Чтение онлайн

А затем... Вдруг вспыхивает камин - и вместе с ним лицо южного витязя. И напротив него - горят алым пламенем рубиновые губы, которые шепчут: "Мамай, Мамай, мы не можем быть вместе..." И горячо целуют его в чело, а нежные ладони гладят упрямую чубатую голову.

"Ты весь в огне, Мамай...
– шепчут губы.
– Испей воды..."

И тонкие руки протягивают ему чашу с хрустальной жидкостью.

Глоток... Другой... И всё исчезло - всё затопила тишина. И темнота...

Хруст под ногами, сырые стены, низкие своды, о которые бьется голова. И вдруг сзади - топот шагов, и крики, и вой. Звон металла - мерцают сабли и мечи, вышибая друг из друга искры. А затем - водоворот и пена волн. И стрелы сыпятся с берегов. И последний бой. Как вдруг - тонкое жало меча под лопаткой. И обжигающе леденит всё тело...

И снова - тишина и мрак. А в ушах бьется назойливый стишок:

Пойдете к солнцу по болоту,

По земле и под землей.

Там сокровища найдете

Под лесистою горой.

Диво дивное вас встретит

За туманною рекой,

Но к Сечи вы не пробьетесь

Ты погибнешь под водой...

Ты утонешь, славный витязь,

У далеких берегов,

Чтоб друзей спасти, воитель,

Ты пожертвуешь собой...

Смотрит в костер Мамай, думу думает. Исковеркали его чело глубокие борозды морщин, прорезали, будто острым лезвием. Как сказать это земникам? Как?

И вдруг - снова видение. Целуют горячие губы его лоб - и разглаживаются морщины. А пламенные уста еле слышно шепчут: " Не всё, что увидел - сбудется... Твоя нить - не только в руках богов, но и в моих руках. Я не дам ей оборваться..."

И снова - уютная горница, и трещит очаг. И сидит молодая красивая женщина, и прядет дивную пряжу. И смотрят друг на друга две пары глаз - смотрят не отрываясь. И готовы так смотреть друг на друга целую вечность...

– Мамай, Мамай, что с тобой?
– вдруг вторгается в видение обеспокоенный голос Лиго.

Чародей открывает глаза - его тормошит за локоть испуганный земник, стоя рядом.

Мамай стряхивает с себя пелену наваждения и упрямо мотает головой.

– Что видел ты в чаше Медейны?
– спрашивает Лиго.

И чародей слабо улыбается ему и говорит:

– Всё хорошо, мальчик мой. Я видел только хорошее.

– Правда ли это?
– пристально смотрит на него барздук.
– Я тебя таким еще никогда не видел.

– Всё в порядке, Лиго, - уже тверже говорит Мамай.
– Просто я увидел трудную дорогу.

И снова смотрит в костер.

И отрывается свой взгляд от него лишь тогда, когда кто-то негромко кашлянул. Это снова Лиго.

– Чего тебе, мальчик мой?
– спрашивает его чародей.
– Уже и так всё ясно - завтра мы идем на юг. Дорога мне известна...А там, там...

И снова замолкает.

– Что там, Мамай?
– настойчиво спрашивает его Лиго.

Чародей вздыхает и, нарочито подмигнув, говорит:

– А там, милые вы мои барздуки, все наши сомненья разрешатся. Там, на юге, за далекими Лесистыми горами, в суровом Диком Поле у Непры-реки мы встретим друзей - много друзей. Это славные степные рыцари, запороги! И ежели вы видели в своих виденьях чудесный Белый град - то и отважные витязи будины также будут на нашей стороне. И они, эти друзья, нам помогут отыскать и дивных кузнецов, и отковать вновь, как в славные былые времена, волшебную стрелу - наше грозное оружие. Но всё это будет потом. А сейчас - спать!

И, пыхнув напоследок своей трубкой, потушил ее. А разом с ней погас и костер.

– -------------------------

ГЛАВА 9

НА ЮГ

Созревали ягоды в лесах Земиголья, отцветали душистые липы и наливались соком плоды земные - лето уже перевалило за середину. Ехали таясь, лесными укромными тропами, чтобы не попасться никому на глаза. Ночевали в лесу, лишь изредка захаживая на затерянные в чаще хутора барздуков за продуктами, каждый раз придумывая себе новые прозвища и заготовленный рассказ, что занесло земников в такую даль. В людские поселения носу не казали - дабы не вышло чего. Хотя иной встречались случайно на лесной неторной тропе с угрюмыми лешаковатыми неманскими мужиками, которые долго и пристально провожали мрачным взглядом странных путников - троих барздуков и знатного витязя.

Лесной большак полого поднимался вгору. Били копыта в землю, вьюжилась под ними бурая мелкая пыль, въедливо оседала на сапогах да переметных сумах. Кони пофыркивали, крутили мордами, встряхивали гривой, кося по сторонам черными глазами. Леса вдоль дороги вокруг стояли сумрачные - вздымались к небу заматеревшие огромные деревья, скрипя на ветру. Посекло их время морщинами, прорезало глубокими шрамами - висит клочьями отопревшая кора, в щели набилось праха немеряно за долгие века. Крепкие дубы раскорячили свои узловатые толстые ветви, с которых свисали длинные бороды серых лишайников. А чуть дальше, за стеной буков и грабов, время от времени слышался треск иссохших старых олешин. Угрюмо и тоскливо было вокруг - лишь высоко над головой простиралась синяя бездонь неба.

– Чем дальше от людей - тем меньше хлопот, - говаривал Мамай и тут же подмигивал: - Ну а с остальным я уж как-нибудь разберусь.

Земники только удрученно вздыхали - чародей не дозволял нигде подолгу задерживаться и торопился вперед.

– Эх, попить бы пивка, - жаловались друг другу земники.
– А то покинем Земиголье - и неведомо еще, когда снова в пенную кружку заглянем.

– Не робей, барздуки!
– подбадривал их чародей.
– Есть на последнем рубеже одна славная корчма - туда и заглянем на прощанье. Пиво там достойное варят - не хуже, чем у вас на хуторах подают.

– Ну, это еще неизвестно, - ворчал Пеколс, - что там за пойло стряпают. Может, его и пить-то вовсе нельзя.

– А вот скоро и проверим, - улыбался чародей и вновь подгонял своих товарищей.

– И куда это только мы торопимся?
– возмущался под нос Пеколс.

– На юг, - отшучивался Мамай.

Но земники косились на него, ничего не говоря.

– А что там, на юге?
– спрашивал бывало у чародея Лиго Бирзулис.
– Какие там земли и страны? Какие царства и государства?

Мамай смотрел на него хитро и, улыбаясь в свои длинные усы, говаривал:

– О, там дивные земли, Лиго. За Лесистыми горами лежит большая красивая страна, что звалась раньше Русколанью. Раскинулась она широко на зеленых холмах и светлых чащах, вдоль буйных рек и задумчивых озер, в которых вода прозрачная и сладкая, будто утренняя роса. И жил там раньше златовласый и ясноокий народ, чудесные стрелки из лука, хлебопашцы и бортники. Высокие и статные, в белых одеяниях, расшитых узорочьем, всем своим видом они напоминали волшебных Дивов - и, как поговаривают, были с ними даже в родстве. С гуслями и луком за плечами, отважно они проходили лесные пущи и селились на их окраинах, наполняя своими чарующими песнями всю округу. И от этих звонких песен даже самые дремучие чащи становились намного светлей. А черные тени прятались куда подальше, а то и вовсе исчезали. Вот какова была сила их песен, наполненных то радостью и весельем, то неземной тоской и волшебной томительной грустью. Из далеких далей приходили к ним гости, дабы хотя бы один раз в своей жизни услышать их дивные напевы - и даже птицы лесные замолкали при перезвоне струн их солнечных гуслей, перенимая чарующие песни чудесного племени яснооких искусников слова.