Чтение онлайн

– Я ищу своего брата, - сказал Брайсон.
– Ты напал на меня неспровоцированно.

– Он это сделал?
– Спросила Лайла.
– Я обещаю, что найду дюжину свидетелей, которые скажут, что ты изуродовал мою машину после того, как я не пустила тебя внутрь.

– Ты немного...
– Брайсон не договорил, когда Жан с силой толкнул его о треснувшее стекло.

– Как я уже сказала: жди в своей машине или уезжай, - сказала Лайла.
– Если ты еще раз переступишь порог моей собственности, я подам на тебя судебный запрет. Мне все равно, сколько Уилширов служит в полиции; никто из них не настолько глуп, чтобы поверить на слово тебе, а не мне.

Она подождала, не начнет ли он спорить, но Брайсон только сердито посмотрел на нее. Жан сделал себе пометку выяснить иерархию в их семьях после того, как он придумает, как починить ее разбитое лобовое стекло. Удовлетворенная его молчанием, Лайла жестом пригласила Жана следовать за ней.

– Оставь его. Он не стоит такой головной боли.

– Одного удара клюшкой было бы достаточно, чтобы навсегда покончить с этим недоделанным багетом, - предложил Жан, но Лайла только дергала его за рубашку, пока он, наконец, не отстранился от Брайсона.

Брайсон не проронил ни слова, пока они поднимались по лестнице и заходили внутрь. Лайла заперла дверь на засов, и они вдвоем вошли в гостиную. Джереми застыл на том же месте, где его оставил Жан. Кэт вытянула руки в ожидании, и выражение ее лица было едва ли не убийственным. Лайла без колебаний заключила Кэт в крепкие объятия. Жан остановился перед Джереми и ждал, отведя взгляд.

– Кто-нибудь, пожалуйста, напомните мне, чтобы я поговорила с нашими соседями, - попросила Лайла, уткнувшись лицом в футболку Кэт.
– Мне нужно подкупить нескольких свидетелей снижением арендной платы на несколько месяцев на случай, если он захочет устроить настоящую драку.

– Будет сделано, - пообещала Кэт.

– Мы услышали звон стекла, - сказал Джереми, переводя взгляд с одного на другого.
– Все целы?

– Все важные персоны, - сказала Лайла, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него.
– Брайсон прыгнул на мою машину и разбил лобовое стекло в дюжине мест, но у нас с Жаном все в порядке.

– Прыгнул.
– Джереми пристально посмотрел на него, но Жан отказал отвечать на его взгляд.
– Жан?

– В контракте, который я подписал, говорится, что я должен надлежащим образом представлять Троянцев на публике. Это - частная собственность.

– С этим трудно спорить.
– Судя по его голосу, он был недоволен, поэтому Жан проследил за линией его плеч. Он был напряжен, но не готовился к удару. Жан не осознавал, насколько это очевидно, пока Джереми устало не продолжил: - Ты знаешь, что это так, иначе ты бы не избегал меня прямо сейчас. Я не буду лгать и говорить, что не разочарован, но это моя вина, что я не проводил тебя до двери.

Жан перевел взгляд на Джереми. Джереми ничего не сказал, по-видимому, довольствуясь изучением настороженного выражения лица Жана, и тогда Лайла подняла голову с плеча Кэт и сказала:

– Между прочим, это была самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видела, а мне даже не нравятся мужчины. Тебе было бы очень приятно увидеть, как этот сучонок был унижен, Джереми.

Этого было достаточно, чтобы Джереми рассмеялся, и на его губах появилась кривая улыбка.

– Спасибо, что защищаешь ее, но будь осторожнее, ладно?

– Да, - сказал Жан и последовал примеру Джереми, снова устраиваясь поудобнее. Он остро ощущал на себе испытующий взгляд Кевина, но Жан отказывался обращать на него внимание. По крайней мере, Кевину хватило ума ничего не говорить, и они вернулись к своей игре, как будто ничего не произошло.

Глава одиннадцатая

Джереми

После четырех лет, проведенных в Троянцах, Джереми потерял счет тому, как его товарищи по команде заставляли его гордиться ими. Несомненно, были некоторые выдающиеся моменты: то, как они сплотились вокруг него на первом курсе, как быстро большинство из них оказали Ксавье свою неизменную поддержку, когда он решил перейти на второй курс, и их приверженность команде Лисов, которой угрожала опасность в прошлом году, что вылилось в их захватывающее противостояние в полуфинале.

Неделя, последовавшая за интервью с Жаном, почти сразу же заняла первое место в списке. Мало кто из них был доволен таким развитием событий, но в беспрерывных сообщениях, которые Джереми и Ксавье отправляли в те выходные, было больше любопытства и озабоченности, чем гнева.

То, что они узнали, кто были родители Жана, не могло перечеркнуть того, что они видели собственными глазами все лето; это просто добавило важный элемент к загадке Жана Моро. Никто не стал бы отрицать, что он был замкнутым и часто грубым, но Жан не был тем злобным студентом-перебежчиком, которого они ожидали. Они видели его бесчисленные шрамы, и все они заметили, как быстро Жан отступал, когда тренеры бросали ему вызов. Как они могли бояться человека, который не мог даже взглянуть в лицо Реманну после двух месяцев летних тренировок?

Тренировка в понедельник началась с собрания команды, но для Джереми это больше походило на формальность. В выходные у Троянцев было достаточно времени, чтобы обсудить это с помощью СМС и звонков, а также посмотреть интервью столько раз, сколько им было нужно; они приняли решение еще до того, как 13 августа ступили на площадку Золотого корта. Тренеры обсудили более важные детали, такие как повышенный риск пристального внимания и вторжения журналистов. Дополнительные тренировки по упражнениям Воронов были временно отменены, пока тренеры не смогли оценить последствия.

После того, как они изложили свои основные тезисы, они предоставили время для вопросов, но Троянцы уклонились от реального содержания интервью в пользу более беззаботных сплетен: вспыхнули ли Джереми и Кевин, когда увидели друг друга без формы, убедил ли Джереми Кевина перейти к Троянцам на пятый курс, на скольких языках на самом деле говорит Жан, и так далее.

Лисински позволила им шутить дольше, чем ожидал Джереми, но, возможно, она знала, что Жану нужно было увидеть искреннюю поддержку товарищей по команде. В конце концов, она попросила их закончить, и они поднялись на ноги под какофонию отодвигаемых стульев и смеха. Джереми не был уверен, как расслышал обвинение Лукаса, но весомость его слов перекрыла весь остальной шум:

– Тебе девятнадцать.

Постепенно Троянцы затихли. Лукас был единственным, кто все еще сидел, скрестив руки на бедрах и уставившись на свои ботинки. Это был первый раз, когда Лукас обратил внимание на Жана после смерти своего брата, и Джереми не был уверен, как это будет выглядеть. Жан отказался подставлять Грейсона, когда Ханна предоставила ему такую возможность, но то, как он отреагировал на имя Грейсона и новость о беспрецедентном его изгнании Реманном, заставило людей заговорить. По словам Кэт, единого мнения пока нет, но она будет следить за этим.