Чтение онлайн

МЕРЛ: Дай отдохнуть от фюрера-то!

ДЭРИЛ: Хватит уже так Кэрол называть!

МИШОНН: А вообще с того дня, как все решили не стесняться пукать на людях, я уже ничему не удивляюсь.

ШЕЙН: Ну знаешь, мы тебя тоже приглашали. Не надо теперь делать вид, что самая приличная.

МЕРЛ: (оглушительно пукает)

МИШОНН: Проблема не в звуках, а в запахах, и вы все это знаете!

ГАРЕТ: “Шейн, трогает твоя любовь к Лори, но скажи, смог бы ты жить с ней на шоу? Удачи тебе, ты на втором месте после Мерла!”

ШЕЙН: Где? В рейтингах?!

МИШОНН: Я думаю, в сердце автора письма.

ШЕЙН: Черт... В смысле, спасибо. Это тоже круто. С Лори на шоу... Не надо ей на шоу. Лори слишком...

МЕРЛ: Склочная!

ШЕЙН: Нет. Волнительная. Не надо ей столько нервничать.

ГАРЕТ: “Дэрил, последний в письме, но не последний по симпатиям. Не задумывался о том, что за маской зайца прячется [цензура]? Всем добра, не ссорьтесь, Мерлу победы!”

Дэрил настороженно сверлит взглядом письмо.

ДЭРИЛ: Прячется кто?

ШЕЙН: Кэрол, что ли? Не, а зачем еще цензурить?

МИШОНН: Это точно не девчонка. Голос мужской. Хотя мне сначала казалось, что это Гленн и Мэгги меняются.

ШЕЙН: Да тот голос через чертову маску хрен различишь!

МЕРЛ: Давно уж понятно, кто сидит под этой маской.

Делает торжественную паузу.

ШЕЙН: (не выдержав) Ну?!

МЕРЛ: Наемный, сука, рабочий Большого Брата! Не, ну хорош везде заговор искать. Засранцу платят за то, чтобы он нас доставал.

ДЭРИЛ: Он нас знает. Разговаривает так, как будто нас знает.

МЕРЛ: Узнаешь ты, что под этой маской мистер Панамка или черный бро, и что? Легче станет? БэБэ только и хочет, чтобы ты велся на его подколы. Вперед, че. Ублажай козлину.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Мерл, у тебя ко мне что-то личное? Ты все утро себя странно ведешь.

МЕРЛ: (хлопнув ладонями по столу) Да, бля, у меня к тебе что-то личное, скользкая ты скотина! Я всю ночь тут кое о чем думал...

ГАРЕТ: Ох, умоляю. Всю ночь храпел, как паровоз.

МЕРЛ: ...Ты ж, сука, знал, что я безделушку губеровскую потырил. Подсмотрел, извращенец проклятый. И сестренку мою нарочно выселять кинулся. Хрен бы ты так просто от него избавился, у тебя ж там рейтинги-хуейтинги. Тебе нужно было, чтобы старина Мерл Диксон прогнулся так, как тебе хочется. Драмы тебе не хватило за эту неделю, да?

ШЕЙН: Мужик, вот хрен ли ты переживаешь? Молчал бы – и рейтинги как раз у тебя бы росли.

МЕРЛ: В жопу такие рейтинги. Мне от Большого Брата подачки не нужны. Вздумал из меня героя насильно делать, да? Если кто там (тычет пальцем в камеру) уссывается от умиления, то вот вам мое послание.

МИШОНН: О нет. Он сейчас покажет задницу.

МЕРЛ: (встает на табуретку)

ГАРЕТ: Мы же завтрака...

МЕРЛ: (спуская штаны и поворачиваясь задом к камере) Че как, зрители?!

Дэрил молча хватает сковородку с недоеденной овсянкой и хреначит Мерла по заднице.

МЕРЛ: (чуть не падая с табуретки) Нахер я тебя вытащил оттуда, не пойму!

ДЭРИЛ: Успокойся. Истеричка, бля.

МЕРЛ: Истеричка на нас щас через камеры смотрит и кумекает, что бы ему такого придумать, чтобы все разрыдались. Помяните мое слово, завтра лысого утопят в озере, лишь бы шоколадка поплакала.

МИШОНН: Не стану я плакать. Хотя будет не очень весело, конечно.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Мерл, мне жаль, если я тебя расстроил. Хотя в этом и состоит моя работа. Но конкретно эту твою обиду я не планировал. Мне просто хотелось, чтобы все вы стали немного ближе друг к другу.

МЕРЛ: (молча показывает фак в камеру)

ГАРЕТ: Концерт окончен? У нас тут еще одно письмо. Держи, Шейн, это тебе.

Шейн хватает конверт.

ШЕЙН: “Привет, ребята! Это письмо прошу прочитать того, у кого сейчас находится слабо. Привет, Большой Брат! У меня вопрос непосредственно к тебе. А слабо тебе исполнить одно любое желание каждого из оставшихся участников? P. S. Шейн, ты крут! Не унывай. Дерил, ты нужен группе! Мерл красавчик, Мишонн, держи всех в узде! Гарет, как настроение? Всех люблю!”

ГАРЕТ: Какое может быть настроение после задницы Мерла Диксона, воссиявшей над моей кастрюлей с овсянкой?

БОЛЬШОЙ БРАТ: Большого Брата нельзя брать на слабо.

ШЕЙН: (почесывая затылок) Так-то нечестно. Даже если бы можно было. “Слабо” – мое, я им распоряжаюсь как хочу. И если я что вслух прочел, это не значит, что я кого-то на слабо беру.

Задумывается.

ШЕЙН: А чего тебе стоит, Большой Брат?

МИШОНН: Да, БэБэ, после того, что ты нам устроил, одно желание – это мелочь.

БОЛЬШОЙ БРАТ: И вы не боитесь, что потом “слабо” окажется у меня?

МИШОНН: Ты и так придумаешь, как над нами поиздеваться. Что с ним, что без него.

ДЭРИЛ: Гляньте.

Показывает в сторону гостиной. Народ поворачивается и видит Бусинку, которая пытается войти в дом через дыру в стене.

МИШОНН: (стонет) Только коровьего дерьма на полу нам не хватало. Кто не привязал?

ДЭРИЛ: Ну я, хм, возможно, забыл.

ГАРЕТ: Дэрил бесполезен в цивилизации.

ДЭРИЛ: (снова хватает сковородку)

ГАРЕТ: Фу, она же побывала на заду Мерла.

ДЭРИЛ: Вот именно.

Шейн выдворяет Бусинку из дома и, привязав ее к дереву, закрывает дыру в стене двумя досками.

ШЕЙН: В понедельник закажем стройматериалы и подлатаем.

Однако две доски, конечно, не решают проблемы погрома, и весь день участники вынуждены проводить за генеральной уборкой. Все доски и щепки складывают в одну большую кучу, туда же отправляются распиленные на куски деревья. Со двора выметают стекла и мусор, но что делать с останками робо-Дрюни – никто не знает. Большой Брат не дает по этому поводу никаких указаний, поэтому ребята просто относят их в лес и бросают там, чтобы не мешались. Впрочем, Шейн складывает в коровнике несколько кусков металлической обшивки, мотивируя это тем, что завтра Большой Брат устроит метеоритный дождь, и все пожалеют, что не были готовы.

Гостиную все обходят стороной со вчерашнего дня. После взрыва эта часть дома пострадала сильнее всего. И только когда перед голосованием Большой Брат просит расчистить путь к комнате-дневнику, народ уныло рассаживается на корточках, собирая мелкие стекла с пола.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Окей. Если представить, что меня и правда взяли на слабо... Что бы вы пожелали?

ШЕЙН: Давай сюда наших.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Наших кого?

ШЕЙН: Наши семьи, чел. Ты понимаешь, о чем я.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Нет, гости запрещены.