Чтение онлайн

Чэнь Дусю сказал:

– На что же это похоже?! Коммунист стал чиновником?! Отправь телеграмму или письмо, чтобы они там немедленно отказались от должности!

Миф спросил его:

– Почему же коммунист не может стоять у власти?

Чэнь Дусю ответил:

– Китайская революция имеет только два этапа. Первый этап составляет «гражданская революция», то есть «буржуазная революция»; второй этап составляет социалистическая революция, то есть пролетарская революция. На первом этапе коммунистическая партия не может руководить революцией, только буржуазия может руководить революцией. Правительство и вооруженные силы должны быть отданы в руки буржуазии. На этом этапе, если коммунист возглавит армию, он станет милитаристом; если он встанет во главе правительства, то превратится в чиновника-бюрократа. Массовые движения не должны развиваться до такой степени, чтобы они угрожали буржуазии. Победа революции должна полностью принадлежать буржуазии, надо позволить буржуазии длительное время развивать капитализм. Только к тому времени, когда капитализм разовьется настолько, что возможно будет совершить пролетарскую революцию, коммунистическая партия совершит вторую революцию. Тогда только компартия сможет руководить революцией; коммунист тогда может возглавлять армию и не быть милитаристом, может стать во главе правительства и не быть чиновником-бюрократом. Только в таких условиях можно будет вооружать рабочих и крестьян, проводить аграрную революцию, осуществлять строительство социализма… Эта система нашей теории и методов, конечно, отличается от той системы теории и методов, которой придерживается Москва, но мы считаем, что наша является правильной.

Пэн Шучжи специально написал статью, в которой тоже утверждалось, что в буржуазно-демократической революции вооруженные силы и власть должны быть отданы буржуазии. В будущем произойдет еще одна революция, которая только станет социалистической революцией, тогда только можно будет овладевать вооруженными силами и властью. Поэтому признание Чэнь Дусю и Пэн Шучжи на V съезде КПК некапиталистической перспективы китайской революции было лишь на словах. Чэнь Дусю сильно тяготел к домостроевским замашкам. Центральные органы партии страдали анархией и фактически парализованы. Часть руководящих кадров были разложены и перерождены (например, Чжэнь Чаолин – заведующий отделом пропаганды Хубэйского провинциального комитета партии и И Куань – заведующий сектором Отдела пропаганды ЦК часто посещали публичные дома, по ночам не возвращались домой).

А. Лозовский спросил Мифа:

– Как, по-вашему? Сможет ли такой ЦК привести китайскую революцию к победе?

– Спросите китайского товарища – Голубева, – ответил Миф.

– По-моему, не сможет, – сказал Шаоюй.

Лозовский заключил:

– Правильно, не сможет. Если бы смог привести к победе, это было бы просто чудо!

Когда Шаоюй вместе со всей группой вернулся из Уханя в Москву, в Университете (переименованном в КУТК) были еще летние каникулы. Студенты выехали на отдых в дом отдыха в Тарасовку – недалеко от Москвы. Здесь продолжалась и углублялась борьба между «сторонниками учебной части» и «сторонниками бюро партячейки», начавшаяся еще до каникул.

Причинами возникновения конфликта послужили следующие события. Поскольку Чэнь Дусю отказался создавать курсы подготовки военных кадров из рабочих и крестьян, Коминтерн и ЦК ВКП(б) решили направить группу студентов КУТК в различные военные учебные заведения СССР для изучения военного дела. Было решено также отобрать лучших из студентов и направить в Институт красной профессуры для углубленной подготовки. Однако учебная часть утвердила список направляемых в военные учебные заведения без согласования с бюро партячейки.

Учебной частью тогда заведовал Агор, а бюро партячейки возглавлял ее секретарь Ситников. Присланные Чэнь Дусю «8 боссов» стояли на стороне учебной части, были против предварительного согласования с бюро партячейки. Еще до начала летних каникул они представили в Коминтерн и ЦК ВКП(б) список студентов, направляемых на изучение военного дела. Коминтерн и ЦК ВКП(б) не знали, конечно, что список этот не был одобрен бюро партячейки и в нем были неуместные кандидатуры. Поэтому студентов отправили по этому списку. Вследствие чего, с другой стороны, многие студенты, приехавшие еще в 1925–1926 гг., были разосланы на учебу в разные города. Бюро партячейки выступило с критикой товарищей из учебной части и «8 боссов». Те не принимали критики. Началась борьба. Райком партии тоже не мог разрешить конфликт.

Среди китайских студентов сторонниками учебной части были Чжоу Давэнь, Юй Сюсун, Дун Исян и др., а сторонниками бюро партячейки были Шэн Цзэминь, Чжан Вэньтянь, Ван Цзясян и др. Обе стороны вербовали себе сочувствующих среди студентов, которые из-за этого не могли спокойно учиться. Бывший ректор Радек уже был снят с работы как троцкист. Райком партии и проректор Миф обратились к Шаоюю с просьбой помочь в разрешении этого конфликта.

Шаоюй выслушал мнения обеих сторон, проанализировал и раскритиковал ошибки обеих сторон. Прежде всего он раскритиковал как неправильные действия Чжоу Давэня и других, а также некоторых товарищей из учебной части, которые отправили студентов без согласования с бюро партячейки. Затем он сказал, что обе стороны были неправы в том, что они толкали студентов на противостояние друг другу и вербовали среди них сочувствующих, из-за чего студенты не могли спокойно заниматься учебой.

Конфликт был разрешен.

Шэн Цзэминь, Чжан Вэньтянь и другие товарищи, хотя они тоже подверглись критике, относились по-прежнему лояльно ко всем. Чжан Вэньтянь и Ван Цзясян и после ухода из КУТК (на учебу в Институт красной профессуры) часто возвращались в него, преподавали некоторые предметы, помогали в работе. Но Чжоу Давэнь, Юй Сюсун, Дун Исян и компания затаили не только обиду, но и злобу. Через своих сторонников они продолжали заниматься провоцированием конфликтов, поднимали шум под надуманными предлогами и т. п.

Многие студенты просили Шаоюя рассказать о положении в Китае. Шаоюй выступил с докладом, в котором помимо рассказа об общей обстановке в стране открыто критиковал ошибки Чэнь Дусю, поддержав позицию Цюй Цюбо. Этим были крайне недовольны Чжоу Давэнь и другие чэньдусюисты, которые в один голос завопили: как может КПК обходиться без Чэнь Дусю? Цюй Цюбо, мол, ничего не понимает и т. д., при этом они сосредоточили огонь своих нападок на Шаоюя. Сначала они утверждали, что Шаоюй входит в «группировку Цюй Цюбо». Затем, увидев, что большинство студентов поддерживали Шаоюя, они стали клеветнически утверждать, что в КУТК появилась «группировка Чэнь Шаоюя».

Вступивший вместе с Чжоу Давэнем в организацию троцкистов Цзян Цзинго (сын Чан Кайши) был послан Чжоу и другими в Ленинград на учебу в Военно-политическую академию Красной армии. Там Цзян Цзинго широко пропагандировал о существовании в КУТК «группировки Чэнь Шаоюя». Обучавшийся тогда в Академии Красной армии Сяо Цзингуан специально приезжал в Москву к Шаоюю, чтобы разобраться, в чем тут дело. Они встретились в парке перед КУТК, после беседы оба поняли истинные подоплеки слухов.

После летних каникул 1927 г. райком партии решил направить Чжоу Давэня, Юй Сюсуна, Дун Исяна и других в Международную Ленинскую школу на учебу и работу, а Шэн Цзэминя, Чжан Вэньтяня, Ван Цзясяна и Чэнь Шаоюя – в Институт красной профессуры для углубленной подготовки. Шаоюй хотел пораньше вернуться в Китай на практическую работу и не хотел проучиться еще 5 лет (на эту вакансию пошел учиться Го Шаотан (А. Г. Крымов). После того, как были опубликованы решений «Совещания 7 августа» 1927 г. ЦК КПК и Коминтерна о китайской революции, троцкисты и чэньдусюисты еще откровеннее обнажили свои физиономии врагов Коминтерна и ЦК КПК, они открыто ненавидели сторонников линии Коминтерна.

Чжоу Давэнь, Юй Сюсун, Дун Исян, Цзян Цзинго и компания, хотя уже и покинули КУТК, через чэньдусюистов и троцкистов в КУТК продолжали свою деятельность против Коминтерна и ЦК КПК. Они клеветнически утверждали, что активных коммунистов и комсомольцев в КУТК было якобы всего «28 с половиной человека» («28 с 1/2 большевика»), что они являются «мифистами», «сталинистами», «цюйцюбоистами», «чэньшаоюйцами» и т. п. Утверждали даже, что такие-то активистки являются кандидатками в «наложницы» таких-то членов КПК, в отношении них допускались непристойные выходки, угрозы расправы, убийства и т. д.

Несмотря на обструкции троцкистов и чэньдусюистов, на партийном собрании после летних каникул 1927 г. Шаоюй и другие поддерживавшие линию Коминтерна товарищи вновь были избраны членами бюро партячейки. Шаоюй отвечал в бюро за пропаганду и продолжал участвовать в руководстве борьбой против чэньдусюистов и троцкистов в КУТК.

Зимой 1927 г. Шаоюй уехал на отдых. Шэн Цзэминь замещал его в должности члена бюро партячейки, отвечающего за пропаганду. Пользуясь случаем, отдельные троцкисты и чэньдусюисты в КУТК вновь затеяли борьбу против бюро партячейки. Секретарем партячейки был Берман, а секретарем комсомольской ячейки – Большакова.