Чтение онлайн

Ч., 15 лет (Сургут):

– На уроке экологии, когда учитель стала, мягко говоря, выражать неодобрение к разрешению однополых браков во Франции, подкрепляя это бредом верующего человека, у нас произошел конфликт на почве того, что я стала приводить научные данные о том, что гомосексуалы ничем не хуже натуралов.

К., 17 лет (Ростовская область):

– Как-то учительница заговорила на тему «Однополая любовь – это ужасно», я сказала, что если нельзя высказывать мнение «за», то и «против» нельзя. В любом случае каждый имеет право на свободную любовь. После этого она сказала: «Если ты попрешь против природы, то природа попрет против тебя, ведь дело не в обществе, в котором ты находишься…» Это был первый и последний раз, когда я спорила на эту тему со взрослыми. В основном я стараюсь не вмешиваться либо говорю, что не нужно навязывать свое мнение.

Н., 17 лет (Екатеринбург):

– Было несколько споров о целесообразности закона о запрете пропаганды, все происходило в корректной форме, но сейчас учителя меня недолюбливают.

Юля, 16 лет:

– В школе учительница русского – замечательная женщина! Я просто обожала ее. Недавно мы рассуждали о современном обществе. После ее слов: «маньяки, террористы, геи эти…» я заплакала. Та попросила выйти из класса. Господи, как мне было больно. Сравнить ни в чем не повинных людей с насильниками. Мою реакцию она, кажется, оценила. Теперь общается со мной сухо и официально. Я не прошу любви. Но хотя бы человеческого отношения…

Т., 16 лет:

– Учитель русского языка говорит, что такие, как мы, не должны жить и засорять Россию… Когда я сказала ей, что это лицемерие и что «они» такие же, как все, люди, она ответила: «Заткнись и выйди вон».

Н., 15 лет (Саратов):

– Учитель английского любит заявлять на уроках, что «это ненормально, это извращение, Бог покарает». Я не умею молчать в таких ситуациях – потому начинаю спорить. Окончательно испортила отношения.

Второй путь развития конфликта (если подросток открыт) более разнообразен: педагог может сообщить родителям/директору о СОГИ ученика без его согласия, проводить «воспитательные беседы», занижать оценки, угрожать ученику, оскорблять его – в том числе публично, при одноклассниках.

Е., 16 лет (Оренбург):

– Когда я, сидя в классе на перемене, напевала какую-то песенку, учительница сказала, что это не моя песня, а моя песня – Бориса Моисеева, «Голубая луна».

М., 17 лет (Уфа):

– Было в колледже. Полюбила преподавательницу. Об этом узнали в группе, рассказали ей. Отнеслась отрицательно, стала занижать оценки.

Т., 17 лет:

– Учительница поставила мне за сочинение двойку, когда я написала о своей девушке. После урока она долго внушала мне, что так быть не должно.

Р. С., 13 лет:

– Недавно мне пришлось перейти в другую школу. Мои учителя называли меня дрянью, поганью и мразью. За что? Я что, сказала, что поубиваю полгорода? Или что буду насиловать всех девочек? Мы невидимы лишь до того момента, пока не найдем шумного гомофоба, что разболтает всей школе…

Инга, 17 лет (Рязань):

– Учительница русского языка сказала: «Богу это не угодно, ты попадешь в ад». Все попытки говорить о нормальности ЛГБТ, о том, что нет никакой пропаганды, что я такой родилась… все это приводило лишь к тому, что мне затыкали рот или говорили, что я «привлекаю внимание».

И., трансгендер FtM, 17 лет (Иркутск):

– Меня вызывала заведующая отделением на разговор, объясняя, что то, что я говорю о себе в мужском роде, каким-то образом влияет на учебный процесс. Мы мирно разобрались, что ничего подобного не наблюдается, и разошлись, но куратор, которая и уговорила заведующую вызвать меня, до конца гнула свое. Могла на весь коридор закричать на меня по имени, наглядно показывая всем, какой у меня пол. Были среди педагогов те, кто смеялся надо мной. Учитель математики любила собирать сплетни со всего колледжа. После этого временами насмехалась. Я старался избегать встреч с ней.

Диана, 16 лет (Томск):

– Сплетни. Ходили не только среди учеников, но и среди учителей. Учителя называли нас «эти лесбиянки». Одна учительница рассказала классному руководителю, что на ее уроке мы с девушкой гладили друг другу руки, целовали их (такого мы, разумеется, не делали). И нас после этого начали рассаживать, не объясняя причины, а сами мы были просто не в курсе этих обсуждений и, естественно, реагировали резко на требования сесть в разные стороны кабинета.

Наташа, 15 лет (Минск, Беларусь):

– Учительница биологии на уроке говорила, что все геи и лесбиянки – уроды, которых надо истреблять, что Бог сейчас этим и занимается, что скоро все геи сгорят заживо. Я не смогла сдержаться и возразила ей. Она спросила, с чего бы это я начала с ней спорить. И весь мой класс хором сказал, что я – би. После этого учительница словно перестала считать меня за человека. Придирается к каждому моему слову и действию. Дошло даже до того, что ей не нравится, как я пишу в конспекте букву «ф». Так как мне очень нужна хорошая оценка в аттестате, я стараюсь угодить ей изо всех сил. Но она просто не идет со мной на контакт после того урока. Занижает мне оценки и просто перечеркивает мое будущее. Я прекрасно знаю ее предмет, приношу ей доклады и идеально выполненное домашнее задание, но человека не перестроить. Я уже не знаю, что мне делать.

Если учитель осуждает или оскорбляет ЛГБТ-подростка публично, при одноклассниках, – он тем самым провоцирует травлю. Школьники, чувствуя поддержку педагога, осознают свою безнаказанность и беззащитность того, кого травят, – и отрываются по полной.

Влад, 15 лет (Киев, Украина):

– Это происходило часто (когда еще у меня были длинные волосы). Практически от всех учителей слышал какие-то язвительные шутки («А может, тебе еще бантик на голову и платье надеть?»); неоднократно слышал от классного руководителя: «Кто ты вообще – мальчик или девочка?» Это происходило при всем классе. Учитель «шутит» – дети смеются.

Ромашка:

– Мою страницу взломали, о моей ориентации узнал весь класс. Это долетело и до учительницы. Классная руководительница поставила меня перед классом и высмеяла, соглашаясь с криками со стороны парт. Тогда я стала закрытой, из школы не ушла, так как нет возможности и по причине хорошей учебной программы. Я даже сейчас терплю эти выкрики, когда вхожу в класс. Учителя странно на меня косятся.

О. К., 15 лет:

– Очень жаль, что гомофобия исходит и от взрослых. Как-то у нас с учительницей был разговор о моем внешнем виде, и от нее я услышал: «Ты представь, что с тобой в армии делать будут, тебя там перевоспитают». Своими действиями учитель показывает детям, что гомофобия – это норма, что можно унижать человека, если он отличается от тебя.

Аня, 15 лет (Тамбов):

– Два дня назад меня пригласили в учительскую на большой перемене. Там была добрая половина учительского состава. Они настоятельно порекомендовали удалить мне страницу в соцсети. Вот несколько цитат из их речи:

«Как ты не понимаешь, что своими наклонностями позоришь школу?», «Если уж так случилось, то помалкивай, не стоит грязное белье напоказ выставлять», «И как мы теперь должны относиться к ученице с лесбийскими склонностями?», «Фу, какой позор! Надеюсь, что никто еще не увидел, а то такая тень на репутации школы».