Чтение онлайн

— Тогда… Раз вся «грязная» работа ложится на мои плечи, у меня есть условие.

Даэлин, кажется, едва не расхохотался. Сдержался лишь потому, что не хотел привлекать к нам излишнее внимание. В его взгляде смешивались удивление и одобрение.

— Начинаю верить, что среди нас ты не пропадешь, — откашлявшись, сказал он.

И отчего мне почудилось недосказанное «…как другие?» Не хочу даже думать о том, сколько людей сгинуло в этих землях.

— Когда от меня откажутся все остальные, вы выкупите не только меня, но и одного из пленника Королевы Масок.

— Еще один беспечный смертный? — фыркнул Даэлин.

— Нет, фэйри.

Вот теперь он удивился по-настоящему.

— Зачем это тебе? Это не твой народ. И даже не твой мир.

— Я привыкла отвечать добром на добро. Так поступают люди. Ну, те жалкие смертные, которых вы так презираете.

Не удивлена, что фэйри казалась чуждой простая человеческая мораль.

Даэлин смотрел на меня несколько долгих мгновений, словно взвешивая мои слова. В черных глазах мелькнуло что-то новое, трудноуловимое.

— Хорошо, — наконец сказал он.

Только теперь я поняла, что не дышала в ожидании его ответа.

Даэлин отступил на шаг. Показалось, что фигура принца начала растворяться в тени колонны, как будто все это время лишь какая-то часть него находилась здесь.

— Тогда удачи, Авери, — неожиданно серьезно сказал он, будто напутствуя меня на прощание. — Надеюсь, твоя человеческая изобретательность столь же сильна, как и твоя воля.

Один взмах ресниц, и он исчез. Я шумно выдохнула. Только что я заключила сделку, которая может перевернуть всю мою судьбу. Правильный я сделала выбор или нет, покажет лишь время. А пока…

Оставалось самое сложное: привести план в исполнение. И сделать это так, чтобы ни королева, ни принц Элрин не заподозрили, что их покорная игрушка затеяла свою собственную игру.

Мне предстояло сделать так, чтобы от меня, как от поломанной вещицы, отказались все. И единственным, кто пожелал бы ее подобрать, оказался надменный и непредсказуемый принц теней.

12. По лезвию ножа

Ночь я провела в нервной лихорадке, прикидывая и отбрасывая варианты, пока не остановилась на одном.

План был дерзким и чудовищно рискованным. Одно дело — заставить потенциальных участников будущим «торгов» потерять ко мне интерес. И совсем другое — сделать это на виду у всего дворца, под носом у королевы и принца, не вызвав при этом подозрений.

Для начала я добилась того, чтобы мне разрешили прогуляться по внутреннему дворику под присмотром гоблинш. Уверена, Элрин согласился на это лишь потому, что я одной ногой уже находилась за пределами дворца.

Во время прогулки я заметила куст с мелкими темно-бордовыми ягодами, похожими на бузину. Я раздавила одну из них в пальцах, и на них остался алый след. То, что надо.

А несколько минут спустя, когда меня вели обратно через полутемные коридоры, я прошла мимо одного из каминов. Во многих таких горел магический огонь, но не все придворные фэйри тяготели к иллюзиям. Вот и в этом камине не так давно полыхало самое настоящее пламя. Там, среди почти невесомого пепла, лежали кусочки более плотной золы.

Притворившись, что споткнулась, я упала на колени. Пока Грикка и Скрилла, ворча, тянули меня вверх, успела зажать в кулаке несколько крупинок. Словно сокровище, спрятала их в «платке» — лоскуте светлой ткани, который я незаметно оторвала от подъюбника одного из платьев.

Сам платок затолкала в лиф уже другого наряда, выбранного Элрином — блекло-лилового, который он счел «подходящим для вечера уныния». Последнее время он был особенно не в духе. Вероятно, матушка никак не могла найти для него новую игрушку.

Пару ягод я сунула в рот. Брать с собой всю горсть не рискнула. Кроме лифа, прятать мне их негде, а там я легко могу их раздавить. Но это означало, что до тех пор, пока моя роль не будет сыграна, поесть я не смогу.

Да, я все еще питалась исключительно драконьими фруктами — в мою каморку Кэлен уже давно не заходил. Но даже если помощь мне больше не входила в планы гвардейца-фэйри, даже если его симпатия ко мне поблекла, я была твердо намерена исполнить задуманное и освободить его отца.

На балу меня переполняла странная смесь тревоги и решимости. Стоя рядом с Элрином, я старалась не подавать виду, что вовсю ищу в толпе Бэрона.

Наконец я увидела его. Рыжеволосый фэйри из Двора Терна стоял у стола с винами. Он обнимал за плечи какого-то придворного и что-то ему втолковывал. Девица, его тощая тень сидела рядом, уныло ковыряясь серебряной вилкой-трезубцем в тарелке.

Я едва дождалась момента, когда Элрин скучающим голосом велел мне побродить по залу. Мысленно отметила про себя, что бОльшая часть придворных при этом едва обращала на меня внимания. Я приелась и им тоже. Глаз с меня не сводили разве что новые гости Двора Масок… и те, что были намерены выкупить меня.

Сделав глубокий вдох, я направилась к столу с винами. По пути переложила лоскут из лифа в рукав. Сердце билось так громко, что мне казалось, его слышат даже скрытые за резными нишами музыканты. Однако в моих руках не было дрожи.

Стоило мне приблизиться, Бэргон обернулся, будто учуял мой запах, как охотничий пес. Маленькие жучиные глаза тут же знакомо заблестели. Богиня… у него даже взгляд был сальным.

— О, наша бледная мышка вышла погулять! — воскликнул он, отпуская придворного из своей хватки.

Как бы только в ней ненароком не оказаться мне. И Элрина на помощь не призовешь — я специально дождалась момента, чтобы меня от него заслоняли кочующие по залу фэйри.

— Небось, соскучилась по обществу настоящих мужчин!

Я улыбнулась широко и глупо, как, по моим представлениям, должна улыбаться деревенская дурочка.

— Ваша светлость так добр… — прощебетала я, делая шаг вперед.

Раскусила спрятанные за щекой ягоды. Кислинка тут же разлилась по языку. Проглатывать ягоды я не рискнула — с большой долей вероятности они отрава для меня. Да и от сока следовало избавиться поскорее.

Что я и сделала.

Поднесла ко рту платок, изнутри испачканный золой. Закашлялась сильно и громко — но не настолько, чтобы привлечь внимание сидящего на троне Элрина или его мать в неизменной золотой маске.

Когда я убрала платок от губ, на белой ткани осталось яркое красно-серое пятно, напоминающее кровь, смешанную с плесенью или… скверной. Просто «крови» могло быть недостаточно. Среди некоторых фэйри бытовало мнение, будто мы, люди, живем так мало, что каждый день гнием изнутри. Именно на это я сейчас и давила.