Чтение онлайн

Он подходит ближе, тесня меня к колонне. Исходящий от него жар — физическое присутствие, обвивающее меня, делающее воздух густым и трудным для дыхания. Я чувствую гул его крови, глубокий, резонансный гул, который взывает к соответствующей сущности в моих собственных венах. От этого у меня ноют зубы.

«Давай попробуем снова, — говорит он, его голос опускается до низкого бормотания. Он берет мою руку, его хватка твердая, неотвратимая. Его пальцы — клетка тепла вокруг моих, пока он направляет мою руку обратно к отверстию в камне. — На этот раз без театральности».

«Убери руки от меня».

«Нет». Слово плоское, окончательное. Его другая рука ложится на колонну рядом с моей головой, фактически припирая меня. Его запах — озон, огонь и что-то древнее, дикое — подавляет. «Ты — обуза, Эсми. Твое отсутствие контроля делает тебя опасной для себя и, что важнее, для моих планов. Так что ты будешь учиться».

Его рука полностью покрывает мою внутри углубления колонны. «Теперь сосредоточься, — командует он, его голос низкий грохот у моего уха. — Не думай о драконах, командире или о том, как сильно ты хочешь заколоть меня. Почувствуй энергию внутри себя. Магию. Не только свою, но и мою».

Я пытаюсь сопротивляться, оттянуть свою магию обратно в ее ядро, но это невозможно. Его прикосновение служит проводником, и сила взмывает. На этот раз это не нежный огонек, а ревущее пламя. Моя собственная сущность темнокровной воюет с обжигающим жаром его драконьей силы, сплетаясь вместе, извиваясь, как змеи.

«Не борись с этим, — дышит он, его губы касаются моей ушной раковины. Дрожь, которую я не могу подавить, проходит по позвоночнику. — Теперь это часть тебя. Моя кровь знает путь. Позволь ей вести тебя».

Я зажмуриваю глаза и подчиняюсь, не потому что он приказывает, а потому что альтернатива — быть разорванной изнутри. Я позволяю потоку течь. Колонна вспыхивает вихрем черного и золотого света, тени и угольки кружатся в яростном, прекрасном танце. Дремлющие руны по всей арене вспыхивают в ответ, пульсируя силой, которую они никогда не были предназначены сдерживать.

Низкий стон вырывается из моих губ, звук и агонии, и ужасающего, нежеланного удовольствия. Силы слишком много, буря, разрывающая меня изнутри. Я чувствую его в каждой части этого, его магия обвивает мою, овладевает ею, направляет ее. Это не урок. Это притязание. Насильственное соединение силы.

«Вот, — голос Дейна низкий рык, вибрирующий через его грудь в мою спину. — Чувствуешь? Баланс. Твоя тень, мой огонь. Они не борются друг с другом, Эсми. Они питают друг друга».

Его слова — как яд, просачивающийся в трещины моего контроля. Мое дыхание становится прерывистым, с хрипом. Жар от его тела — клеймо на моем позвоночнике, а пульс в его запястье, под моей рукой, — военный барабан, взывающий к чему-то темному и голодному внутри меня. Это как наша дуэль в залах Хитборна. Удушающая близость, напряжение воли, грубое, электрическое трение между нами, которое ощущается меньше как драка, а больше как прелюдия. Только сейчас это чувствуется гораздо сильнее, гораздо интенсивнее.

Мое горло — наждачная бумага. Первобытная жажда, острая и требовательная, вырывается из живота. Все, о чем я могу думать, это воспоминание о его крови, насыщенной и живой на моем языке. Ее прилив, сила. Это была зависимость, рожденная одним глотком. Его запах сейчас — агония. Я хочу вонзить зубы в столб его горла, почувствовать его кожу под моими губами, как его пульс уступит под давлением.

«Ты дрожишь, — замечает он шепотом. Его большой палец гладит тыльную сторону моей руки, медленный, обдуманный круг, который посылает через меня новую волну огня. — Ты боишься силы или боишься того, что хочешь с ней сделать?»

Я хочу плюнуть этим словом ему в лицо. И того, и другого. Я боюсь этой чудовищной силы, этой нечестивой смеси тени и пламени. И, боги, я в ужасе от той вещи внутри меня, которая царапается за ним, которая хочет вкусить его, сломать его, обладать им единственным известным мне способом. Тяга — физическая боль, пустая ноющая глубокая в костях, которую может заполнить только он.

«Это не страх, — удается мне выдохнуть, слова скребут мое воспаленное горло. — Это отвращение. К тому, во что ты меня превратил».

«Я сделал тебя сильной, — парирует он, его голос — шелковая нить, вплетающаяся в хаос моего разума. Он наклоняется ближе, и его губы так близко к моим, что я чувствую жар его слов, когда он говорит. — Сильнее, чем любая темнокровная в истории твоего ковена. Ты чувствуешь это, да? Потенциал. Вся эта сырая энергия, просто ждущая команды».

Мои пальцы дрожат, касаясь его. Я пытаюсь оттянуться, но это как пытаться бороться с приливом. Он — океан, и я тону.

«Остановись, — шепчу я, но даже для моих собственных ушей в этом слове нет убежденности.

«Почему?» Его дыхание скользит по моей шее. «Потому что ты боишься, что я увижу, как сильно ты этого хочешь?»

Правда ударяет меня, как столкновение. Я хочу этого — силы, связи, опасной близости нашей переплетенной магии. И я ненавижу себя за это. Я ненавижу его за то, что он показал мне это.

«Я хочу убить тебя», — выдыхаю я.

«Я знаю». Его голос густой от чего-то, что может быть весельем, или желанием, или тем и другим. «Но ты также хочешь вкусить меня. Я чувствую это по тому, как твой пульс учащается каждый раз, когда я рядом. По тому, как твоя магия тянется к моей, даже когда ты борешься с этим».

Моя челюсть сжимается. «Ты заблуждаешься».

«Разве?» Он меняет хватку, и вдруг наши ладони прижаты друг к другу внутри колонны, пальцы сплетены. Интимность этого посылает через меня толчок, не имеющий ничего общего с магией. «Скажи, что тебе это не снится. О ритуале. О том, как моя кровь ощущалась, стекая по твоему горлу».

Я не могу. Потому что он прав. Каждую ночь с Хитборна я просыпалась в холодном поту, мое тело дрожало от потребности. Я пыталась убедить себя, что это просто последствия, что это пройдет, но мне все труднее в это верить.

«Это пытка», — выдавливаю я.

«Нет. Это тренировка».

Сила снова взмывает, и на этот раз я не могу сдержать крик, вырывающийся из моего горла. Это слишком, слишком интенсивно. Мое зрение заливается белым, и на мгновение меня нет на арене. Я снова в ритуальной камере, кровь Дейна горяча на моем языке, его тело прижато к моему, пока древняя магия связывала нас вместе способами, которые я и представить не могла.

Когда зрение проясняется, я понимаю, что вся арена купается в нашем объединенном свете. Каждая колонна горит тем же вихрем черного и золотого. Воздух трещит от силы, и где-то в глубине сознания я понимаю, что это невозможно. Один человек — даже дракон — не может питать все двадцать колонн. Но мы не один человек. Мы — нечто совершенно иное.