Чтение онлайн

Как прошла моя ночь? Лучше не спрашивайте. Такое ощущение, будто я не в участке просидела, а прошла афганскую войну. Спина, прямая, как у фонарного столба в депрессии. Руки, вообще затекли до состояния «живого воскового манекена», а походка с утра напоминала что-то среднее между зомби и старой, скрипучей табуреткой. Желудок? О, этот вахтёр справедливости не молчал. Он возмущался так громко, что, кажется, соседний отдел слышал и понимал, мне даже ложку тюремной каши не дали. Но самое пикантное началось чуть позже. Я-то думала, проведу ночь наедине с собой, со своими мыслями, унынием и глупыми сожалениями. Ага, как же. Всё как по заказу. Ко мне в камеру радостно вплыла делегация из мира бурлеска, три бодрые представительницы древнейшей профессии. Мои новые соседки были, мягко говоря, экспрессивными. Они с порога устроили коллективный девичник, одна плакала о том, что клиент сбежал с её вибратором, вторая жаловалась, что её лучшая подруга увела у неё любимого сутенёра, а третья просто делала шпагат на стену в попытке «размяться.» Затем вообще дело чуть не дошло до драки, пока они спорили между собой, кто из них заслуживает отдельную камеру по классу «люкс», дальше, одна из них предложила погадать мне на купюре в тысячу рублей, не имея при этом ни купюры, ни рубля. Я, честно говоря, пару раз всерьёз обдумывала вариант прикинуться мёртвой или хотя бы потерять сознание, но кто-то в этот момент начал издевательски напевать «Мурку», и мне пришлось жить дальше.

— Если бы я не знал кто ты такая, запросто спутал с одной из них.

Усмехнулся внезапно стоящий напротив шансонье, в лице ненавистного Гера-аа-сима.

— Сделай одолжение, исчезни с горизонта, а? Мешаешь слушать моих новых знакомых.

Киваю головой в сторону этих сомнительных дамочек, а краем глаза вижу как Герман стоит и скалится в свои тридцать два белоснежных зуба.

— Hy? Долго ты тут будешь стоять?

— Действительно, я лучше поеду домой, приму душ, поужинаю, а главное… Прекрасно высплюсь в своей мягкой кровати.

Вот же, скотина ментовская… Но мне на сегодня сарказма хватило, запас и так на исходе, как у спичек в дождь. Я посмотрела на него без тени эмоции, с тем выражением, которое обычно носят хмурые статуи на набережных и произнесла глухо, ровно, почти устало:

— Просто отвали, вурдалак.

Без истерик, без огня. Только холодный, плотный тон, от которого даже его зубастая ухмылка сбавила обороты. Как будто он сам не ожидал, что мне может быть не до войны.

— Не спокойной ночи, Соболевская...

УТРО

Разминая затёкшие за ночь конечности, хрустя ими как старая лестница, я пришла к выводу, всё, хватит с меня. Я достойно отыграла роль жертвы судьбы, теперь пора спасать остатки собственного достоинства. Пока на горизонте не возник мой персональный демон в форме Германа, я рванула в наступление. Активно, решительно, с тем видом, будто собираюсь не просто привести себя в порядок, а выиграть войну за звание «ещё не полностью сломанная.» Всё, план эвакуации запущен. До появления мучителя остались считаные минуты, и я точно не собиралась встречать его в образе раскисшей макаронины. Сжавшись в комок от ледяного холода, словно спала в обнимку с холодильником, я с усилием поднялась со скамейки. Каждое движение отдавалось в позвоночник, как будто внутри меня проживает старушка с артритом и протестами против утренней активности. Подошла к решётке. Вцепилась пальцами в металл и едва раскрывая рот, обратилась к дежурному.

— Эй?! Пссс! Как там тебя, Иван?

— Ты чего бунтуешь?

Появился этот Иванушка передо мной бесшумно, будто не человек, а лично одобренный призраками сигнал бедствия. Просто раз, и уже напротив. Стоит, как будто пришёл на приём к самому себе, спина прямая, лицо непроницаемое, в руке дымится кружка, излучая аромат и превосходство. Глядит на меня сверху вниз, как санитар на безнадёжного пациента. Мой помятый, перекрученный утренний вид он изучает с такой брезгливой тщательностью, будто пытается вычислить, откуда именно исходит эстетическая катастрофа.

— Дай мне позвонить, а?

Складываю руки в молебном жесте.

— Не положено.

Чётко отвешивает и отпивает глоток кофе, прикусывая его каким-то страшно смердящим с привокзальной остановки беляшом.

— Не смотри так на меня, а то есть не комфортно.

— Не переживай, на твой собачий пирожок я не претендую.

Фыркнула. Хотя… Если честно, в данный момент я бы и кусочек крысиного пайка сгрызла, настолько проголодалась. Тут вообще какая-то смена по графику, как на посту, один с кофе мимо ходил, теперь, второй на замену встал. Видимо, караульные у моей камеры идут по чётному и нечётному дню. Голод душераздирающий. Со вчерашнего утра, ни крошки. Даже в тюрьмах, насколько я знаю, обед по расписанию. Но, видимо, я у них тут в особой категории, «голодовка по недосмотру». А Герман? Эта сволота, вчера просто свалил. Не конфетки, не печенки, не бутылочки воды, ни-че-го. Проплыл, как капитан мимо утопающей, и сделал вид, будто я, иллюзия. Призрак на решётках. Да, у меня бывали разгрузочные дни. Но чтобы в рамках потенциального эксперимента по выживанию, это уже слишком.

— Что значит не положено?! Я имею право на один телефонный звонок. Вообще-то перед тобой здесь будущий юрист сидит! Законы ты в своей псарне не читаешь на досуге, а, полицай?

Огрызаюсь.

— Кому звонить то собралась? Я так понял, отец тебе не помощник.

— Жениху. Ну, хочешь я тебе заплачу? Ай, нет, это же взятка должностному лицу.

Только сказала, и тут же спохватилась, начала судорожно подбирать другие варианты. Но мозг в этот момент уверенно ушёл в отпуск. Пусто. Ноль активности. По извилинам моих мыслей неторопливо катился перекати-поле.

— Ну допустим, возможно я и мог бы дать тебе позвонить... Но если об этом узнает Герман...

Медлит он, слегка оглядываясь по сторонам. Так... Контакт немного налажен, он уже идёт на уступки. Хотя, после моего с ним запоминающегося знакомства, я думала он и разговаривать со мной не будет. Но опять же, этот Герман. Да кто он черт возьми такой?! Обычный пацан, с позицией бешеного самодура! Следователь вшивый! Но строит из себя великого начальника. Вчера перед уходом так строил ППС-ников молодых, что те бедные позеленели от его указок.

— Он что, у вас тут криминальный авторитет?! Обычный выскочка, который строит из себя… Гитлер недоразвитый, и то, попрошу заметить, на нем даже погонов нет! Че он может? Что вообще за беспредел?!

— Эй! Ну-ка угомонись… Прекращай!

Пытается заткнуть меня диким шепотом и взглядом дежурный.

— Не затыкай мне рот! Вот скажи мне, как ему удаётся быть таким ничтожным с таким пафосом? Я прямо чувствую его запах власти… Или это просто его одеколон «Охреневший»?

Я буквально заводилась от негодования, стою и долблю руками по этой металлической решетке, в какой-то момент мне показалось она расплавится под моим натиском.

— Молчи говорю!

И этот, Ванечка… Все стоит и пытается мне рот закрыть, да поздно, мою плотину уже ни один бобер не удержит.

— Почему здесь все боятся этого наглого, высокомерного, надменного сопляка?!

Дежурный ухмыляется и смотрит за мою спину.

— Говорил же, молчи.

Тяжело выдыхаю, прикусывая губу.

— Он там, да…?

Прищуриваюсь.

— Прямо в цель.

Черт! Ну и как долго он там стоит? Как в замедленной съемке, развернулась в противоположную сторону... Ну и конечно же... Кто бы сомневался. Вот как? Как он всегда так подкрадывается незаметно? Хотя, наверняка он служил в армии, там же учат всяким фишкам. Быть незаметным, одеваться пока спичка горит и всё в этом роде.

— Наверное, потому что этот сопляк, заместитель начальника отдела по правонарушениям гражданского сектора управления МВД по Центральному округу Москвы.

— Да бли-и-и-ин!

Ругаюсь сама себе под нос.

— Вань, ну и кому она звонить собралась?

Смотрит пристально в мои глаза, но обращается к дежурному. Ну что со мной не так? Глядя в его грозные, тёмные глаза, мурашки сами по себе предательски бегут по спине. Я стою и пытаюсь проглотить вязкую слюну которая стала как кол посреди горла. Резко начинаю кашлять, кашель такой дикий, сковывает все горло, не давая нормально дышать, я буквально задыхаюсь, мои лёгкие сейчас просто разорвутся от такого кашля. Но неожиданно, Герман протягивает мне в руки бутылку негазированный воды и пакет с парочкой сендвичей.