Чтение онлайн

Достаю телефон, проверяю уведомления в третий раз за час. Ничего. Ни единого сигнала.

— Где ты, Тихомир? — шепчу, глядя в окно на город, раскинувшийся внизу. — Что ты затеял?

Сажусь в кресло, откидываюсь на спинку. В голове крутятся варианты.

"Первый: затаился, ждёт моей ошибки. Второй: готовит масштабный удар. Третий: сбежал, бросил всё", — мысленно раскладываю по полочкам.

Но третий вариант не укладывается в голове. Лукин не настолько труслив. Он — хищник, который никогда не отступает без боя. Значит, либо первый, либо второй. И второй куда вероятнее.

Встаю, подхожу к карте города на стене. Отмечаю ключевые точки его влияния: склады в порту, сеть подставных фирм, главный офис. Все они сейчас будто вымерли. Ни движения, ни активности.

— Слишком тихо, — произношу вслух. — Слишком чисто.

Открываю ноутбук, включаю видео. Уже в миллионный раз за эти две недели. На нём я и Аделина. Акт порки. Соблазнительный, головокружительный, чумовой. От одного вида меня вштыривает похлеще виагры. Горячая девочка. Чертовски горячая.

Засовываю руку в штаны, готовясь, как обычно, снять напряжение. Мне нравится смотреть на неё. Только на неё. Это сводит меня с ума, потому что показывает её власть надо мной. Снаружи я сверху, но внутри... Внутри она уже победила.

— Влас... — Слышу её голос, не понимаю, не различаю, правда это или иллюзия.

— Да... Да, мышка... — Шепчу, запрокидывая голову, закрываю глаза.

— Влас, чёрт тебя дери, что ты делаешь?! — Орёт, и я вздрагиваю. Реальность. Она позади. — Ты что, снимаешь мою комнату?! Там камеры?!

— Это одна из наших игр. — Отвечаю скучающе, застёгивая ширинку. — Я обожаю смотреть на тебя. Всегда. Везде.

— Да ты псих... — Шепчет одними губами. — Самый настоящий псих... — Вижу, как на шее выступает венка, её ресницы начинают трепетать, щеки краснеют.

— Тебе нравится это. — Заключаю. — Тебе это нравится. — Встаю, обхожу её вокруг и закрываю кабинет на ключ. Щелчок. Она в клетке со зверем. Моя мышка.

— Мне просто стыдно! — Вспыхивает. — Стыдно, что я вышла замуж за такое...

Улыбаюсь — медленно, хищно. Её злость, стыд, страх — всё это только подстёгивает. Я чувствую, как во мне поднимается волна удовольствия: она пытается сопротивляться, но всё равно здесь. Передо мной. В моей власти.

— Стыдно? — переспрашиваю, склоняясь к её уху. — Стыдно — это хорошо. Это значит, что ты всё ещё чувствуешь. Всё ещё живая. А я не «такое», Аделина. Я — тот, кто делает тебя настоящей. В этих играх ты не притворяешься. Не играешь роль. Ты — вся тут. Вся на виду.

Она отворачивается, но я беру её за подбородок, заставляю посмотреть на меня.

— Мы говорили о перестройке брака. О партнёрстве. — Выдыхает.

— И я согласился. Но от этого ты не стала вести себя как моя жена. — Растягиваю губы в улыбке. Касаюсь подушечками пальцев её голого плеча.

— А что мне нужно делать?! — Злиться. — Что ты от меня хочешь, Влас?!

— Я хочу тебя. Как раньше... Подо мной. — Вру. Если она всё вспомнит, возненавидит меня ещё больше. Но эта игра уже приносит мне гораздо больше удовольствия и лёгкости, чем желание мстить Лукину. Играя с мышкой, я забываю обо всём. — Мне не придётся смотреть за тобой, если ты будешь рядом...

— Но я же не чувствую... Не могу пока, Влас... Я ведь ничего не помню... — Заглядывает в мои глаза. Меня бьёт током. Так сильно, что я дёргаюсь, прижимая "жену" к себе за талию.

— Ты ведь даже не даёшь мне шанса. Дай поласкать тебя. Дай показать, что ты можешь чувствовать рядом со мной. И если тебе не понравится, я обещаю, я остановлюсь. Ты уступаешь мне — я уступаю тебе.

— Хорошо... — Выдыхает рвано. — Давай попробуем... — Кивает, то ли мне, то ли себе.

Касаюсь её губ своими. Не страстно, хотя мне буквально хочется сожрать её. Нежно, бережно, давая ей почувствовать меня, ответить.

Аделина замирает. На мгновение кажется, что она сейчас оттолкнёт меня, разорвёт хрупкое перемирие. Но вдруг её губы чуть дрожат — и она отвечает. Осторожно, неуверенно.

Я замираю, впитывая этот момент. Она идёт навстречу. Сама. Несмотря на страх, на сомнения, на амнезию — она пробует.

Медленно провожу рукой вдоль её спины, не спеша, давая понять: сейчас всё зависит от неё. Она может остановиться в любой момент.

Поцелуй становится увереннее, горячее, Адель обнимает меня за шею, сама прижимается крепче, тяжело дышит. Её пальцы слегка дрожат на моих плечах — но она не отстраняется. Наоборот, чуть приподнимается на цыпочках, будто хочет стать ещё ближе.

Внутри всё сжимается от неожиданной остроты ощущений. Это не игра. Не манипуляция. Она действительно здесь. Со мной. По своему выбору.

Отрываюсь от её губ, смотрю в глаза. В них больше нет прежней настороженности — только волнение, ожидание, какой-то почти детский вопрос: "Что дальше?".

Трогаю пальцами её тонкий топ без лямок, и тяну его вниз, обнажая пышную грудь с торчащими розовыми сосками. Она вздыхает, так громко и дрожаще, что ком удовольствия снова ударяет мне по яйцам. Улыбаюсь сквозь поцелуй, сжимаю её ягодицы, усаживая на свой стол. Мне плевать что на нём лежит. Даже если это что-то может впоследствии меня раскрыть, сейчас — мне плевать.

Перехожу на обнажённую шею, покрывая её быстрыми, влажными поцелуями. Спускаюсь к груди, сразу же забирая в плен розовую горошину. Посасываю, оттягивая губами. Сладкая, манящая, желанная. Уделяю внимание второй груди, обвожу сосок языком по кругу. Она стонет… Тихо, рвано, открыто.

— Влас... — Шепчет моё имя, выгибаясь навстречу.

Юбка завернулась на пояс, поэтому ничего не мешает мне, избавить её от крохотных трусиков.

Аделина начинает дрожать. Сильно, будто её знобит от холода или трясёт от страха, но она молчит, и я продолжаю.

Подтягиваю её ближе к краю стола, снова врываясь в манящие губы поцелуем. Снимаю с себя рубашку, оголяя торс, беру её ладони, заставляю трогать себя, и она трогает. Рисует пальчиками узоры на моей коже, на плечах, животе, груди.

Стаскиваю брюки вместе с боксёрами, сжимаю в руке изнывающий от возбуждения член. Яйца будто налились свинцом и вот-вот рухнут на пол, как два железных шара, со звоном.

Давлю головкой на вход, размазываю выступившую влагу, толкаюсь. Внутри так тесно, так горячо, что протиснуться с первого раза не получается, и я толкаюсь снова.

— Чёрт, чёрт, чёрт!!! — Вскрывает девушка, отталкивая меня от своих губ. — Больно! Мне больно! Очень больно... — Хрипит.

Опускаю взгляд ниже, и меня обдаёт холодным воздухом с ног до головы. Там, где соединяются наши тела, появилось маленькое пятнышко крови, и от того, как Аделина ёрзает, пытаясь оттолкнуть меня, оно только увеличивается.

Блять. Она что, целка?

— Влас, что это за хрень?! — орёт, по-прежнему пытаясь заставить меня отойти, но я будто завис, прирос к ней, застыл. — Я что, девственница?! Ты сказал, что мы... Ты меня обманываешь?!? Объясни, чёрт возьми, что здесь происходит?!?