Чтение онлайн

— Ты жуёшь хлеб с таким усердием, словно прямо сейчас обдумываешь государственный переворот, — заметила я, когда он в третий раз взял один и тот же кусок, но так и не откусил.

Он поднял взгляд, но его взгляд далеко не сразу сфокусировался на мне.

— Я думаю.

— Это я как раз заметила. А о чём, если не секрет?

Он опять положил хлеб на стол, так и не откусив, и взял кружку.

— Об этой неделе. Что нужно успеть. И сколько у нас есть времени до того, как последние припасы закончатся.

— Тогда думай вслух. Мне тоже нужно знать, что происходит.

Он не стал возражать, чем немало меня удивил.

— Первое поле почти готово, — начал он, откладывая кружку. — Одд говорит, к вечеру закончат. Завтра утром можно переходить на следующее. Там земля похуже, камней больше, но люди уже знают, что делать.

— Хорошо, — кивнула я. — Работа на втором поле пойдёт быстрее, научились уже.

— Земли из Рощи пока хватает. Ульф сказал, что теплица к середине дня будет готова окончательно, только нужно будет занести в неё землю и парники проверить.

— Я займусь теплицей сегодня. А завтра с утра хочу начать сеять рассаду. Уже, честно говоря, откладывать некуда. А поле, что уже вспахано, нужно будет разделить на грядки. Я потом покажу, как это сделать.

Торбранд кивнул, но ничего не сказал.

— Мне нужна помощь, — призналась я. — Задача, в общем-то, несложная, но объёмная. Все приготовленные ёмкости нужно наполнить землёй. Лесной, той, что из Рощи. И в теплицу землю занести.

— Сколько ёмкостей?

Я мысленно посчитала. Ящики из подвала, горшки, которые Эльза нашла в кладовых, несколько кожаных мешков, набитых соломой.

— Много, — честно ответила я. — Очень. Если сложить всё это в одну кучу, получится приличная гора.

— И что потом делать с этой горой?

— Потом всё это нужно занести сюда, в большой зал.

Торбранд посмотрел на меня с таким выражением, которое я уже научилась читать как «ты опять говоришь что-то безумное, но я выслушаю тебя до конца».

— Сюда, — повторил он.

— Здесь тепло, поэтому да, сюда. Земле нужно прогреться перед посевом, иначе семенам придётся туго.

— Здесь каждый день едят люди.

— И я это знаю. Здесь мы произведем посадку, а дальше все ёмкости распределим по замку, туда где есть окна и тепло. Здесь они тебе мешать не будут, обещаю. Ну, почти обещаю. В крайнем случае, людям придётся потесниться, что, судя по зиме, которую они пережили, не будет самым страшным из испытаний, выпавшим на их долю.

Он вздохнул. — Хорошо. Скажу Эльзе.

— И ещё нужно принести воду для полива, — добавила я. — Много воды. Занести сюда, и нужно будет поставить большие бочки рядом с теплицей, чтобы за день вода успевала нагреваться от солнца. Холодной водой поливать нельзя, растениям это не понравится.

— Ты хочешь сказать, что нам нужно с раннего утра таскать воду, а потом ждать, пока она нагреется?

— Ты меня не понял. Воду нужно носить заранее, еще с вечера. Назначь ответственных, чтобы мне было с кого спросить, если не будет сделано. И это не обсуждается, Торбранд. Если вы хотите урожай, для этого придётся хорошо потрудиться. Это раньше всё шло самотёком, а сейчас правила игры поменялись. Ты ведь понимаешь это, как никто другой.

— С этим не поспоришь, Лиза. Умеешь же ты убеждать, — сказал Торбранд. И, кажется, его губы дрогнули в намёке на улыбку.

Я решила закрепить успех.

— Как ты собираешься продавать золото?

Он сразу стал серьёзнее. Поставил кружку, выпрямился.

— Поедем через три дня. Нужно ехать к соседу, Эйнару, другу моего отца. Сам он человек непростой, но торговый, не разбойник. У него, говорят, молодая жена. Вот и познакомимся заодно. Может, вы с ней подружитесь, кто знает?

— Для начала нужно познакомиться, а там видно будет, подружимся или нет.

А на что пойдут деньги кроме того, что мы с тобой обсуждали? Я хочу убедиться, что мы ничего не упустили и добавить мои новые хотелки.

— Так, давай сначала основное, потом твои хотелки рассмотрим. Скот, — начал он, загибая пальцы. — Несколько коров. Козы. Если хватит, то ещё одну рабочую лошадь. Зерно на посев и на корм скоту. Еда людям, хотя бы на месяц, это минимум, будет возможность, — побольше. И лодка. Хорошая, мореходная. А чего ты хочешь добавить?

— Первое, о чём я подумала, есть ли у нас снасти для ловли рыбы. И мне нужно стекло ещё на одну теплицу. То, что вы построили, это хорошо, но мало. Чтобы еды хватило всему фьорду, нужно строить, и эту теплицу нужно будет сделать с обогревом. Думайте, как и что сделать, но она мне нужна.

— Да, Лиза, умеешь ты озадачить. Снасти я проверю, возможно ты и права, нужно будет докупать. Давай так, если добудем стекло, начнём думать, как строить, если нет, то и думать нечего. Договорились?

— Договорились.

— Я поеду с тобой?

Торбранд вздёрнул бровь, словно я спросила что-то не то. — Ты хозяйка этого золота. Оно твоё, поэтому и покупать всё будешь ты. А я буду тебя охранять.

— Тогда как мы поедем?

— Мы с дружинниками верхом, а ты на карете. Ещё крестьян возьмём, что бы скот пригнали.

Я замерла с ложкой у рта.

— На карете?

— Да. Единственное, что могу сказать, — она старая. Очень-очень старая, но на ходу. Она не использовалась со времён моей матери. — По его лицу пробежало что-то похожее на смущение и грусть.

— Старая карета, — повторила я, улыбаясь, — это звучит как-то особенно поэтично. «На ходу» — это значит, что она ещё не развалилась, то трясти меня в ней будет как в маслобойке?

— Оба варианта верны.

— Прекрасно. Обожаю путешествовать с комфортом. — Я опустила ложку. — Слушай, а Эльза не хочет поехать?

— Нет.

— Правильно. Она умная женщина. — Я помолчала секунду. — Торбранд, честно говоря, я даже немного обрадовалась, что поеду на карете, а не верхом.

— Почему?

— Потому что, — я вздохнула и посмотрела на него, задрав подбородок как можно выше, — с максимальным достоинством, — я не умею ездить верхом.

Он смотрел на меня, словно не понимая, что я сейчас сказала.

— Ты не умеешь ездить верхом?

— Теоретически я умею. Практически же я прекрасно осознаю, что в нашем тандеме главная лошадь, а не я. Причём она знает об этом и пользуется ситуацией. И получается, что мы оба притворяемся, что всё идёт по плану, но лошадь при этом делает что хочет, а я просто стараюсь удержаться в седле и не слететь с неё.