Чтение онлайн

«Видишь теперь?» — голос Дейна хриплый, напряженный. Даже он поражен масштабом того, что мы создаем. «Вот кто мы вместе. Вот почему они боятся тебя. Почему должны».

Я хочу возразить, оттолкнуть его, но мое тело не подчиняется. Вместо этого я обнаруживаю, что откидываюсь на него, ищу больше контакта, больше тепла. Жажда теперь невыносима, живое существо, скребущееся изнутри.

«Мне нужно—» Слова застревают в горле.

«Я знаю, что тебе нужно». Его свободная рука поднимается, чтобы схватить мою челюсть, поворачивая мое лицо к его. Его янтарные глаза расплавлены, горят чем-то, что превосходит простой голод. «Но не здесь. Не так».

Отказ жалит сильнее, чем должен. Моя гордость вспыхивает, горячая и острая. «Мне ничего от тебя не нужно».

«Лгунья». Слово тихое, почти нежное. Его большой палец проводит по моей нижней губе, и я чувствую, как качаюсь к нему, несмотря на каждый кричащий инстинкт оттянуться. «Твое тело предает тебя, Эсми. Каждое дрожание, каждое учащенное дыхание. Ты голодаешь по этому».

«По чему?» — сквозь стиснутые зубы выдавливаю я вопрос, хотя уже знаю ответ.

«По мне».

Высокомерие должно бы взбесить меня. Вместо этого оно посылает жар, собирающийся низко в животе, опасное тепло, которое чувствуется и правильным, и совершенно неправильным одновременно. Это именно то, чего он хочет — сделать меня зависимой, связать меня туже с каждым общим вздохом.

«Отпусти», — шепчу я, но в моем голосе нет убежденности.

«Заставь меня».

Это вызов, на который я должна ответить. Но сила, все еще текущая между нами, делает движение почти невозможным. Я поймана течением, тону в ощущениях. Его запах обвивает меня, как дым. Устойчивый гул его пульса под моей ладонью — песня сирены.

Я могла бы укусить его. Прямо сейчас. Вонзить зубы в обнаженный столб его горла и взять то, в чем кричит мое тело. Он, вероятно, позволил бы мне. Эта мысль пугает меня больше всего остального.

Я схожу с ума.

«Это слишком, — задыхаюсь я. — Я не могу—»

Слова едва вылетают, прежде чем я чувствую это: щелчок. Как шнур, натянутый слишком сильно, наконец рвется. Моя рука вырывается из колонны, и связь разрывается. Вихрь черного и золотого света гаснет мгновенно, погружая арену в относительный полумрак. Остаются только факелы, их обычные пламена внезапно кажутся неадекватными после того, что мы создали.

Я пошатываюсь назад, задыхаясь, мои ноги неустойчивы подо мной. Дейн ловит меня за плечи, поддерживая, но я вырываюсь из его хватки с теми немногими силами, что у меня остались. Потеря контакта — и облегчение, и агония. Мое тело все еще кричит по нему, но по крайней мере я снова могу дышать. По крайней мере, я могу думать.

«Эсми—» — начинает он, протягивая руку ко мне.

«Не надо». Я поднимаю дрожащую руку. «Просто… не надо».

Он изучает меня, его янтарные глаза ищут на моем лице что-то, что я отказываюсь дать ему. Спустя долгий момент он отступает, давая мне пространство. Отсутствие его тепла — как шаг в зиму.

«Мой лорд». Голос Ниссы прорезает заряженную тишину и заставляет нас обоих вздрогнуть — я забыла, что она вообще здесь. Когда я поворачиваюсь, она бледна, ее серебряные волосы слегка растрепаны, глаза широкие от чего-то между шоком и беспокойством. Она делает неуверенный шаг вперед, двигаясь, как будто приближается к раненому животному. «Возможно… возможно, нам следует перейти к чему-то менее напряженному для ознакомления леди Эсми с Беллаторием. Я бы предложила Репозиторий, мой лорд. Если ей суждено понять свое место в Дрейтисе, возможно, ей следует сначала понять нашу историю… Артефакты там рассказывают историю лучше любой лекции».

Взгляд Дейна задерживается на мне, тяжелый и выискивающий, словно измеряя последствия того, что произошло между нами. Способна ли я стоять и двигаться.

Я быстро киваю. Несмотря на истощение, Репозиторий — место, которое привлекает мое внимание. Хранилище древних драконьих артефактов. Если есть где-нибудь в этом проклятом городе, что может содержать ответы, то это может быть там.

Долгая пауза, прежде чем Дейн медленно кивает в ответ, все еще наблюдая за мной. «Тогда пойдем». 9 ДЕЙН

Дорога в Репозиторий — безмолвная пытка. Каждый шаг от арены ощущается, как растягивание шнура, который хочет отбросить меня обратно к ее боку, к колонне, где наша сила стала единой. Ее отзвук все еще гудит под моей кожей — идеальная, ужасающая гармония тени и пламени. Это было больше, чем я ожидал. Больше, чем просто слияние магии крови. Это ощущалось, как две половины разбитого целого, встающие на место.

Я чувствовал ее потребность, как физический удар. Отчаянный, цепляющий голод по моей крови, по мне. Он взывал к зверю в моих собственных жилах, древней собственнической сути моего рода, которая ревела к жизни при ее прикосновении. Она хотела ответить на ее тягу, притянуть ее ближе и вкусить соль на ее собственной коже. Сохранять хладнокровие и отказывать ей было как отказывать себе в воздухе.

Предложение Ниссы было спасательным кругом. Необходимым отступлением. Мне нужно восстановить контроль, представить это как урок, простое упражнение в силе. Но правда — вещь ядовитая. Она не моя ученица. Она — моя вторая половина. И это делает ее самым опасным существом во всем Дрейтисе.

Я наблюдаю, как Эсми проходит мимо меня, ее плечи все еще застыли в линии жесткого противостояния, но я вижу легкую дрожь в ее руках, когда она сжимает их в кулаки по бокам. Она движется с поддерживающей рукой Ниссы на ее локте, ее лицо бледно, челюсть сжата в той упрямой линии, которую я узнал как ее стандартную защиту. Она не встречается со мной глазами. Умная женщина.

Репозиторий лежит в восточном крыле, достаточно глубоко, чтобы температура падала с каждым спускающимся шагом. Я замечаю, как Эсми дрожит, и сопротивляюсь желанию предложить ей свое тепло. Она, вероятно, приколет меня за этот жест.

«Репозиторий хранит наши самые священные артефакты, — говорю я, заставляя свой голос звучать отстраненно, как у инструктора. Я не могу контролировать все, что чувствую, но могу контролировать то, что показываю. — Предметы, найденные на поверхности до нашего ухода. Реликвии Кровавых Войн. Документация договоров, как соблюденных, так и нарушенных».

«Включая договоры с моим народом?» — тихо спрашивает Эсми.

Я останавливаюсь у тяжелых дверей из железного дерева, моя рука на задвижке. «Да. Включая их».

Узнав мое прикосновение, двери с скрипом распахиваются, эхом отдаваясь в пещерном пространстве внутри. Факелы автоматически вспыхивают, их пламя отбрасывает танцующие тени на ряды и ряды витрин. Стекло и хрусталь сверкают в свете огня, каждый содержит какой-то фрагмент нашей истории.

Эсми проходит мимо меня, и я улавливаю ее легкий вдох. Несмотря ни на что — ее истощение, гнев, страх — любопытство все еще ярко горит в ее глазах. Эта ненасытная потребность знать, понимать. Это одна из вещей, которая делает ее такой грозной. И такой уязвимой.

«В этом разделе хранятся артефакты времен до войн, — говорю я, указывая на ближайшие витрины. — Когда драконы, темнокровные и светлокровные сосуществовали. Когда был определенный… баланс».

Она подходит ближе, чтобы рассмотреть церемониальный кинжал, его лезвие покрыто рунами на трех разных языках. «Трудно представить, — бормочет она. — Истории моей бабушки всегда звучали так, будто—»

«Мы всегда были чудовищами, — заканчиваю я за нее, мой голос низкий. — История — это оружие, Эсми. Его куют победители, чтобы оправдать кровопролитие. Твоя бабушка рассказывала тебе истории, которые держали ее народ наготове, злыми и напуганными. Наши предки делали то же самое».