на восток, в сторону кампуса. В это время дня пробок было немного, и утро выдалось достаточно прохладным, чтобы Джереми мог опустить стекла.

Лайла оставила для него свет на крыльце включенным. Джереми припарковался позади ее машины, схватил свои сумки и поднялся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз. Когда он потянулся к ручке, к входной двери был приклеен листок бумаги, и он заколебался при виде грубо нарисованной гильотины. Соседи Лайлы не высказывали никаких возражений по поводу присутствия Жана этим летом, даже в первые дни после интервью, так что это было неожиданной грубостью. Джереми развернул листок, проверил, нет ли на нем сообщения или каких-либо намеков на то, кто его оставил, и принес его с собой в дом.

Велосипеды, которые все лето стояли в дальнем углу гостиной, теперь были придвинуты к дверному проему, и их шины занимали половину коридора. Кэт и Лайла, как правило, ездили в кампус на машине в течение учебного года, чтобы ускорить переход между занятиями и купить продукты по дороге домой с тренировки. В прошлом году они выбирали достаточно медленный темп, чтобы он мог пробежать рядом с ними в кампусе в качестве разминки, но в этом году он отправится в Лион пешком с Жаном. Поскольку утренняя тренировка продолжалась до половины восьмого, а первое занятие начиналось в восемь, Троянцы должны были встретиться прямо в спортзале в шесть.

Джереми нашел своих друзей, которые сидели плечом к плечу за кухонным столом и с затуманенными глазами жевали овсянку, приготовленную с ночи. Он занял место напротив них и положил листок так, чтобы они все могли его видеть. Им потребовалась секунда, чтобы осознать, на что они смотрят, а затем Кэт и Лайла застыли на месте. Глаза Жана слегка сузились от раздражения, но он продолжал есть.

– Это было прикреплено скотчем к двери, - сказал Джереми, взглянув на Лайлу.
– Прошлой ночью посетителей не было?

– Насколько мы слышали, никого.
– Лайла отодвинула тарелку и взяла листок бумаги.
– Я поговорю с Гэри о том, чтобы установить камеры видеонаблюдения перед домом, но я не уверена, насколько это будет полезно. Я не думаю, что это был сосед, ни один здравомыслящий человек не стал бы рисковать потерей арендной платы сейчас, когда занятия продолжаются.

– Чувак...
– Кэт взяла рисунок, когда Лайла отодвинулась, чтобы положить его на место. Она взглянула на лицо Жана, чтобы оценить его настроение, но его больше интересовала еда, чем это новое осложнение.
– Мы были так осторожны, чтобы замести следы. Никто не должен знать, что он здесь, кроме нас и Лисов. Кто еще это мог быть?

– Какой-то идиот, - сказал Жан.
– Мы не пользуемся гильотиной уже тридцать лет.

– Почти ровно тридцать, - согласилась Лайла. – С сентября 1977 года.

– Мне нравится, что вы двое знаете это, - сухо заметила Кэт.
– Зануды.

Взгляд на часы показал, что у него есть еще немного времени, чтобы задержаться, поэтому Джереми открыл свой напиток и принялся его потягивать. Кэт и Лайла вернулись к своим овсяным хлопьям, но продолжали мрачно поглядывать на картинку. Кэт отправляла в рот последнюю ложку, когда зазвонил ее телефон. Она взяла его, открыла новое сообщение и воскликнула «О!» так громко, что Лайла чуть не подпрыгнула от неожиданности.

Кэт быстро поцеловала Лайлу в плечо в знак извинения, прежде чем повернуться к Жану.

– Сегодня ты познакомишься с «детьми воды»! Энджи уже готовится к переезду в Лион.
– Она отложила телефон в сторону, чтобы пересчитать их по пальцам.
– Энджи - аспирантка, изучает биокинетику… этическую... э-э.

– Биокинезиология.

Кэт указала на нее пальцем.

– Да. Точно. Спасибо. По-настоящему ты увидишь ее только в Лионе или на вечерних играх. Тони и Бобби - старшекурсники. Они работают поочередно во второй половине дня, но также будут приходить на все наши игры. Тони не сразу привыкает к новым лицам, но Бобби - самый легкомысленный человек, которого ты когда-либо встречал. Она также отчаянно влюблена в Диего, так что не поддавайся соблазну ее милого личика.