Чтение онлайн

— Рассказывай, — подталкиваю Хуан.

— Сбылась мечта идиота, — начинает она. — Познакомили меня с генералом.

— Но довольной ты не выглядишь.

— Первые две недели всё было неплохо, пока я не увидела его настоящее лицо.

— А что с лицом?

— Самовлюблённый козёл и тиран! Немудрено, что жена сбежала в своё время. До интима у нас, к счастью, не дошло, да ему это, по всей видимости, особо и не нужно. Есть у меня определённые интересные подозрения, но озвучивать не буду…

— Так разойдись с ним немедленно, пока не стало слишком поздно, — логично советует вьетнамка. — Пока у вас всё не дошло до той самой точки невозврата, после которой разрыв становится невозможен или опасен.

Пару секунд дружно молчим.

— Самовлюблённый тиран? Кого-то мне это напоминает, — бормочет До Тхи Чанг. — Лучше сразу пошли его, пока отношения не дошли до точки невозврата.

— Поздно. Я рискнула всем и проиграла. От него просто так отвязаться уже нельзя. Характер мерзкий, мстительный. А что ещё хуже — много связей на всех уровнях. Я слышала очень плохие слухи от коллег, не хочу проверять их на собственной шкуре.

Хуан Цзяньру безнадёжно опускает взгляд в чашку с чаем. Ей нелегко признавать, что она оступилась и оказалась в такой непростой ситуации.

— От репрессий со стороны начальства надо срочно бежать в декрет, — продолжает она. — Это единственный способ на время выпасть из поля зрения и стать неуязвимой. Иначе он обязательно начнёт мстить — вплоть до фабрикации уголовных дел против меня. При большом желании он может меня грамотно подставить.

—???

— Потому что у меня работа напрямую связана с деньгами.

— Понимаю, о чём речь. Лишних вопросов задавать не буду, — кивает вьетнамка.

— Молодец, догадливая девочка. Ценю такт.

— Чистому на руку человеку бояться нечего, — рассуждаю вслух.

— Я не могу не брать то, что предлагают! На этой должности у меня нет опции не «помогать» таким, как ты. Я же не могу выживать на одну зарплату, это нереально! И наверх заносить надо, говорю как есть. Ты мне не чужой человек. К тому же, при большом желании он сможет меня подставить даже на ровном месте. Мне сейчас нужно залечь на дно, стать временно недоступной: либо уйти на больничный, либо в декрет. — Смешок. — Уволиться не могу, контракт. А время сейчас работает против меня, счёт на недели.

— Не то чтобы я против, но вариант с больничным проще и быстрее декрета.

— Даже не знаю, что мне сломать, чтобы официально отсутствовать на работе целый год или даже два. — Она качает головой. — Дать взятку врачу за фальшивый больничный тоже не получится — на нашей работе всё въедливо проверяют независимые медкомиссии. Не пройдёт.

— Скажу сейчас то, что часто говаривал мой дедушка, когда бабушка вечером приходила в его комнату без пиалы с чаем: «Милочка, позвольте поинтересоваться целью вашего визита?» — До Тхи Чанг смотрит на Хуан прямо. — Если разговор касается зачатия ребёнка — вы с Лян Вэем всё можете решить и сделать самостоятельно, без моего участия.

— Я не хочу всё это плести у тебя за спиной, — серьёзно отвечает Хуан. — Я понимаю, что вы с Лян Вэем уже давно всё обсудили на эту тему. И что ты в принципе не против моего присутствия в его жизни в статусе наложницы.

Вьетнамка несколько долгих секунд молча смотрит прямо в глаза старшему лейтенанту полиции Китая:

— Говори дальше.

— Так уж получилось, что этот вопрос у меня назрел гораздо раньше, чем я планировала изначально. Жизнь внесла коррективы. — Хуан бросает извиняющийся взгляд в мою сторону. — Что будем делать?

Я только и успеваю переводить взгляд с невесты на полицейскую и обратно, чувствуя себя теннисным мячиком на корте.

— Я бы разделила вопрос на две принципиально разные составляющие, — замечает До Тхи Чанг. — Первая — чисто техническая. Тут всё просто. Хоть прямо сейчас зайдите в примерочную какого-нибудь магазина и решите вопрос. А вторая — это всё остальное, что связано с последствиями: юридические аспекты, финансы, воспитание, статус ребёнка. Ты права, у нас с Лян Вэем существует договорённость касательно возможных детей, рождённых вне нашего брака.

— Отлично, озвучивай, — с облегчением выдыхает Хуан.

— В жизни всякое случается, — философски роняет вьетнамка. — Если вдруг возникнет необходимость — я готова помогать детям своего мужчины чем смогу, в разумных пределах. Но при этом существует одно нерушимое условие: ни один из его внебрачных детей, ни при каких обстоятельствах не будет претендовать на семейные активы и бизнес моих законных детей во Вьетнаме. — Жёсткий взгляд. — Это касается всего.

У полицейской округляются глаза от удивления:

— Даже мысли не было! Можешь не беспокоиться, на этот счёт договорились. Согласна беспрекословно.

— К сожалению, или к счастью, но официальный договор в таком деликатном вопросе не подпишешь, — задумчиво бормочу я вполголоса, больше себе под нос.

До Тхи Чанг во второй раз за вечер протягивает Хуан Цзяньру руку:

— А здесь бумажный договор и не нужен, — твёрдо произносит она. — Мы друг друга видим и поняли с полуслова. Верно?

Старший лейтенант без малейшего колебания отвечает на рукопожатие:

— С тобой приятно иметь дело.

— Да ну? — ухмыляется вьетнамка. — Ладно, не буду повторять тебе длинную лекцию из всех деталей моей позиции на тему отношений. — Она кивает в мою сторону. — Пусть лучше Лян Вэй сам посвятит тебя в нюансы позже наедине. Вам с ним всё равно придётся приступать к технической части рано или поздно и, судя по тому, с какой срочностью ты сюда принеслась — определённо лучше рано.

— Всё верно.

— Мне с вами обеими повезло, — молчать нельзя. — Вы обе супер. Спасибо, что вы есть. Ладно, одним кофе сыт не будешь, предлагаю всем вместе в ресторан. Выбирайте любой.

Мы встаём из-за стола, оставляя пустые чашки. До Тхи Чанг естественным движением берёт меня под левую руку, а Хуан под правую.

Тем временем в том же торговом центре.

Хоу Ган сидит за столом у панорамного тонированного окна с видом на центральный атриум торгового центра, весь его внешний вид красноречиво напоминает загнанную собаку, которая вымаливает прощение у хозяина.

Напротив него Ван Япин — красивая, ухоженная, но сейчас демонстративно холодная и отстранённая. Впервые за полтора месяца она наконец согласилась с ним встретиться, но разговор после ссоры всё равно не клеится. Между ними висит тяжёлая, давящая пауза, наполненная невысказанными обидами и разочарованием.