Чтение онлайн

О’Тул на своей шкуре убедился, что это не так. Русские — тоже. Джереми их не встречал, они воевали северней, но слыхал немало.

Сейчас русские платят больше, чем когда-то Чан Кай-ши, а его работа — научить их пилотов снимать с его кургузых птичек не просто каждый вложенный доллар, а большие проценты. Он любит самолет, который когда-то выпустил с чертежной доски в небеса. Зато фирму «Брюстер» ему любить не за что.

Доработали его любимую птичку, говорите?

Если бы!

Они искалечили самолет, их даже сапожниками не назовешь — они плотники, даже — лесорубы!

— Если желаете купить еще «брюстеров», требуйте старую добрую вторую модель, — четко, чтоб лучше поняли, проговаривает Джереми. — На третьей не поменяли ничего, только добавили лишнего веса.

— Фотография «до»? — спрашивает Колокольцев. — Чтобы новые самолеты хорошо смотрелись?

— Нынешний «Брюстер» весь — фотография «до». Это как бы новая модель. Ребята с фирмы будут заливаться про протектированные баки, толстую бронеспинку, систему опознавания «свой-чужой», ручной огнетушитель… Какая разница, если машина сделана по заданию лохматого тридцать пятого года? И мотор у нее все тот же? Чтобы птичка еще летала, ее нужно облегчать, а на нее навешивают балласт.

Самолет все-таки смотрят, вносят в программу испытаний, но Джереми доволен: бывшим боссам свинью он подложил. Счастье, хоть и поменьше, чем сорвать куш в покер или вернуться домой на самолете, что насквозь просвечивает от пробоин.

Второй самолет выглядит точно так же. В глаза бросается шасси другой конструкции. В остальном похож, но это работа другой фирмы. Разницы — никакой. Оба-два — короткохвостые среднепланы. У обоих подозрительно хлипкое шасси. Моторы одинаковые… Различия есть: «брюстер» чуть крепче, берет больше топлива, «грумман» тяжелей вооружен. Командир авианосца поджимает губы.

— Это точно новое?

— Новое, — говорит Джереми. — Это «Уайлдкэт», четвертая модель. Первая была бипланом. Проиграла конкурс «Брюстеру». Самолет переделали, чтобы был похож на победителя, только лучше.

— Чем лучше?

В ответ — ухмылка.

— Протектированные баки, надежная бронеспинка, ручной огнетушитель, две фары для ночной посадки вместо одной. Все то же, что брюстеровцы засунули на свою третью модель. Зато окошечка, через которое удобно смотреть вниз, нет. И вот этот истребитель, сэр, точно рекламное «до». У фирмы «Грумман» в конкурсе участвует и новая оригинальная машина.

— Ясно. Посмотрим, сравним, облетаем.

Второй прототип тоже записывают на испытания. Обычная программа: скороподъемность, пилотаж, особенно — виражи, пикирование, выход из штопора…

Третий и четвертый прототипы укутаны в брезент. Стоит подойти поближе — выскакивает, как чертик из коробочки, американец в штатском. Обычное серое пальто на нем сидит как военная форма. Объясняет:

— Это английские самолеты.

Значит, у США так хорошо с истребителями, что стоит вопрос о лицензионном производстве?

Джереми вздыхает.

Михаил Косыгин поднимает кустистые брови. Бывший адъютант наркома флота в тридцатые объездил все крупные авиавыставки. Как он может не узнать характерный остроносый, горбатый профиль? Номер четвертый выдают узкий, как у стодевятого «мессера», фюзеляж и эллиптическое крыло.

— «Харрикейн» зачем прятать? — спрашивает Косыгин. — В минувшем году эта машина показала себя хуже серийного «хока». «Спитфайр» я тоже видел. В Фарнборо, еще до войны.

Американец разводит руки.

— Проще накинуть брезент, чем просить у англичан разрешения на показ того, что вам и так известно.

Косыгин манит пальцем Колокольцева, сообщает по-русски:

— Жаль. В Фарнборо к «спиту» близко не подпускали, огородили веревками. Даже просто посидеть в кабине было бы весьма и весьма познавательно. Это не «горбатый», этот осенью с «худыми» резался на равных.

Колокольцев кивает. Да, жаль. Да, интересно.

Лицензия на «харрикейн» СССР даром не нужна. Что до «спитфайра», то, чтобы произвести этот истребитель, надо перевезти Англию. Одна форма крыла намекает на культуру производства, которой нет даже в Штатах и Германии.

Остается пожать плечами и шагать дальше, к последним трем машинам, между которыми и пойдет настоящий конкурс.

Вот и большой самолет, издали похожий на «штуку» из советской книжечки-определителя профилей. Большие черные цифры «5» на желтых крыльях, мелким шрифтом — номера гражданской регистрации прототипа. Вблизи самолет не похож на немецкий пикировщик. Он вообще ни на что не похож!

Мотор воздушного охлаждения очевидно мощный — для него понадобился огромный пропеллер, из-за него пришлось поднимать фюзеляж над землей, а чтобы шасси не оказалось слишком длинным и хрупким, изломать крылья углом вниз. Наверху — фонарь кабины, слишком маленькой для двоих.

Большой, тяжелый одномоторный самолет. Тем не менее, фирма «Воут» обещает очень интересные характеристики. Отличная скорость, мощное вооружение. При необходимости может поднять полутонную бомбу. Секрет в новом, мощном двигателе. Что до размера — крылья складываются, и места в ангаре самолет займет не так уж много.

Пикировщик заглядывает под брюхо. Разочарование!

— Трапеции нет.

Той, с которой можно сбросить бомбу в пикировании — и не попасть в собственный винт.

— Можно поставить.

— Будет летать хуже, чем на испытаниях.

— Учтем…

Колокольцев зримо недоволен. Ворчит:

— Одномоторный самолет такого размера, даже как ударный… Не то.

— Хвостовое оперение как с другой машины сняли и пришпандорили, — режет штурмовик Нелаев. — Маленькое, верно, предельное. А в бою, знаете ли, дыры делают.

Он не говорит этого вслух, но искренне считает, что удачный самолет непременно красив. Потому прототип пять ему не нравится заранее, но облетать машину придется. В программу испытаний внесены стрельбы.

Что ж, пора переходить к следующему прототипу. Номер шестой вызывает у командира авиагруппы одобрительное хмыканье. Этот — красавец! Зализанные формы, острый нос с заткнутыми выколотками: здесь могли бы быть стволы, много. Сейчас нет.

Как нет и места для двигателя!

Сзади, что ли, приспособили? Точно, за кабиной — жадная пасть воздухозаборника, пунктир выхлопных патрубков. Дальше обычный хвост, на фоне старичков и номера пятого — весьма элегантный. Ах да, пропеллер — спереди. У них что, вал мотора проходит сквозь кабину? А как же пилот? Или ему вал вставляют в задницу и выводят через пупок?