Чтение онлайн

К счастью, мне удаётся протолкнуть эту идею в голову Афонсу. А ему - в голову Игнасио. Мы все собираемся обратно, Мануэлю сооружают носилки, грузят на них. Несут его в том числе два друга…

Я предварительно туго перевязываю его рёбра. Подкладываю под бок свёрнутую рубашку, под спину - подушку, которую забираю из повозки.

Конечно, иду рядом всю дорогу!

Смотрю, чтобы он полусидел, склоняясь на пострадавший бок, учу дышать неглубоко…

– Лаура, а ты правда… смыслишь в лекарстве?
– шепчутся наши общие “друзья”.

– Смыслю.

– И сеньор доктор позволил ему помогать?!

Брешу им что-то из уже придуманной легенды. Если честно, сейчас на социальные связи сил нет - хотя все вокруг пытаются задать вопросы! Мануэль не сводит с меня красивых глаз. Пару раз снова улыбается - улыбка у него как у обаятельного молодого повесы! Но я только шиплю и ругаюсь, чтобы не думал говорить.

Афонсу тоже приходится идти с нами. Уж он этому не рад! На холмистом подъёме его настигает одышка и, чую, он уже проклинает свою ассистенку и весь сегодняшний день.

Его сеньорство поехал обратно на повозке, как положено…

Мне хочется подумать и о нём. Мозг цепляется за их стычку с Жулиану, за то, как надсмотрщик возмущался, что он-то на этой фазенде давно.

А Игнасио?

Два года назад меня покупал Жозе…

Но сейчас совсем не до того! Пытаюсь понять, что делать с Мануэлем.

Если кровотечение не остановится, если ему станет хуже… Это очень плохо. Я могла бы сделать пункцию, чтобы убрать кровь из лёгкого. В привычном мне мире, привычными инструментами. Здесь - даже не знаю, как!

Где мне взять отрицательное давление, чтобы лёгкое не схлопнулось? Нужен клапан. Хотя бы лепестковый, из пальца резиновой перчатки... Но здесь нет резины! А что есть? Рыбий пузырь? Бутыль с водой?

Я молчу про риски инфекций…

Лихорадочно думаю об этом всю дорогу, проверяя состояние пациента.

Когда мы добираемся до дома Афонсу, Мануэля кладут на кушетку, и я склоняюсь над ним снова.

Трахея в норме. Хорошо! Удушья нет. Ему не стало хуже за полтора часа пути - и меня подотпускает.

Может, обойдёмся без полевой хирургии.

Афонсу выгоняет других рабов, я занимаюсь “другом”. Пальпирую живот, ещё раз внимательно слушаю грудь, простукиваю.

Звук вполне ясный и даже будто бы лучше, чем был.

– Лау, - парень ловит мою руку.

– Молчи.

– Лау… только резать меня… не надо, - ангельская улыбка.

Потирая лоб, выхожу к Афонсу. Тот нервничает у окна.

– Послушай, девочка. Честно говоря, я не очень хорошо знаком с этим видом… увечий. Нет, конечно, я понимаю всю серьёзность! Но если уж ты взяла дело на себя, то расскажи, что думаешь делать дальше.

Неожиданно откровенно - но я подхватываю брошенную инициативу:

– Я боялась, что нам придётся резать его. Но, кажется, пока всё обходится.

Афонсу медленно поворачивается.

– Не придётся?

Качаю головой.

Он в сомнении делает несколько шагов туда-сюда.

– Но это… не очень хорошо! Мы разозлили надсмотрщика. Унесли невольника - а теперь ничего не предпримем?

Что-что, прости?!

Пытаюсь затолкать вылезшие из орбит глаза обратно. Поднимаю руки:

– Мы будем лечить его “спокойными” методами.

– Должно быть хоть что-то полезное и эффектное! Пиявки? Если у него кровь в лёгком, пиявки высосут лишнюю кровь из организма…

– Не надо, пожалуйста, он и так теряет кровь!
– Тоже дёргаюсь по комнате.
– А давайте оставим его тут. Ему необходим строгий покой в ближайшие две-три недели. А я сомневаюсь, что он сможет соблюдать покой, живя со всеми.

– Оставим здесь?
– подскакивает Афонсу.

– В вашей приёмной полно места.

– А другие пациенты?!

– Принесём ещё кушетку.

Лекарь медленно оседает на стул:

– Это был тяжёлый день.

Подхожу к нему, присаживаюсь на корточки рядом.

– Зато если Мануэль полежит тут, все увидят, что вы за ним наблюдаете. И что вы так профессиональны, что даже готовы поступиться собственным комфортом ради дела, сеньор Афонсу.

Пожалуйста, - уговариваю мысленно. Ты кажешься на удивление неплохим человеком для врача-шарлатана. Мы почти сработались!

– Ладно… - вздыхает лекарь.
– Хорошо. Слушай, девочка, а принеси нам всем поесть?

Согласно киваю и иду за едой.

На кухне - своя атмосфера… выпрашиваю у знакомой кухарки кусок вяленого мяса для Мануэля - и, конечно, еду получше для доктора.

Пока Афонсу ужинает у себя в комнате, я несу еду “другу” и снова иду его проверить.

Зайдя, ставлю миску рядом с кроватью. Подаюсь вперёд, чтобы помочь ему приподняться…

А он жадно, глубоко втягивает запах - и слегка усмехается.

Замираю совершенно по-дурацки.

Мануэль, кажется, даже не понимает, что произошло!

– Ты не должен так дышать и смеяться при гемотораксе.

– Что, прости?

И говорит он куда бодрее, чем час назад!

Быстро фиксирую его положение. Внезапно потяжелевшей рукой снова прощупываю ребро - нет, оно правда сломано, тут я не могла ошибиться! А вот дыхание…

Не показалось мне во второй раз с дыханием.

Он дышал неполноценно только поначалу. При публичном осмотре. У него чистое лёгкое…

– Откуда была кровь при кашле?
– поднимаю взгляд.

– Ну прикусил я слегка щёку, - обворожительно улыбается парень.
– Спасибо, что подыграла! Ты сегодня просто… бестия. Ягуар!

Падаю на стул, запрокинув голову.

Ну финиш.

Секунду за секундой я смотрю на молодое дарование.

– Когда ты и доктор слушали меня этой трубкой… я уж и не знал, что делать, - поясняет Мануэль, уплетая кашу.
– Сделал, как при охоте на паку, когда прячешь дыхание, дыша в живот…