Чтение онлайн

Посидев в тишине и собравшись с мыслями, я отправилась в свои покои. Свейн уже час как спал, свернувшись калачиком, спрятавшись под одеяло с головой.

Умывшись и почистив зубы, я уже переоделась в свою трикотажную пижаму, как в дверь постучали. Это оказалась Эльза, которая тащила за собой огромный баул. Оказывается, она притащила мне одежду.

— Это вам, госпожа, — сказала она, раскладывая вещи по комнате. — Ярл велел передать.

— Что это?

— Одежда его матери. — Эльза старалась говорить буднично, но в её голосе чувствовалось что-то — то ли уважение, возможно грусть, я не поняла. — Сказал, вы не должны ни в чём нуждаться. Здесь есть платья, тёплые рубашки, сорочки, плащ хороший. Из обуви сапоги на меху и башмаки. Примерьте завтра, а если не подойдёт, то сможем подогнать на вас.

— Его матери?

— Да, госпожа. Она была… — Эльза запнулась, — она была вашего роста. И такой же тонкой. Я выбрала то, что получше. Остальное в сундуках, если понадобится, то вместе сходим, посмотрим. Вот, гляньте, госпожа, два платья на каждый день. Шерсть плотная, но мягкая. В таком и в поле работать удобно, ничего мешать и давить не будет, ну и в зале за общим столом сидеть хорошо. А вот это, — она подняла тёмно-зелёное платье с длинными рукавами и шнуровкой на спине, — для праздников, или в гости к кому отправиться. Тоже шерсть, но тонкая, мягкая, и зудеть под ним ничего не будет.

Я взяла платье в руки и почувствовала, как ткань струится между пальцев. Складывалось ощущение, что в ней переплетались и шёлковая и шерстяная нити. Закрытое, без декольте, но богатая вышивка по подолу создавала непередаваемую игру света, ловя на себе отблески огня в очаге. Очень красиво.

— И ещё одно, — Эльза достала из стопки платье цвета воронова крыла — чёрное с синим отливом, на запястьях и подоле вышитое серебряными нитями. — Это платье самое дорогое. Она вышивала сама, своими руками, но так ни разу и не надела.

Я не нашлась, что сказать. Только провела ладонью по тонким, аккуратным, похожим на кружево серебряным стежкам. Женщина, которую я никогда не знала, вложила в эту вышивку дни, недели, может быть месяцы своей жизни.

— Ещё сорочки, — продолжала Эльза, не дожидаясь моей реакции. — Льняные, тонкие. Для тепла. И вот, — она развернула мех, — безрукавка из овчины. Мехом внутрь, кожей наружу. В ней и на морозе не замёрзнешь.

— Вот это рубашки, туники. Простые, для работы. И… — она замялась, — брюки, госпожа. Из хорошей кожи. Они сшиты специально для верховой езды. Матушка ярла любила скакать по полям, когда была молода. Я подумала, что вам тоже пригодятся.

Я взяла их в руки — мягкая, тёмно-коричневая кожа, прошитая двойным швом. И вдруг представила себя в этих брюках — лечу я верхом на лошади, ветер в лицо, с развивающимися на ветру волосами, сильная и свободная. Эх… мечты, это конечно, прекрасно, но верхом я каталась пару раз, в школе для верховой езды. На большее просто не хватило времени, поэтому я забросила это дело. Так и бывает, настоящая жизнь всегда откладывается на завтра, а сегодня работа, работа, работа...

— И тёплые вещи, — Эльза вернула меня в реальность, достав из мешка шерстяные чулки грубой вязки. — В замке полы холодные. Он заботится о тебе, госпожа. — Эльза отвела глаза, но я заметила, как дрогнули её губы — то ли улыбка, то ли грусть. — Так что примеряйте. Если что не так — ушьём, подгоним, переделаем. Мои руки ещё не забыли шитьё.

— Спасибо, Эльза. Передай ярлу… я…

— Эта самое малое, что мы можем сделать для тебя, госпожа, — перебила она мягко.

— Эльза, а у Свейна есть тёплая одежда? Ему через пару дней можно будет выходить из комнаты ненадолго, на свежий воздух, но в чём его выпустить, я не знаю.

— Есть у него вещи. Олаф приносил, Хильда что-то давала. Я посмотрю в его комнате.

Она ушла, оставив меня с ворохом одежды. Я перебирала её, рассматривала, прикладывала к себе, представляла, как я, такая вся красивая, буду ходить в ней по замку.

На завтра я выбрала простое, серое, с узкими рукавами платье и отложила меховую безрукавку, — отличный наряд для работы.

Засыпала я с мыслью о завтрашнем дне, — займусь рассадой.

Утром я проснулась от того, что Свейн возился на кровати, пытаясь выбраться из-под одеяла, не разбудив меня. Я притворилась спящей, наблюдая сквозь ресницы, как он на цыпочках крадётся к столу, где лежали золотая лошадка и клинок. Он тихонько взял свои сокровища, прижал к груди и улыбнулся чему-то своему.

— Доброе утро, Свейн.

— Госпожа! А ты уже не спишь?

— Уже нет.

Я встала и сладко потянулась. Выспалась я просто отлично, да и чувствовала себя хорошо. Был страх, что ночью я опять взорвусь, но нет, обошлось.

Свейн с любопытством смотрел на горы одежды, разложенные по всей комнате.

— Ооо, это всё тебе?

— Мне. Красивое?

— Очень. И ты теперь будешь ходить как женщина?

— Буду. Сегодня же и начну! — Я рассмеялась. — Надоело ходить в одном и том же.

После завтрака Свейн устроился у очага со своими игрушками, а я занялась примеркой. Эльза мне помогала, так как без неё я бы никак не справилась. Она затягивала шнуровку на платьях, показывала, как, что и с чем правильно носить, научила подвязывать шерстяные чулки. От них я отказалась сразу, — неудобно. Пока обойдусь джинсами под платьем и своими носками, а дальше посмотрим.

— Чуть длинновато, но ничего, подошью. А в талии тебе в самый раз. Матушка ярла была худенькая, как и ты.

Зелёное платье сидело на мне отлично. Я покрутилась перед Свейном, и он захлопал в ладоши.

— Вы как ярлыня! Настоящая!

Мы с Эльзой одновременно прыснули от смеха, но постарались сдержаться, чтобы не обидеть ребёнка.

— Не ярлыня, а ярлскона, Свейн. — Поправила его Эльза. Правильно говорить ярлскона!

Закончив примерку, Эльза помогла мне облачиться в простое серое платье, что я вчера отложила. Она пообещала, что скоро мне в комнату принесут сундуки, в которых можно будет хранить моё богатство. Вещи, что нуждались в подгонке, она забрала, пообещав перешить их. И сказала, что в скорости она вернётся к нам с завтраком.

Пока мы ждали Эльзу, я успела уложить волосы. Сегодня не поленилась и заплела французскую косу. Посмотрев в зеркало, я, что удивительно, сама себе сегодня понравилась. Мне даже показалось, что я немного помолодела. По крайней мере, я не заметила гусиных лапок вокруг глаз. Настроение стремительно поднялось вверх, губы сами расплывались в улыбке.

Эльза вернулась с завтраком. Она вплыла в покои с большим подносом, на котором дымилась овсяная каша, стоял стакан молока (неужели деревенские поделились?!), лежали куски чёрного хлеба.