Чтение онлайн

— Кто здесь живёт — здесь и останется. Кто уйти захочет — пусть сначала соль со стуком соберёт, нить зубами перегрызёт, замок кровью отопрёт, а без крови — не выйти.

Закончив, поспешила обратно, тем же маршрутом. Только остановилась, чтобы накидать побольше снега — скрывая следы. Вдруг петух всё-таки вернётся, обойдёт ловушку или пройдёт другим путём.

Добралась, села на поваленное дерево. Иван подошёл, присел рядом.

— Где будем ловить? — спросил, подавая кружку с кофе.

— Сейчас, Вань… чуть отдохну. Отдышусь. — взяла кружку, обхватила замёрзшими пальцами. — Чуть не померла со страху, когда навернулась. Так и представила, как он выходит, а я валяюсь.

— Расскажешь, как это остановит человека?

— Ну… представь, что человек — воздух, а сила в нём — камень. — Алёна сделала маленький глоток, кофе обжёг горло. — Так вот, обряд работает как сеть. Не выпустит он тёмную силу. Скорее всего.

— А если выйдет, то что?

— Значит, он намного сильнее меня и обряда. Мы точно узнаем, не беспокойся. Меня так долбанёт, если он мою защиту пройдёт. Не пропустим…

— Алёна! — Иван дёрнул её за рукав. — Ты не поняла! Он вышел!

Она уронила кружку в снег, вскочила, вырвала из рук Ивана бинокль, в который он смотрел на дом.

Дед стоял рядом с избой как ни в чём не бывало. Опирался на метлу, глядел на тропу. Просто стоял.

— Я не понимаю, — выдохнула Алёна.

— Может, что-то не так сделала?

— Точно так. Бабушка учила, показывала… — Дед постоял, перекрестился, поклонился до самой земли. С трудом выпрямился, перекрестил тропу и замахал метлой, разгоняя снег. Посмотрела ещё немного, потом опустила бинокль. — Вань… поджёг отменяется. По крайней мере сейчас.

Алёна услышала, как выдохнул Иван. Он пнул канистру, отодвинул её под дерево. Подлил ей кофе из термоса. Даже лицо порозовело.

— Значит, просто ловим духа?

— Для начала продолжим слежку. — Алёна села обратно, сжала кружку. — Если дед — просто дед, то с кем мы имеем дело? Дух ли это вообще. Получается, дед его слушает, а не наоборот. Может, демон какой…

— О-о-ох, час от часу не легче! — заворчал Иван, но и так ощущалось, какой камень он сбросил с плеч. — И как ты это узнаешь?

— Посмотрю, что происходит в доме. Как они себя ведут.

— Я против. И мы это уже обсуждали!

— Дождёмся вечера или ночи, Вань, когда меня у окна видно не будет. Я же помню.

— Мы так можем сутки ждать… — Иван начал собирать рюкзак, сверху положил термос, потер руки. — Надо подготовиться получше, раз засада на морозе.

— Я боюсь, что мы можем не успеть. — Алёна чувствовала: тот, кого призвали вчера на кладбище, внутри. И на долго ли хватит её защиты?

— А замёрзнуть тут — нормально? — Иван посмотрел на неё в упор.

— Ладно. Ты прав.

— Спасибо. — поднялся, протянул руку. — Пошли.

— Пошли. Только кое-что сделаю по пути. — Достала мешочек, высыпала на ладонь несколько деревянных бусинок, покрытых тончайшей вязью рун. Провела пальцем по каждой, шепнула: «Чужих почуешь — крикни». Потом разложила их по тропе, втыкая в снег, присыпая, чтобы не сразу заметили. — Совсем забыла про них. — выпрямилась, отряхнула перчатки. — Раскидаем по тропе и узнаем, когда наш дух пройдёт рядом. Так сказать — усовершенствованная версия маячков.

— Тоже настроение поднялось, да? — улыбнулся Иван.

— Поднялось, конечно. — толкнула его в бок. — А ты думал, мне прям так хочется кого-то поджарить?

Алёна рассмеялась, но смех вышел нервным, коротким. Оглянулась на избу, на тропу, на ровный снег.

— Пошли уже, а то скоро меня сжигать придётся.

— Почему тебя? — переспросил Иван, уже шагая к машине.

— Ну… — замялась, и тут же нашла ответ для него, — ведьма же…

Они дошли до «ларгуса», сели. Проехали по пустой стройке, встретив по дороге молодого охранника. Иван притормозил, опустил стекло.

— А ты чего бродишь?

— Ну так… обход.

— Ты бы… ночью свалил отсюда. А то этого поджигателя всё никак не поймают.

— Да я и так… не горю желанием тут оставаться. — Охранник зябко передёрнул плечами, сунул руки в карманы. — Мне до деревни сорок минут.

— Ну и отлично. Удачи.

— Сами там кнопку нажмёте?

— Да. Пока.

Иван закрыл окно, выехал за шлагбаум. Ещё метров пятьсот до трассы.

На повороте была авария. Белый грузовик снёс «Ладу», впечатав её в столб. У машины стояли двое гаишников, переговаривались, курили. Рядом скорая.

Иван притормозил, вышел.

— Мужики, что случилось? — Один из сотрудников посмотрел недовольно, но Иван достал корочку. — Лейтенант Петров. Я тут дело в посёлке расследую, узнать хотел, не наш ли водитель? — кивнул на фуру.

— Да хрен знает, ваш или нет. Иди спроси. Вон в машине сидит.

— Вань… — Алёна толкнула его в плечо, указала рукой. — Поехали.

Из-за грузовика, переваливаясь с боку на бок, вышел чёрный петух. Алёна почувствовала, как в груди заныло, зашевелилось то самое, липкое, чужое — и потянулось к нему, отозвалось на взгляд.

— Поехали, — повторила она, хватая Ивана за рукав.

Он обернулся, посмотрел туда, куда она указывала

— Поехали, — сказал, садясь за руль.

Дверь хлопнула, двигатель взревел. «Ларгус» рванул с места, оставляя за собой аварию, гаишников, раздавленную машину и чёрного петуха, который стоял на обочине и смотрел им вслед.

Тишину нарушил Иван:

— Как думаешь, почему он так далеко ушёл? Там же днём всё ещё люди есть. Пацан тот же ходит.

Алёна не ответила. Смотрела на мелькающие за окном стволы, на снег — он валил гуще, чем утром. В голове крутилось другое — почему дух внутри неё так отозвался на петуха? Как зашевелился, будто узнал? И почему молчит защита Рода? Руна на животе не жгла, не покалывала. Просто… спала.

— А?.. — вынырнула из мыслей, поймала взгляд Ивана в зеркале заднего вида. Переключилась на его вопрос, заставила себя вернуться в разговор. Хаотичные мысли сами собой выстроились в ряд: её первое появление на стройке, дед, сломанная техника, смерти. Всё завязано на петухе. Всё тянется к нему. — Вань… Я думаю, что ему нужно тело, мы об этом уже говорили. И пока он привязан к месту. А потом… он станет свободным.