Чтение онлайн

Я имею в виду все выходы. Двери, окна, водопроводные трубы, кабельные каналы, погрузочные площадки, измельчители мусора. С момента кражи и до того, как ее обнаружили, через все эти точки проходили только я и зомби. Медуро вышел три дня назад, а Кукольник вернулся на свое место три часа спустя. С тех пор он не выходил.

Так что, если только где-то нет лазейки, о которой не знает Габриэла, Кукольник и, что еще важнее, бутылка Дариуса все еще внутри. Задача в том, чтобы их найти.

— Думаю, нам стоит сделать анализ крови, как в "Нечто"[7], — говорю я. Мы вместе идем по длинному коридору в сторону столовой/актового зала. К тому времени, как мы доберемся до места, все остальные уже должны быть на месте. — Знаете, когда они берут немного крови и пытаются ее сжечь, если она вспенивается и шипит, значит, она от монстра.

— Ты хоть представляешь, сколько здесь людей, чья кровь вспенилась бы и зашипела, если бы ее попытались сжечь? — спрашивает Габриэла.

Она идет целеустремленно, размашисто переставляя короткие ноги. Ей нужно кое-что сделать. В руке она крепко сжимает рацию.

— Хороший вопрос, — говорю я. — Так каков твой план?

Мы останавливаемся примерно в десяти метрах от дверей в зрительный зал, рядом с пожарным шлангом, закрепленным на стене. Габриэла отщелкивает потайную защелку, и вся конструкция отъезжает в сторону, открывая нишу в стене, в которой лежат два военных дробовика Бенелли M1014, коробка с патронами 12-го калибра и несколько противогазов. Она бросает мне один из противогазов, а сама надевает свой.

— Возьми дробовик, — говорит она. — Но будь осторожен, в стволе уже есть один патрон.

Я беру дробовик и проверяю его. Как она и сказала, в патроннике уже есть один патрон с резиновой пулей.

— Хорошая штука. На случай, если постояльцы начнут шуметь?

— Такое случается, — отвечает она.

— Я никак не могу запомнить, — говорю я. — Пять патронов в гильзе и один в патроннике или семь и один?

— А какая разница? Если у тебя закончатся патроны, у тебя будут проблемы посерьезнее. Она пару раз нажимает на кнопку рации, чтобы привлечь внимание того, кто на связи. — Джо, ты меня слышишь?

Отвечает хриплый голос Зомби Джо:

— Пять на пять. Скажи, когда.

— Действуй.

По всему коридору срабатывают спринклеры, только из них льется не вода, а газ. Из зала доносятся крики и вопли, а затем раздаются глухие удары, это тела падают на пол.

— Что это за дрянь?

— Корень валерианы, измельченный экстракт мандрагоры, печень василиска. Но больше всего там аэрозольного фентанила, — отвечает она. — Я раздобыла его у каких-то русских бандитов. Внесла изменения с учетом разной массы тела, видов и так далее. Он не должен никого убить, и люди должны проснуться без сильного похмелья, если мы все сделаем быстро.

Конечно, манекены Кукольника сделаны из глины. Им не нужно дышать. Так что если кто-то и выйдет оттуда, то это будет не тот, за кого себя выдает. Мы ждем.

— Твои подопечные будут в бешенстве, когда проснутся.

— Они подписали отказ от претензий, — отвечает она.

Проходит минута. Габриэла начинает нервничать. Еще несколько секунд, и мы слышим приближающиеся шаги. Двери в зал распахиваются, и я не стреляю только потому, что не хочу тратить патрон на того, кто, скорее всего, ничего не заметит. В коридор выходит Джо в противогазе, весь такой самоуверенный и невозмутимый, как нежить.

— Там чисто, — говорит он. — Все вышли.

— Черт, — говорит Габриэла. — Кто-нибудь пропал?

— Я еще раз сверюсь со списком. Еще один экземпляр лежит рядом с приемным покоем. — Он собирается уйти.

Я стреляю ему в затылок. Мяч попадает ему прямо в голову, и она взрывается, как дыня, упавшая с высоты 30 метров.

— Какого хрена, Эрик?

— Это не он, — говорю я.

— Он может пережить воздействие газа, придурок, — говорит она. — Он не дышит.

— Да, я знаю. Но сможет ли он пережить то, что его превратят в глину? — Габриэла переводит взгляд на тело. Кровь, мозги и осколки костей должны были забрызгать весь коридор, но вместо этого повсюду ржаво-коричневая глина.

Габриэла нажимает на кнопку рации.

— Где ты? — спрашивает она.

— Там, где и должен быть, — отвечает Джо. — Я услышал взрыв. Ты его достала?

— Да. Едва не ускользнул. Он вошел в дверь одновременно с тобой. Эрик снес ему башку.

— И что теперь? — спрашивает он. Если у него и есть какое-то мнение на этот счет, он не озвучивает его по рации.

— Иди туда и помоги людям, пока кто-нибудь не подавился языком.

— Уже иду.

Она смотрит на глиняный труп, потом на меня.

— Как ты узнал?

— Я мог бы сказать, что увидел, что его душа не пришита к телу, как в первом задании по домоводству для пятиклассников.

— Но?

— На самом деле мне просто хотелось пристрелить его и посмотреть, что будет.

— Я… знаешь что? Нет Я к этому не притронусь, — говорит она. — Ладно, с Кукольником мы разобрались. Где теперь бутылка? В комнате Медуро?

— Ближе, чем кажется, — говорю я. Я наклоняюсь к телу и начинаю отрывать от него куски, которые превращаются из плоти и ткани в комки глины, как только я их отрываю. — Каждый раз, когда я убивал одну из этих тварей, она почти сразу же превращалась в комок глины. Но эта не превратилась.

Габриэла опускается на пол и помогает мне копать. Мы разбрасываем комки глины во все стороны, копаем, как обезумевшие псы, которые не могут вспомнить, где закопали кость. Мы уже вырыли приличную яму в спине манекена, когда мои руки нащупывают что-то, что не является глиной. Я тяну. С небольшим усилием бутылка Дариуса с влажным хлюпаньем выскальзывает из глины. Как только она оказывается снаружи, труп снова рассыпается в глину.

Мы откидываемся к стене в коридоре, наша одежда перепачкана глиной, маски запотели от пара. Я крепко сжимаю в руке бутылку Дариуса. Я стучу по лицевой пластине противогаза.

— Когда мы уже сможем снять эти гребаные штуки?

— Примерно через час, — отвечает она.

— Ты издеваешься?

— Да, — говорит она и, смеясь, стягивает с себя маску. Я слышу, как люди встают, не понимая, что произошло. Интересно, как они теперь будут относиться к этому месту после того, как Габриэла вырубила их слезоточивым газом.

Я стягиваю с себя маску и бросаю ей.

— Мы поймали злодея, — говорю я. — И на этот раз ничего не сгорело. Мне кажется, или мы сегодня немного повзрослели?

— Это только ты.

— Приятно знать, что я не одинок в своих заблуждениях. Это заставляет меня чувствовать себя особенным. Что дальше?

— А теперь, — говорит она, — я верну это на место, разбужу людей и попытаюсь объяснить им, что, черт возьми, только что произошло.

— Если хочешь, можешь свалить все на меня, — говорю я. — Я был козлом отпущения для многих хороших людей.

— Я так и собиралась.

Глава 15

Я захожу в раздевалку, завернувшись в полотенце, а за мной тянется пар из душевой. Потребовалось несколько часов, чтобы смыть с себя все это дерьмо. Нужно было убедиться, что никто не задыхается и не страдает от аллергической реакции. Все оказалось проще, чем я ожидал, но это не значит, что было легко. Что бы ни добавила в газ Габриэла, сработало отлично. Почти все очнулись в течение десяти минут, без проблем. Правда, у некоторых действие газа проявлялось дольше. А пара человек так и не пришла в себя.